Уже в ту минуту, когда они расстались с ним и она поехала с Уильямом в поместье, Мэриан знала, что ей следует предпринять. Она не могла позволить графу привести ее к королю, как овцу на заклание. Слава небесам и знаменитому снотворному Тамариному чаю с ромашкой. И как странно, что тот же чай, с которого начались все ее злоключения, теперь поможет ей завершить самую страшную часть ее жизни.
Тетя Тамара была права с самого начала, с раскаянием думала девушка. Попытки обнаружить того, кто сфабриковал обвинение против ее отца, заранее были обречены на неудачу. Она лишь бесполезно рисковала судьбами и жизнями многих людей. Что ж, теперь все кончено. Если им удастся продержать Уильяма связанным день или два, то они отъедут достаточно далеко, и когда он вернется к хозяину, Гаретт уже не сможет догнать их до того, как они переберутся через пролив. А как только они окажутся во Франции, они освободятся от власти Гаретта навсегда.
Мэриан не хотела признаваться даже самой себе, какой одинокой и несчастной она почувствовала себя при этой мысли. Воспоминание о его горячих поцелуях вызвало во всем ее теле невольный трепет и сладкое томление. Но она тут же отругала себя за то, что ее оказалось так легко ввести в соблазн, и постаралась выкинуть из головы образ, все это время неотступно преследующий ее, — Гаретт, каким она запомнила его в таверне: темное от гнева лицо и холодные глаза, словно две серые льдинки, в глубине которых притаилось страдание.
Внезапно страшный грохот раздался за ее спиной, и фургон опасно покачнулся. Пока Мэриан пыталась успокоить лошадей, которых напугал шум, Тамара обернулась.
— Черт его возьми! — только и успела произнести она. Из-за занавесок высунулась рука и, ухватив Тамару, молниеносно утянула ее в полумрак фургона. Мэриан остановила повозку и, откинув занавески, заглянула внутрь.
Уильям сидел на полу, скрестив ноги, а у него на коленях полулежала, размахивая руками и ногами Тамара. Он крепко держал ее своими сильными жилистыми руками, и, хотя женщина изо всех сил извивалась и молотила по нему кулаками, было ясно, что ей с ним не справиться. Мэриан могла лишь в изумлении наблюдать эту безмолвную сцену, недоумевая про себя, каким образом ему удалось избавиться от веревок. Она даже не попыталась вмешаться в эту неравную борьбу, так как прекрасно понимала, что у них обеих не хватит сил, чтобы снова связать Уилла.
— Отпусти меня сейчас же, скотина! — закричала Тамара, неистово молотя кулаками по его рукам, когда поняла, что все ее попытки вырваться ни к чему не привели.
Однако Уильям просто не обращал внимания на свою пленницу. Обернувшись к Мэриан, он сердито произнес:
— Бесчестная лгунья! Вы обе хороши! Как вам удалось меня усыпить?
Мэриан нервно сглотнула. Как ей смягчить Уильяма, чтобы он согласился не отвозить ее обратно к графу?
— Это совершенно безвредно, Уилл, честное слово! — поспешила она его успокоить. — Тамара просто положила немного сонной травы в твой чай, только и всего.
— Ты должен был проспать дольше! — сердито воскликнула Тамара, в конце концов сдавшись и прекратив сопротивление. — Но такие беспокойные и неуживчивые люди, как ты, никогда не ведут себя так, как им полагается. Каким образом ты смог развязаться?
Уильям улыбнулся ей невеселой, жесткой улыбкой, бесцеремонно двигая ее на своих коленях так, чтобы ему было удобно.
— Я когда-то был солдатом, неужто забыла? — проворчал он. Он выпрямил одну ногу, и в то же мгновение Мэриан увидела нож, засунутый за голенище сапога. Тамара, проследив за взглядом племянницы, также увидела нож и почти машинально потянулась к нему. Однако Уильям мгновенно отреагировал, отодвинув ее подальше.
— Не так быстро. Могу себе представить, что бы вы сделали со мной, будь в ваших кровожадных руках этот нож! Мне не нравится, когда меня связывают, как рождественского поросенка! Так что маленько подождите с этим.
Тамара вновь начала вырываться.
— Замри, — прорычал он. — Я еще не решил, как с тобой поступить.
— Пожалуйста, отпусти ее, — мягко попросила Мэриан. — Она не причинит тебе вреда.
— У меня еще будет время убедиться в этом. А сейчас выкладывайте, куда вы собрались удрать?
— Во Францию, — ответила за племянницу Тамара. — Мы с Миной собираемся проложить между нами и этим безумным дьяволом, твоим хозяином, как можно больше миль.
— Надо понимать, что до сих пор я ехал с вами? — холодно спросил Уильям.
— Ну да, — ответила Мэриан. — Ты и сейчас поедешь с нами. По крайней мере до побережья. А там выбор за тобой — ехать с нами или возвращаться к своему хозяину.
Тамара презрительно фыркнула.
— Для него не существует выбора — он ни за что не останется с нами после того, как мы доберемся до побережья.
Неожиданно Уильям нагнулся и запечатлел быстрый поцелуй на шее Тамары. Цыганка залилась краской.
— Ты ведь не захочешь избавиться от меня сейчас, не правда ли, любимая? — прошептал он ей на ухо с широкой ухмылкой на лице. — Я могу пригодиться вам обеим. Вам ведь нужен мужчина, чтобы позаботиться о разных вещах.
Тамара яростно затрясла головой и уже открыла было рот, чтобы возразить, но Мина опередила ее.
— Так ты поедешь с нами, Уилл? — спросила она. Улыбка Уильяма погасла.
— Нет. Я должен буду вернуться к моему хозяину. И вы, по крайней мере вы, мисс, должны вернуться вместе со мной.
Уильям несколько ослабил свои объятия, в которых держал Тамару, и цыганка, улучив момент, двинула изо всех сил его локтем в живот. Хотя он и согнулся от боли, но все еще крепко сжимал руки вокруг ее талии и удержал, когда она попыталась освободиться.
— Да что ж это такое! — воскликнул он. — Неужели ты не можешь посидеть спокойно, как подобает покорной женщине!
— Я никогда не буду покорной, если ты намерен увезти с собой мою племянницу!
— А кроме того, — добавила Мэриан, которой надо было что-то быстро придумать, — ты не сможешь забрать нас с собой силой. Нас здесь двое против тебя одного. Ты можешь вернуться, но только к тому времени, как ты вернешься в Фолкхэм-хауз, граф сочтет, что ты сам, добровольно помог нам сбежать. Не думаю, что он охотно примет тебя обратно на службу.
Уильям нахмурился.
— Так вы все уже продумали? Пытаетесь погубить мою жизнь, и это после всего, что я для вас сделал?
— Сделал для нас? — едва не задохнулась от возмущения Тамара. — Ты помог поймать ее в ловушку, или ты забыл об этом?
Он пристально посмотрел на них обеих. — Ну, на самом деле это не совсем все, что я сделал. Граф найдет нас прежде, чем мы доберемся до побережья. И все, что от меня требуется, — это сидеть и ждать.
