яркого сияния распустившейся Звезды, вопросил Датокил, стремясь скорее укрыться под кормовым навесом.
— В лихое время вы прибыли на флот. — грубо выпалил упрек Салли вместо приветствия, тревожно поигрывая желваками, едва различимыми под кущами неухоженной бороды. — Уже как три дня нам приходится отгонять юрких разведчиков Саргии от наших вод. С тех пор, как мы вернули корабли из сухой стоянки в Равении, это первые наши встречи с северянами. Чувствую я, быть беде…
— Что ж… тревожные вести… — смутился Датокил, не понимая, правда ли все так дурно, или же Салли от скуки напускает важности и сгущает краски там, где холст должен быть чистым. — Мне же необходимо одолжить у тебя небольшое судно для исполнения миссии великой важности.
— Не хотел бы я лишать флот хоть бы и малой лодчонки, в таких то условиях… — покачал головой Салли. — Но так и быть, раз уж это «миссия великой важности». — передразнив Датокила, Салли немного подуспокоился, и даже улыбнулся, развалившись на скамье посреди кормового навеса. — Что ж, Датокил, каковы же дела у нашего приора, и когда я вернусь в Литию полноправным хозяином?
— Артемир победоносно ведет равенцев к победе, и уже перешел границу Саргии. — торжественно продекламировал Датокил. — Лития же осталась у нас в тылу, будучи обойденной по пути в Фортерезию, однако, после падения престола Латников, ничто не помешает тебе стать в ее главе.
— Что ж, надеюсь, что доживу до сего славного момента. — кисло растянул губы Салли, отвернувшись от Датокила. — Тогда не будем мешкать и отправим вас с этой деревянной погремушкой туда, куда нужно. А куда нужно? — вновь повернулся к Датокилу Салли, с интересом задрав брови.
— На восток от твоего флота, а после — на север, до северо-восточных берегов Астии. — откровенно ответил Датокил, поднимаясь со скамьи, демонстрируя тем согласие с нежеланием тратить время.
— Есть у меня малый корабль, на борту у него нет ни одной пушки, лишь устаревшие стрелометы. — задумчиво потеребил бороду Салли. — Скинь их в воду и иди на нем. Места на нем хватит для всех вас с лихвою, и перед стихией он устоять сможет.
— Что ж, спасибо на том, добрый Салли! — слегка поклонился Датокил. — Уповаю на то, что при нашей следующей встрече ты уже будешь носить венец благородного и мудрого правителя Литии.
Едва только Датокил закончил с лестными вежливостями, ласковый утренний бриз взрезали тревожные и неприятные звуки — частый звон колоколов, которыми были снабжены все мачты кораблей Южного Флота.
— Тревога, опять сарги! — взъершился Салли, подбегая к борту своего корабля и стараясь высмотреть на северном горизонте неприятеля. Вслед за морским набатом раздались еще более тревожные симфонии — грохот отдаленный пушечных выстрелов.
— Это уже не разведчики! — завопил Салли. — Они притащили сюда боевые корабли Северного Флота.
Повернувшись к своей команде, замершей в нерешительности кто где был, Салли командным басом заорал:
— Все по местам, орудия и ружья зарядить, паруса освободить, готовьтесь к бою!
— Мне нужно быстрее покинуть флот и отправиться в Астию, уж коли саргийский флот отвлечен от блокады! — закричал Датокил Салли, схватив его за руку и остро почуяв приближение довольной смерти, изготовившейся собрать изобильный урожай. — Дело не потерпит моей гибели!
— А, проклятье! — выругался раздраженно Салли, высвободил свою руку из цепких пальцев Датокила, потом повернулся к ближайшему матросу и указал. — Эй, Дазар, помоги переправиться этим равенцам с их грузом на лодке до «Беззубого», и передай его команде, чтобы отдали лишние ружья и боеприпасы тебе и переходили под его управление. — ткнув пальцем в Датокила, Салли пренебрежительно махнул ему рукой на прощание и полез на обзорное гнездо первой мачты для контроля за происходящим.
А грохот выстрелов приближался, и Датокил не мог избавиться от гнетущей тревоги даже тогда, когда его перевезли на так называемый «Беззубый». Вся команда, весьма благодарная ему за избавление от грядущих ратных подвигов, отвела судно сильно к югу от флота Салли. После достижения безопасности, крепкие гребцы и ловкие матросы, отвечающие за паруса, направились на восток, а далее — на север. Сбиться с курса им не дозволил металлический указатель Датокила. И вот уже пушечный грохот разгуливался на западе, а потом и вовсе остался позади, утратив хоть какое-то устрашающее влияние на Датокила и его спутников. Разумеется, флотоводцы Саргии не решились растягивать фронт наступления в ширину и отдаляться чересчур от побережья, не имея в своем распоряжении спасительного навигационного устройства. «Беззубый», совершенно не гнушаясь своего названия, уверенно и без оглядки начал свой путь до таинственных берегов далекого архипелага.
Глава XXVIII
— Что ж, рано, или же поздно, но ты начнешь пытать меня, не так ли?
— Я знаю, что боль не развяжет тебе язык, потому не дразни меня понапрасну.
Уже который день Артемир проводил время в лагере заложников, обретая компанию в лице ненавидящего все, что с ним связано, Альзория. Приор не считал суток, но точно мог сказать, что их минуло уже порядочно много с тех пор, как Датокил покинул его войско для переговоров с Астией. Свои позиции трудолюбивые равенцы основательно защитили, обустроив неплохой трехуровневый форт с полукруговыми стенами высотой чуть меньшей человеческого роста. Верхнее полукольцо, оно же внутреннее, служило оплотом артиллерии, среднее — укрытием дальнобойных стрелков с ружьями, внешнее, оно же нижнее по склону, выступало в роли передовой линии обороны, и было занято пехотой ближнего боя, лучниками и арбалетчиками. Все полукольца эти упирались в фортерезские скалы, защищающие равенцев с тыла. Единственной брешью в обороне были те самые ущелья, связующие между Саргией и Фортерезией, а ныне — пути спасения, по которым до форта доходили повозки с провизией и боеприпасами, посылаемые фортерезским князем. Ни в коем случае княже не мог нарушить договоренностей с Артемиром, пока равенское войско стояло под его боком и навязчиво тыкало в него пикой.
— Тогда зачем ты досаждаешь мне, приходя сюда почти каждый день?!
— Это мой лагерь, и я волен находиться в любом его краю безо всяких ограничений.
Дабы обезопасить фланги форта от лазутчиков и дать простор для артиллерийского обстрела, равенцам пришлось вырубить довольно обширные площади лесов вокруг склона и тракта, ведущего вглубь Саргии. Из хорошей древесины мастера ученого полка изготовляли оружие, стрелы и обновляли лафеты для пушек, из дурной — стругали навесы и лежаки для солдат. Большую же часть срубленного леса пришлось обменять по невыгодному курсу фортерезцам. Многие из них приходили к лагерю за стройматериалом для починки разрушенных в ходе равенского «воздаяния» домов, сараев и стойбищ. Никому невдомек, как фортерезский народ прознал про изобилие
