Согласно первой версии, в убийстве по заданию ЦРУ лично участвовали Говард Хант и Фрэнк Стерджис.
Согласно второй версии, ЦРУ было связано либо с Джеком Руби, либо с Ли Харви Освальдом, либо с ними обоими, а эти отношения так или иначе легли в основу плана убийства.
Два этих разных довода были проанализированы комиссией.
При этом не было предпринято полного пересмотра доклада Уоррена: такая работа вышла бы за рамки, определенные для комиссии декретом, и отвлекла бы ее от поставленной перед ней цели.
Далласские бродяги
Первая из двух настоящих версий утверждает, что Говард Хант и Фрэнк Стерджис были в 1963 году сотрудниками или агентами ЦРУ. В ней также содержится утверждение, что они вместе находились в Далласе 22 ноября и были задержаны некоторое время спустя после убийства в железнодорожном вагоне, который стоял за «зеленым холмом» — зоной, расположенной впереди и справа от президентского автомобиля в тот момент, когда Джон Кеннеди был убит.
Согласно этой версии, полиция должна была загадочным образом освободить обоих, не зарегистрировав их задержание в полицейском участке, не сфотографировав и не сняв отпечатков пальцев. Тем не менее, говорят, их фото было сделано журналистами в то время, когда их везли к шерифу графства Даллас. Были утверждения, что якобы имеется «поразительное сходство» между личностями, представленными на этих газетных фото, и на фотографиях Ханта и Стерджиса, сделанных в 1972 году.
С другой стороны, некоторые кадры двух любительских фильмов, снятых в момент убийства президента (Запрудера и Никса), вроде бы обнаруживают присутствие нескольких вооруженных винтовками людей на склонах зеленого холма.
Эта версия предполагает также, что по крайней мере одна из пуль, задевших президента Кеннеди, была послана со стороны зеленого холма, где, как полагают, находились Хант и Стерджис. Направление выстрела, похоже, подтверждается резким движением тела президента назад и влево после того, как в него попала пуля.
Из всего этого сделали вывод, что в убийстве президента, вероятно, приняли участие сотрудники ЦРУ и, видимо, как следствие, что в нем было, возможно, замешано и само управление.
Комиссия подвергла разные элементы этой версии настолько глубокому изучению, насколько она сочла необходимым, чтобы установить со всей беспристрастностью, принимало ли ЦРУ или нет участие в убийстве президента.
Ниже приведены результаты ее расследований.
Версия, на которую ссылается здесь комиссия, развита Майклом Кэнфилдом и Аленом Beберманом в книге, изданной в июле 1975 года в Нью-Йорке, под названием «Государственный переворот по-американски». Некоторые элементы этой версии были освещены американским телевидением за несколько месяцев до выхода книги. Поскольку доклад Рокфеллера был опубликован в июне, Кэнфилд и Веберман смогли добавить к основному содержанию своей книги несколько прямых ответов на критику комиссии в их адрес. Мы воспроизводим эти ответы вслед за соответствующими отрывками доклада, лишь предоставляя их вниманию читателя и не давая здесь суждений о весомости приведенных аргументов. Вот для начала общая оценка Кэнфилда и Вебермана той части доклада Рокфеллера, которая касается их версии:
«Как и ожидалось, в докладе комиссии Рокфеллера заявлено, что не существует ни одного достойного доверия доказательства участия ЦРУ в убийстве Джона Ф. Кеннеди. Вместо того чтобы провести собственное расследование (используя средства, предоставленные ей как правительственной комиссии), она решила ограничиться оценкой различных доводов о соучастии ЦРУ, которые были ей предоставлены. В большинстве случаев они исходили от добровольных свидетелей, некоторые из которых не обладали необходимой подготовкой, чтобы отвечать на вопросы, поставленные комиссией и таким сведущим в докладе Уоррена прокурором, как Дэвид Белин.
Пренебрегая своими обязанностями, комиссия повела себя так, как будто сами свидетели и общественность должны были найти доказательства возражениям, выдвинутым по докладу Уоррена. Ее целью, очевидно, было защитить, но не рассмотреть заново этот доклад».
ХАНТ И СТЕРДЖИС. 1963 ГОДК ноябрю 1963 года Говард Хант уже в течение многих лет был сотрудником ЦРУ, где продолжал работать до выхода на пенсию в 1970 году.
На протяжении всего 1963 года он занимал пост в Вашингтоне, в его обязанности входила организация пропагандистских кампаний в зарубежных странах. По долгу службы ему приходилось выезжать в различные города Соединенных Штатов, но никогда он не выезжал на юг или юго-запад. В течение всего года он жил со своей семьей в пригороде Вашингтона, где его дети посещали школу.
Фрэнк Стерджис ни в 1963 году, ни в какое другое время не был ни сотрудником, ни агентом ЦРУ. Он сам показал это под присягой перед комиссией, а предпринятые в архивах ЦРУ поиски не позволили обнаружить ни малейших сведений, доказывающих, что он когда-либо числился среди сотрудников ЦРУ или выполнял его задания в качестве агента, информатора или кого-либо другого[143].
Стерджис заявил в своих показаниях, что он вовлекался в различные «авантюры», связанные с кубинским вопросом и, как он думал, организованные и финансировавшиеся ЦРУ. Он также заявил, что передавал, прямо или через посредников, сведения чиновникам федерального правительства, которые, как он считал, работали на ЦРУ.
Кроме того, он утверждал, что никогда не был связан с чем-либо, имеющим хотя бы малейшее отношение к убийству президента Кеннеди, ни в ЦРУ, ни где-либо еще.
БЫЛИ ЛИ ОНИ В ДАЛЛАСЕ 22 НОЯБРЯ?Хант и Стерджис оба под присягой давали показания комиссии. И тот и другой отрицали, что находились в Далласе в тот день, когда был убит президент.
Хант заявил, что провел весь день в пригороде Вашингтона. Его свидетельство было подтверждено его двумя детьми[144] и бывшей домработницей семьи Хантов. Стерджис же сказал, что провел весь день 22 ноября 1963 г. в Майами, во Флориде, и это свидетельство было подтверждено его женой и ее племянником. Племянник, живший в то время с семьей Стерджиса, в настоящее время имеет адвокатскую практику на Среднем Западе.
За исключением домработницы Хантов, все свидетели, лично подтвердившие, что Хант и Стерджис в день убийства президента Кеннеди находились, соответственно, в Вашингтоне и в Майами, являются членами их семей или близкими родственниками.
Свидетельствам лиц, настолько заинтересованных в этом деле, придали бы меньше веса, если бы существовали доказательства обратного. Но, при отсутствии противоречащих элементов, свидетельства членов семьи не могут быть отброшены.
БЫЛИ ЛИ ОНИ ЗНАКОМЫ В ТО ВРЕМЯ?Хант заявил, что он никогда не встречал Фрэнка Стерджиса до того, как Бернард Баркер представил ему его в Майами в 1972 году. В свидетельстве Стерджиса содержится тот же смысл, за тем исключением, что он не помнит, состоялось ли это знакомство в конце 1971 или в начале 1972 года.
С другой стороны, Стерджис заявил, что хотя он часто слышал о некоем «Эдуардо», сотруднике ЦРУ, который играл активную роль в «комитете за освобождение Кубы» в Майами до операции в заливе Кочинос, но никогда не видел его. Только в 1971 или в 1972 году он узнал, что «Эдуардо» был не кто иной, как Говард Хант. Стерджис также участвовал в деятельности антикастровских групп в Майами до, во время и после того, как Хант ведал политическим аспектом плана операции в заливе Кочинос (в 1960 и в начале 1961 г.).
Согласно другому показанию, связь между Хантом и Стерджисом существовала еще до 1971 года. Один свидетель утверждал, что Стерджис — это псевдоним, а настоящее имя лица, называющего себя Стерджисом, — Фрэнк Фиорини и что он позаимствовал имя Стерджис у Хэнка Стерджиса, персонажа романа, написанного Хантом в 1949 году (под названием «Бимини Ран»). Стерджис, со своей стороны, заявил, что по рождению он Фрэнк Анджело Фиорини, что в девичестве его мать была Мэри Бона, а отца звали Анджело Антонио Фиорини. Он был еще ребенком, когда его родители развелись, и мать снова вышла замуж за человека по имени Ральф Стерджис. По настоянию матери он в 1960 году на законных основаниях сменил свою фамилию в Норфолке, Вирджиния, на фамилию отчима.
Проведенные в архивах компетентных судов поиски установили, что 23 сентября 1952 г. в суд города Норфолка поступило прошение. Некий Фрэнк Анджело Фиорини просил изменить его имя на Фрэнк Антонио Стерджис. В прошении отмечалось, что мать Фрэнка Анджело развелась 15 лет назад с его отцом и вышла замуж за некоего Ральфа Стерджиса, что ребенок всегда жил с матерью, носящей имя Мэри Стерджис, и что отчим Фрэнка также желал, чтобы он изменил свою фамилию на Стерджис. Суд 23 сентября 1952 г. (в тот же день, когда поступило прошение) постановил разрешить ему изменить имя. Это постановление сохранилось в архивах суда в Норфолке. В прошении, как и в соответствующем постановлении об изменении имени, Фиорини был ошибочно записан «Фиорино».
