– Но я не смогу вызвать такую тварь! И заставить ее подчиняться тоже не смогу, а все потому, что сил не хватит! Вот драконы смогли бы вызывать таких существ десятками, если бы захотели! – выпалила я прежде, чем сообразила, кого обвиняю.
Глаза Аранвейна моментально превратились в два куска льда, перечеркнутых ровной трещиной зрачка, и он резко встал, кажется, едва сдерживаясь, чтобы не рявкнуть на меня.
– Вам покажут ваши покои. Когда я приму решение, которое вы сможете донести до правителя Андариона, я призову вас. Идите.
Прозвучало это как: «Вон отсюда, и чтоб ноги вашей здесь не было!» На краю «поляны» буквально из ниоткуда возникла темноволосая девушка, оглядевшая меня с презрением, и молча сделала нам знак следовать за ней. Мы подчинились, отвесив на прощание Аранвейну по поклону.
Кажется, я в очередной раз все испортила…
ГЛАВА 15
Отведенная для нас с Вильей комната больше походила на камеру для особо почетных гостей – вроде бы все удобства, даже шелковые покрывала на кроватях наличествуют, но дверь захлопнулась с таким подозрительным скрежетом, что я, коснувшись мореного дуба, поняла: самим нам ее не открыть ни за какие коврижки. А все потому, что едва мы вошли в комнату, как моя магия перестала существовать, словно я опять находилась в гномьих катакомбах под Закатным пиком. То же странное и страшное ощущение, словно ты теряешь кусочек своей души, как будто неотъемлемая часть тебя, всегда бывшая рядом, вдруг перестала существовать.
– Нет, кто бы подумал! Они нас заперли! – возмутилась Вилья, для пробы пару раз подергав ручку двери с нулевым эффектом. – Похоже, что тут банально на засов закрыли. Евк, колдани что-нибудь так, чтобы эта дверца с петель соскочила ну или хотя бы засов отодвинулся.
– Не могу, – безрадостно отозвалась я, оглядывая комнату.
Интересно, куда предусмотрительные драконы заныкали димеритовую друзу, раз уж она так удачно приглушила мои магические способности, а? Как говорится, лучше всего прятать на самом виду – там, где будут искать в последнюю очередь.
– То есть как – «не могу»? – переспросила Вилья, отлипая от неподатливой двери и глядя на меня так, словно я совершила внеплановую смену ипостаси.
– Молча и скрипя зубами! – недовольно отозвалась я, внаглую разваливаясь на широкой кровати и почти полностью укрыв ее развернутыми крыльями.
Эх, а ведь все-таки удобно вот так лежать на животе, раскинув крылья на манер пришпиленного булавкой мотылька. Моему пофигистичному взгляду на ситуацию не дала развиться Вилья, усаживаясь рядом со мной. Спасибо хоть, что правое крыло додумалась сдвинуть в сторону, ведь могла прямо на него усесться, а проверять на прочность свои оперенные конечности с помощью подруги мне пока что не улыбалось.
– Ев, может, хватит меня нервировать, а? Что значит – не можешь?
– То и значит, – пояснила я, зарываясь носом в мягкую подушку и глухо вещая уже оттуда: – Тут в комнате драконы где-то димеритовые кристаллы запрятали, а они, как ты знаешь, гасят любую магию в радиусе пятнадцати шагов точно.
– Вот гады чешуйчатые! – эмоционально высказалась полуэльфийка, впрочем не опустившись до уровня, когда приличными в высказываниях становятся только предлоги и знаки препинания.
– Ну, по правде говоря, я поступила бы точно так же. В конце концов, мы с тобой представляем Андарион, который сейчас не в лучших отношениях с Алатырской горой. Что тут странного, что нас деликатно заперли, дабы мы не шастали где попало? Аранвейн все-таки не дурак, поэтому он проявляет разумную осторожность. К тому же разместили нас со всем возможным комфортом, так что тебе вообще грех жаловаться.
В ответ Вилька пробормотала что-то маловразумительное и отошла к туалетному столику, где принялась разоружаться. Лично я предпочла бы пока отдохнуть, ибо справедливо подозревала, что советоваться драконы могут до-о-о-олго. Самое главное – что нас выслушали, вроде бы даже местами поверили, так что теперь остается только ждать.
Тьфу, ненавижу неизвестность, которая действует на нервы похлеще засады на кладбище, когда упорно выслеживаешь нежить, а она, вместо того чтобы вылезать из-за могилы, кидается на тебя из ближайшего оврага! Вот и сейчас – сиди тут как на иголках и смиренно ожидай своей участи, когда правитель драконов соизволит сочинить что-нибудь умное и желательно устраивающее обе стороны. Ладно, это я так, опять размышляю на отвлеченную тему из-за вынужденного безделья.
Звук отодвигаемого засова всего через час после того, как нас сюда привели, взбодрил нас вернее ледяной ключевой воды, выплеснутой в лицо. Вилька машинально потянулась за кинжалом, а я приподняла голову с подушки, взирая на драконьего царя, заявившегося в нашу «темницу» самолично. Аранвейн уселся на единственное в комнате кресло, безжалостно измяв серебристые одежды, и неожиданно улыбнулся, глядя на мою недовольную физиономию, обрамленную встрепанными синими с белыми кончиками волосами.
– Еваника, и все-таки ты странная девушка, смелая до глупости. До тебя еще никто не рискнул обвинить драконов в подобной авантюре в присутствии хоть кого-либо из нашего народа. Тем более в моем присутствии. Обычно нас ругают и винят во всем втихомолку и за спиной, а вот высказать в лицо рискуют немногие.
– Ага, и эти немногие входят в подавляющее число драконоборцев! – фыркнула я, поднимаясь с кровати и складывая крылья за спиной так, чтобы можно было усесться с относительным комфортом.
Аранвейн с затаенной улыбкой наблюдал за тем, как я пытаюсь пристроиться на уголке кровати так, чтобы широкие крылья не мешали, но последние никак не желали складываться. Наконец мне надоело показывать драконьему царю «балаган одного айранита», и я попросту встала, подперев спиной ближайшую стенку.
В льдистых глазах драконьего царя мелькнула озорная искорка, а улыбка стала чуть шире. Я с трудом удержалась, чтобы не изобразить реверанс, но отсутствие подола как такового меня остановило. Вилья несколько секунд в упор разглядывала правителя Алатырской горы, а потом спросила:
– Простите, Аранвейн, и к какому выводу вы пришли, выслушав нас с Евой?
Дракон задумчиво перевел пристальный взгляд на полуэльфийку и, выдержав небольшую паузу, ответил:
– Я считаю, что следует повременить с объявлением ультиматума Андариону, равно как и с развязыванием военных действий. По крайней мере, пока все не будет выяснено окончательно.
– Живем! – непроизвольно выдохнула я и тотчас осеклась под чуточку насмешливым взглядом Аранвейна.
А ведь его глаза могут напоминать не только лед, но и озерную воду в разгар весны!..
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
