господина Гоу, это он нас подставил.
— Что⁈
— Ты услышал. Осталось только принять.
— Неправда! — брызжа слюной, мужчина вцепился в прутья из костей. — Вина только твоя!
— Отчасти. Но исправить что-либо мне помешал именно ваш специалист.
— Да какой в этом смысл!
— Просто мы стали для него бесполезными, — пожал я плечами, хотя собеседник вряд ли меня видел. — Вот он и скинул нас на обочину, как лишний груз.
— Мы его защищали!
— Поверь, он и сам прекрасно бы справился.
— Конечно не поверю, потому что я своими глазами видел, как его жрали!
На этот раз настал мой черёд изумиться. Сказал бы другое слово, но пусть будет так.
— Ты уверен?
— На последнем привале меня уронили, — чуть спокойнее произнёс Акам. — Кажется, один из уродов подвернул ногу, и от удара об землю я очнулся. В то время его как раз начали разделывать. Ошибки быть не может. Кожа тоньше пергамента, раздутые суставы… Эти руки я узнаю из тысячи.
— На нём была маска?
— Его раздели, как и нас. Лица, правда, я не увидел, только редкие волосы на затылке, как у древнего старика. Потом меня снова закинули в мешок. А зачем тебе она?
— Он говорил, что маска помогает ему дышать…
— Как это?
Рассказать про респиратор я не успел. Видимо, выкрики агента привлекли ненужное внимание, потому что дверь в камеру с душераздирающим скрипом отъехала в сторону. Внутрь пролился дрожащий свет лампы, а следом за ним шагнула здоровенная фигура в доспехах. Такому только в американский футбол играть.
— Нет-нет-нет! — заголосил мой сосед, когда визитёр с металлическим лязганьем потопал прямо к нам.
Акам забился в дальний угол, намертво вцепившись в кости, но его это не спасло. У надзирателя имелась металлическая дубина и напрочь отсутствовала жалость. Парочка крепких тычков сквозь прутья, и агент поплыл. После чего гигант отомкнул запор на двери чем-то вроде накидного ключа и вытащил заключённого за ногу. Тот вяло брыкался, за что схлопотал ещё один удар — на этот раз по голове — и дальше поехал уже без претензий.
Дверь, что характерно, мордоворот закрывать не стал.
Что ж, намёк понятен. Я устроился поудобнее, поджав под себя голые ноги, и принялся ждать. А что ещё остаётся, если моя клетка до сих пор заперта? Голыми пальцами такую бандурину вместо замка не развинтишь. Вот будь у меня протез… Даже пачкаться в ржавчине бы не пришлось.
Увы, со мной остался лишь мой острый ум, который сейчас откровенно пробуксовывал. Оказывается, господин Гоу тоже попался. Поверяльщик хренов! Даже ударение переставить хочется, ну да ладно.
С одной стороны вполне логичный исход — специалист ходил с явным трудом, предпочитая ездить на клетконосце. А без моей помощи ни животинка, ни кто-либо иной крепость покинуть не могли. Это ещё ж догадаться надо, что я задумал, и найти спрятанную в личных вещах взрывчатку. О которой никто кроме меня не знал.
Хорошо, допустим, старший сотрудник каким-то чудом выбрался наружу и ушёл от людоедов. Как он вообще собирался продолжать поиски без припасов и транспорта? Сколько бы я ни напрягал голову, туда так и не пришло ни одного правдоподобного варианта. А может, всеобщее пленение не входило в его планы? Он вполне мог приберечь того же Акама, дабы тот и дальше подтирал ему задницу в дороге. Или Юту — она ведь тоже оператор, при этом лишена греховного металла, не считая скоб в черепушке, которые профессор Шаан вряд ли стал вынимать. Тоже неплохой себе вариант.
Так что же у всемогущего, но слегка немощного носителя древней субстанции могло пойти не так? Если он не врал мне о своей непричастности к диверсии, кто тогда её совершил? Я принялся поочерёдно вспоминать тех, кого видел рядом в ту злополучную ночь и прикидывать, где могли находиться в тот момент остальные.
Закончил анализ аккурат к возвращению надзирателя и вслух подвёл итоги.
— Ах ты тварь неблагодарная! Стоп, это я не тебе…
Однако здоровяк всё равно обиделся и сунул палку внутрь. Вроде бы голову задело по касательной, но моё расшатанное дрянью сознание вновь ускользнуло куда-то в темноту. Однако на этот раз ненадолго. Новая вспышка боли за шкирку выдернула меня обратно в реальность, продрав до самых кончиков нервных окончаний. Казалось, мне пробили насквозь голову в отместку за множество застреленных мной людей, но смерть всё не приходила. Предпочитая и дальше вкручивать в голову раскалённый штырь.
Уже на самой грани безумия я дёрнулся всем телом, преодолевая навалившуюся тяжесть, и неожиданно рухнул навзничь. Как ни странно, мне в таком положении немного полегчало. По лицу струилось что-то тёплое, левая сторона головы горела напалмом, вынуждая прижимать к ней единственную ладонь, а во рту стоял солоноватый привкус. Спасибо холодному сырому камню, который впитал в себя лишний жар и немного взбодрил.
А раз я всё-таки не умер, то и валяться тряпкой на полу не стоит. Всё, подъём, Алексей!
Оторвать руку от пылающего лица вышло с превеликим трудом, но иначе никак. Культя с передаточным кольцом годилась лишь в качестве точки опоры, да и то не самой надёжной. Попутно решил осмотреться, но смог разлепить один только правый глаз. А вот на месте левого ещё пуще вспыхнул комок боли, стоило его потревожить.
Да чтоб вашу мать… Со всем почтением, разумеется.
Вокруг меня громоздились какие-то непонятные контейнеры со сглаженными краями, компанию которым составляли вполне узнаваемые вьючные тюки. Не чьи-нибудь, а именно наши. Сомнений быть не могло, так как света в помещении хватало. Правда, искусственного, из ламп на потолке. Но главным успокоительным для моих нервов стала валяющаяся рядом туша в латах.
— Неплохо, очень даже неплохо… — похвалил меня кто-то хриплым басом.
Голос шёл откуда-то сверху, но разглядеть его обладателя мешала массивная металлическая тумба перед носом. Её как будто приплюснули сверху, сделав похожей то ли на низенький стол, то ли на излишне высокое ложе без матраса. Только нога оттуда свисала не человеческая, а роботизированная. Её я тоже узнал с первого же взгляда. Теперь мне иные варианты, кажется, недоступны.
Напротив стояло железное кресло, под которым натекла целая лужа крови. В том числе, моей. Судя по мазкам, я оттуда и сверзился, попутно уронив людоеда. Будет знать, как меня трогать, падла такая!
В качестве моральной компенсации я забрал у него дубину и тут же огрел ею по шлему с прорезями. Тот почти никак не отреагировал. Видимо, с шумоизоляцией внутри полный порядок. Нужно из арбалета стрелять, желательно стальной болванкой.
— Полегчало? — участливо поинтересовался голос.
— Немного, — прохрипел я, взбираясь обратно
