который наводит на мысль, что мои умственные функции сейчас не в порядке из-за недавней связи между моим черепом и прикладом дробовика. Губы Миранды складываются в букву «О». Она понимающе кивает.
— После первоначального сканирования сети оказалось, что всё в порядке. Затем Коннор работал совместно с моей внутренней ИТ-командой, чтобы настроить несколько вещей, сделать систему пуленепробиваемой и так далее.
— Но, как оказалось, система не была таковой.
— Совершенно верно.
— Что случилось?
— Информация была украдена. Конфиденциальная информация, относящаяся к работе студии, нашим проектам и тому подобному, наряду с особо конфиденциальными личными делами, электронными сообщениями…
— Вы имеете в виду электронные письма, — уточняет Даунс.
Миранда кивает.
— Что-нибудь еще?
— О, список был обширным. Я попрошу свою ИТ-команду составить для вас каталог.
— Всё в порядке, я просто хотел узнать, не пришло ли вам в голову что-нибудь еще, что могло бы представлять ценность.
Миранда делает паузу чуть дольше, чем обычно.
— Да, вообще-то. Мое программное обеспечение было украдено.
Даунс опускает свое стройное тело на один из угловатых современных стульев перед столом Миранды, скрещивает длинные ноги, достает из кармана баночку с Tums и вытряхивает несколько таблеток. Словно не до конца расслышав, он говорит: — А?
Она барабанит пальцами левой руки по столу.
— InSight. Это продукт для статистического анализа, который я разработала сама, чтобы измерять и прогнозировать вовлеченность аудитории.
Даунс пережевывает таблетки.
Хруст. Хруст. Хруст.
— Хм. Сами разработали? Впечатляет. — Через плечо он спрашивает четверняшек: — Ребята, мы знали об этой программе?
Тот, кто жевал зубочистку в соседней комнате — по крайней мере, я почти уверен, что это был он, они все так странно похожи — говорит: — Это есть в отчете, заместитель директора.
Даунс поворачивается к Миранде с извиняющейся улыбкой.
— Простите, мисс Лоусон. Вы не большой любитель названий, а я не большой любитель отчетов. Я предпочитаю, чтобы бумажной работой занимались бухгалтеры, если вы понимаете, о чем я. Я больше ориентируюсь на общую картину.
— Я понимаю, что вы имеете в виду. Я сама такая. Всегда говорю, что детали можно оставить подчиненным, а важна общая картина.
— Вот именно! Именно это и есть лидерство! — Он хлопает ладонью по металлическому подлокотнику своего стула. — Что ж, я определенно понимаю, почему вы здесь главная. Вот что я вам скажу.
Когда Миранда улыбается, довольная его комплиментом, я понимаю, что Даунс изображает из себя Коломбо, чтобы расположить ее к себе, заставить думать, что он немного туповат, тем самым ослабить ее бдительность.
Кажется, это работает.
Быстрее, Даунс. Быстрее.
Я поворачиваюсь и шагаю в другую сторону.
— Хорошо, мисс Лоусон, я оставлю вас в покое буквально через минуту. Извините, что снова беспокою вас, мы почти закончили. Давайте подведем итог. Несколько недель назад этот Киллгаард связался с вами по электронной почте с угрозой вымогательства, да?
— Да.
— И после того, как вы получили эту угрозу, вы приняли соответствующие меры предосторожности, чтобы предотвратить любые взломы в вашей сети, да?
— Да.
— А потом он все равно каким-то образом проник внутрь, да?
— Да.
Его вопросы сыплются один за другим. Миранда отвечает легко, машинально. Они входят в ритм.
— И как только Сёрен оказался внутри, он потребовал еще денег, да?
— Правильно.
— И именно тогда наша группа быстрого реагирования прибыла на помощь, да?
— Да.
— А потом приехали Коннор и Табита Уэст, верно?
— Да.
— После чего между Табитой и Киллгаардом было несколько контактов, я прав?
— Да.
— И информация, собранная после этих контактов, привела к отправке группы в Майами, да?
— Совершенно верно.
— А когда вы впервые встретились с Сёреном Киллгаардом?
Миранда отвечает без колебаний: — В 2007-ом.
Я останавливаюсь как вкопанный. Заместитель директора Даунс пристально смотрит на Миранду. Четверняшки крепче сжимают пистолеты.
Проходит несколько долгих мгновений, прежде чем Миранда осознает свою ошибку и ее лицо бледнеет.
— Нет. Подождите. Я… я не… я имела в виду…
— Вы имели в виду, что впервые встретились с Сёреном Киллгаардом в 2007 году. — Даунс говорит ровно, спокойно, с опасными нотками в голосе, дружелюбие исчезло. — Мистер Хьюз, похоже, ваша интуиция вас не подвела.
Миранда вскакивает на ноги.
— Нет! Я не это имела в виду! Я была сбита с толку! — Возмущенная, на грани истерики, она смотрит на Даунса. Ее глаза горят от ярости и отчаяния. — Вы намеренно вводили меня в заблуждение! Вы пытались говорить моими словами!
Подобно оленю, который внезапно осознает, что находится под прицелом охотника, Миранда в панике отскакивает от своего стола, размахивая руками, неловко спотыкаясь на высоких каблуках, натыкаясь сначала на свой стул, а затем на стену с окнами.
Даунс встает. Когда он щелкает пальцами, четверняшки вступают в бой.
Я никогда не видел, чтобы четверо мужчин в плащах двигались так молниеносно.
* * *
Миранда стоит за столом в наручниках, ее бледные щеки испачканы тушью.
Она отказалась от права на присутствие адвоката в обмен на обещание смягчить наказание за сотрудничество. Она перестала притворяться невинной, как только ей в лицо уткнулись несколько стволов.
Четверняшкам не понравилось, что Миранда скрывала информацию о человеке, убившем девятерых их соплеменников. Люди из правоохранительных органов такие забавные.
Мы с четверняшками и Даунсом стоим в ряд перед ее столом, ощетинившись и кипя от злости.
— Давайте продолжим с того места, на котором мы остановились, — говорит Даунс. Он ведет себя так, будто едва сдерживается, чтобы не прибегнуть к насилию. Его рука зловеще лежит на рукояти пистолета, и Миранда это замечает. Ее лицо бледнеет еще сильнее.
— Вы познакомились с ним в 2007 году. Где?
Она шмыгает носом, глядя вниз, и каким-то образом умудряется выглядеть элегантно и царственно, несмотря на наручники и «глаза енота».
— В Сиэтле. Я была на ежегодном собрании профессиональной женской организации под названием Ellevate. Я недавно основала собственную студию, и меня пригласили выступить с речью о молодых женщинах в бизнесе.
— А что насчет них?
Миранда смотрит на Даунса снизу вверх, и в ее глазах вспыхивает вызов.
— О том, как им трудно быть лидерами из-за всех этих придурков, преграждающих им путь к вершине.
С изрядной долей сарказма один из четверняшек замечает: — Феминистка.
Она огрызается: — Попробуйте бороться с патриархатом как женщина в этой стране и посмотрите, как далеко это вас заведет! Если у вас нет члена, в мужской клуб вас не пустят, если вы не будете в два раза умнее и в десять раз безжалостнее. И даже тогда они будут называть вас сукой, коровой и фригидной заносчивой задницей, и все потому, что вы просто лучше их.
