помешаю? — спросил я, слегка нахмурившись. Я не думал, что Сталевар любит, когда стоят над душой, потому беседовал с ним, когда тот стоял за прилавком или сидел за записями. Нет, я смотрел за ним, когда готовил параллельно (в мастерской было достаточно места для этого). Но оставаться ради того, чтобы посмотреть, казалось мне слегка некультурным.
Отголоски прошлой памяти.
Альф пожал плечами с таким видом, будто это очевидно:
— А ты ему не ме-ешай. Ты-ы. Ученик. Имеешь право. Не в-выгонит он те-е… те-е-е…
— Я понял. Спасибо.
Я колебался всего мгновение. В конце концов, Альф был в чем-то прав, тем более, если мастер готовит что-то редкое. Такой шанс выпадает не каждый день.
Я повернулся на каблуках и вернулся в мастерскую.
Сталевар уже начал готовку. На рабочем столе лежали десятки ингредиентов: сушёные корни, порошки редких минералов, экстракты из трав и цветов, даже несколько маленьких стеклянных флаконов с жидкостями разных цветов — от густого чёрного до сияющего серебристого — та самая кровь духовных зверей. Всё было разложено с идеальной точностью.
На плите стояли три котла. Три! И каждый из них спустя пятнадцать минут уже закипел: в одном забурлила густая жидкость цвета янтаря, в другом — что-то тёмно-зелёное с редкими пузырьками, а третий был наполнен прозрачным раствором с лёгким голубоватым оттенком.
Сталевар работал одновременно с каждым из них. Его движения были точными и быстрыми — настолько, что я едва успевал следить за ними. Одной рукой мастер помешивал первый котёл длинной деревянной ложкой, другой — аккуратно добавлял порошок в третий. При этом он переворачивал песочные часы у второго котла — их было несколько, каждые отсчитывали свое время.
Я стоял у стены. Моё внимание было приковано к процессу. Это было не просто зельеварение — это было искусство! Наставник двигался так быстро и точно, что казалось, будто он танцует какой-то рубленый техничный танец между котлами. Ни одного лишнего движения, ни одной секунды промедления.
Он взял небольшой нож и начал нарезать корень растения с невероятной скоростью. Лезвие мелькало так быстро, что я едва успевал следить за ним. Затем он бросил нарезанный корень в первый котёл и тут же добавил несколько капель серебристой жидкости из одного из флаконов во второй. Реакция была мгновенной: зелёная жидкость начала менять цвет на глубокий изумрудный.
В какой-то момент он одновременно помешивал два котла — одну ложку он держал в правой руке, другую — в левой. Я даже не знал, что такое возможно! Это что, мне теперь еще и амбидекстром становиться?
Но самое удивительное началось позже.
Когда песок в часах у третьего котла полностью осыпался, Сталевар снял его с огня и аккуратно влил содержимое во второй котёл. Жидкости смешались, и оттуда поднялся пар с лёгким запахом хвои и чего-то сладкого. Затем он повторил то же самое с первым котлом, вливая его содержимое во второй. Теперь все внимание мастера сосредоточилось на одном котле.
Его движения замедлились. Он помешивал зелье медленно и осторожно, словно боялся нарушить хрупкий баланс. Последние песочные часы были почти пусты. Как только последняя песчинка упала, наставник снял котёл с огня и поставил его на охлаждающую подставку.
Я стоял как заворожённый. Лишь наблюдая за этим процессом, я чувствовал, как растут мои собственные знания о зельеварении. И это не пустые слова:
Алхимик-зельевар: +1
Это был уровень мастерства, которого мне ещё предстояло достичь. Но теперь я понимал: я хочу этого. Я хочу работать так же быстро, точно и уверенно. Хочу понимать каждую реакцию ингредиентов до мельчайших деталей.
Сталевар быстро заполнил из котла две двухлитровые банки с узким горлышком, закрыл их пробками и повернулся ко мне впервые за всё время.
— Мои котлы тоже помоешь, — сказал он сухо и указал на три остывающих сосуда.
Затем добавил:
— Надеюсь, почерпнул для себя что-то.
Я только кивнул.
Котлы учителя стояли передо мной, покрытые тонким налётом остатков зелья. Три массивных сосуда, каждый из которых хранил следы недавнего алхимического волшебства. Я закатал рукава и взялся за дело: тщательно счистил остатки смеси со стенок, стараясь не упустить ни единого пятнышка. Затем прошёлся по дну — там осел тонкий слой порошков и трав. И он еще выставил это как плату за увиденное. Ха! Да если бы за повышение специализации мне каждый раз приходилось бы мыть котел, я бы жил здесь!
Когда последний котёл засиял чистотой, я вытер руки тряпкой и вышел в лавку.
Альф стоял за стойкой, склонившись над журналом поставок. Перо скрипело по бумаге, губы беззвучно шевелились, будто он проговаривал свои мысли вслух.
— Закончил? — спросил он, не поднимая головы.
— Да, — ответил я и подошёл ближе.
На мгновение замер, разглядывая его сосредоточенное лицо. Альф, этот странный Альф…
Казалось, он жил в своём мире, но при этом как-то добился работы в этой лавке. И вряд ли мастер держит его здесь только из-за торговли.
Мне пришла в голову одна идея.
— Слушай, — начал я, опираясь на стойку. — А что, если попробовать сварить вместе зелье для укрепления иммунитета? Но не обычное, а более концентрированное, знаешь? Добавить больше облепихи, цитрусовых, корень морозника…
Я расписал ингредиенты и их соотношение в рецепте, над которым работал последние пару недель — отправную точку для той самой добавки, которую хотел создать и добавить в еду. Такая цель казалась мне все более наивной, но шагая к ней, я качественно рос, как зельевар, а значит, бесполезной цель точно не была.
Альф поднял на меня взгляд. В глазах парнишки мелькнул интерес.
— В одиночку я такое зелье пока приготовить не смогу — рук и умения не хватит, — признался я честно. — Но если мы сделаем это вместе, если ты хоть немного заинтересован…
Он отложил перо и задумчиво потёр подбородок.
— Концентрированное, говоришь? — протянул Альф, задумчиво постукивая пальцами по стойке. — Ну… Можно попробовать два варианта. Первый — вдобавок к твоему рецепту использовать корень чертополоха. Второй — добавить экстракт золотого мха и немного порошка из рогов оленя. Опять же, к твоему рецепту.
Я замер. Альф только что услышал мою идею — и уже предложил два возможных подхода! Будто заранее знал рецепт и просто ждал момента, чтобы его озвучить.
А еще, рассуждая о рецепте, он ни разу не заикнулся.
— Думаю, начнём со второго варианта, — сказал я после короткой паузы. — Он звучит… сложнее. Давай
