рукой у основания – на случай, если под Южным полюсом спрятана какая-нибудь пружина.
– Ничего нет, как видишь, – заключил он и постучал костяшками пальцев по земному шару.
Оба замерли.
– Постучи-ка еще, – велел Оливер.
Капрал стал легонько обстукивать глобус. Где-то стук звучал звонко, где-то глухо.
– Видимо, не из цельного куска дерева вырезано. Думаешь, он полый?
Оливер кивнул. Они поискали скрытый рычажок или кнопку – тщетно. Подергали за мечтательного дуэнде, за часы, понажимали на все возможные места. Впустую. Оливер снова принялся рассматривать карту. Параллели и меридианы. Вертикальные и горизонтальные линии, долгота и широта. Ничего необычного. Что престарелая сеньора Грин в точности сказала внуку? “Все сокровища в Калифорнии”. Может, она все-таки эту треклятую книгу в Лос-Анджелес отправила? Ладно, последняя попытка…
– Калифорния, – пробормотал Оливер и провел пальцем по глобусу.
Вот участок между тридцатым и сороковым меридианами и сто десятой и сто двадцатой параллелями. Он надавил. Ничего не произошло. Надавил посильнее. Щелчок. Часть глобуса с Калифорнией и куском Тихого океана ушла вглубь, и шар раскрылся, как цветок. Невероятно, но стыки лепестков были искусно замаскированы под линии меридианов. Оливер торжествующе вскрикнул, а у Масы от изумления приоткрылся рот. Они потрясенно переглянулись.
Оливер склонился над глобусом. Внутри шара находились сложенный пополам конверт, бархатный черный мешочек и массивный сверток, формой напоминавший книгу. Оливер осторожно достал все и положил рядом с глобусом. Первым делом он развернул сверток. Слоев оказалось два – сверху обычная оберточная бумага, а под ней пергаментная. Вот она. Книга.
На массивной обложке было написано:
NICOLAI COPERNICI TORINENSIS.
DE REVOLVTIONIBVS ORBIUM COELESTIUM[32]
– Невероятно! – прошептал Оливер. – Мы нашли!
– Охренеть, – пробормотал Маса. – Она была прямо под носом у нас все это время.
– Если подумать, то все логично, Марта Грин должна была держать ее под рукой. Наверное, этот тайник сделали еще для семьи дель Амо.
– Удивительно, что потайной механизм расположен именно под Калифорнией, – сказал капрал. – Хотя дель Амо тоже были оттуда, так что все сходится. Но вообще-то оранжерея – не лучшее место для старинной книги, здесь же влажно.
– Думаю, сеньора Грин спрятала здесь книгу ненадолго, а потом… – Оливер замолчал.
– А потом преставилась, – согласился капрал. – Посмотри, что там еще?
Оливер развязал бархатный мешочек. Внутри находились какие-то камешки, но ни Оливер, ни Маса не имели ни малейшего понятия, ценные они или не очень. Так, конверт. Заверенные нотариусом бумаги, документы на собственность, на книгу Коперника, еще какие-то бумаги.
Оливер осторожно завернул книгу в прежние обертки.
– For God’s sake[33], да она прямо в руках разваливается! – вырвалось у него.
Маса улыбнулся и подумал, какой все-таки этот Оливер классный парень. Если б не его упертость, они так и не нашли бы книгу. Обычно Маса виделся с Оливером мимоходом в городе, они обменивались шуточками, причем шутил тот по-английски тонко и с непроницаемым лицом.
– А ты молодец, англичанин! Пора звонить боссу.
Пока капрал набирал номер Валентины, Оливер рассматривал потайной механизм. Что ему подсказало? Смекалка? Интуиция? Не такой уж он и находчивый. Его детская вера, что заколдованные замки с сокровищами и в самом деле существуют? Или это красавица Джейн нашептывала ему подсказки? Оливер ухмыльнулся. Нет, привидения, конечно, не существуют, но некоторые люди оставляют после себя вполне материальные следы. Такие, как актриса Джейн, которая бросила все ради любви. Или меценат Хайме, кабальеро, родившийся с серебряной ложкой во рту и умело распорядившийся своим богатством. Оливер представил, как влюбленная пара со смехом танцует в этом чудесном саду.
Он провел в больнице весь день. У него взяли на анализ кровь и мочу, сделали рентген, электрокардиограмму и еще кучу всего. В себя он пришел, как только его привезли, но все бредил о дьяволе и призраках, которых не мог выбросить из головы. Постепенно эта параллельная реальность все же рассеялась. Образ Джейн растаял.
Потом его определили в палату, и суровая, как фельдфебель, медсестра тут же принялась допрашивать его о медицинской истории. Не в силах сопротивляться, он выложил ей все начистоту, даже дал телефон своего врача в Лос-Анджелесе. “Наркотики?” Да, а как же, все в молодости балуются. Медсестра слегка изогнула бровь. “Галлюцинации? Психоз?” Ну, наркоманам и летающие слоны порой мерещатся, а она какого ответа ожидала? Дело давнее, он много лет ничего не принимает. “Ничего?” Медсестра сверлила его взглядом. “Алкоголь, сеньор Грин, это тоже наркотик”. Да что она себе позволяет! Он не алкоголик! “Потом к вам подойдет врач. Кислородную маску не трогать”. Он все порывался приподнять маску перед ответом на очередной вопрос.
Прошло много времени, наконец та же самая медсестра привела врача. Это был неприметный человек средних лет, плотного телосложения. Взгляд потухший, усталый, износившийся за долгие годы работы. Он чуть слышно представился, словно имя его не имело никакого значения, и, уткнув взгляд в медицинскую карту, заговорил:
– Сеньор Грин, вы на протяжении длительного времени регулярно подвергались токсичному воздействию монооксида углерода. Я так понимаю, вам об этом уже известно.
– Да, мне сказали. Но сейчас мне уже лучше. Обязательно оставаться тут на ночь?
Врач чуть нахмурился:
– И на эту ночь, и еще столько ночей, сколько понадобится, сеньор Грин. Все серьезнее, чем вам кажется.
– Неприятные последствия? – взволнованно спросил Грин.
– Последствия отравления? Вряд ли. Организм крепкий, раз вы каким-то чудом продержались так долго. Яд несколько недель замещал кислород в вашем сердце, мозге и остальных органах. Сейчас состояние стабильное, мы вас понаблюдаем, но вы поправитесь. Завтра снимем кислородную маску и направим вас в барокамеру.
– Куда?
– В барокамеру под давлением подается кислород. У вас избыток карбоксигемоглобина в крови, нам надо, чтобы уровень упал ниже трех процентов, – объяснил врач, хотя Грину показалось, что он обращается к медсестре.
– Но я же больше не вдыхаю угарный газ, значит, все не так плохо? Больше обмороков не должно быть?
– Обморок с вами случился не столько из-за монооксида углерода… Хотя галлюцинации с привидениями появились из-за него.
– Откуда вы знаете?..
– Люди из гражданской гвардии рассказали. Их тут столько, будто у нас не больница, а филиал участка, – раздраженно процедил врач. – Сейчас вон тоже лейтенант ждет, жаждет с вами пообщаться. Но давайте вернемся к вашему здоровью… Меня не столько монооксид углерода волнует, сколько другие вещи.
– Какие? Что со мной?
– Ваша печень, сеньор Грин, в очень плохом состоянии. И весьма вероятно, что вы потеряли бы сознание без всякого угарного газа, а из-за болезни печени. Вам необходимо срочно начать лечение и полностью исключить из рациона алкоголь.
– Что? Да
