Читаем без скачивания Пороги сновидения - Алексей Ксендзюк

Рис. 3. Зоны внимания в мире сновидений

1 — «Проекция места».

2 — Первый мир второго внимания.

Серое поле — Области перцептивной неопределенности, энергетического перехода. «Архетипическая спутанность».

СТАБИЛЬНАЯ ЗОНА — область альтернативной сборки.

3 — Интегрируемые области. «Удаленные миры».

От «проекции места» к мирам второго внимания

Мир сновидения является результатом взаимодействия двух сил — внешних энергетических полей (больших эманаций) и перцептивной энергии наблюдателя. Каждая из этих сил следует своим законам.

Пока энергетическое тело практика поддерживает человеческую форму, большие эманации предоставляют осознанию хоть и большое, но все же не бесконечное число вариантов сборки сенсорных пучков.

В силу психоэнергетической предрасположенности мы имеем дело не с аморфным квантовым полем (как можно было бы предположить), а с определенным распределением вероятностей. Иными словами, внешняя энергия создает тенденции к некоторым формам психической презентации. В одних позициях точки сборки сновидец склонен созерцать бесконечные равнины или иные плоскости (поверхность моря, пустыню и т. п.), в других — горы, холмы или башни. В некоторых позициях доминирует статичность, в других — движение. Одни области безжизненны, другие переполнены деятельными формами, «существами».

Все это — предпочитаемые нашим тоналем презентации воспринимаемых энергетических импульсов. Благодаря тому, что все люди имеют некоторые общие черты психоэнергетической конституции, Большой Мир не превращается в сенсорный хаос и не порождает абсолютную произвольность интерпретаций. Это создает предпосылки для возможного перцептивного соглашения и оформления разделяемой реальности даже там, где мы прежде ничего не воспринимали.

С другой стороны, сильное влияние на структуру мира сновидения оказывают особенности функционирования нашего внимания. Как уже было сказано, интенсивность внимания имеет пульсирующий характер. Когда сновидящий собирает внешние сигналы в прежде недоступном перцептивно-энергетическом поле, пульсация его внимания проецируется на конструируемое тоналем пространство. На схеме я графически представил результат такой проекции. (См. рис. 3.) Мир сновидения напоминает слоёный пирог. Каждый «слой» — это слияние импульса внимания и внешнего поля больших эманаций. Рассмотрим полученную карту подробнее.

Прежде всего, об «объеме» мира сновидения. Объем целиком зависит от того, насколько развито внимание сновидения у практикующего. Если вы не способны поддерживать второе внимание достаточно долго, ваш опыт слишком фрагментарен, чтобы узнать в схеме структуру своих сновидческих восприятий. На первых этапах практик сталкивается с бессвязной чередой погружений различной длительности и интенсивности. То сновидящий созерцает собственную спальню («проекция места»), то посещает незнакомые города или видит причудливые ландшафты. Иногда ему кажется, что он побывал на другой планете, в параллельной вселенной, либо в местах, не поддающихся никакому человеческому описанию. Когда сновидение относительно стабилизируется, он обнаруживает, что между мирами существуют проходы, что они проникают друг в друга, путаются и смешиваются. Уловить какой-то порядок в потоке феноменов не представляется возможным. Это период растерянности, который длится довольно долго, но все-таки заканчивается — в тот момент, когда сновидец находит новый тип порядка, базирующийся не на тональном описании, а на закономерностях взаимодействия тоналя и нагуаля.

И вот что выходит.

Первичная активизация восприятия во внимании сновидения приводит нас в «проекцию места».

Как было сказано выше, «проекция места» дает возможность стабилизировать восприятие с минимальными затратами перцептивной энергии. Если «проекция» отражает то место, где вы на самом деле спите, она, как правило, содержит хотя бы один сенсорный сигнал, который связан с внешним энергетическим фактом. Вот почему практичнее настраивать намерение на восприятие ближайшего к спящему физическому телу локуса (спальня, соседняя комната и т. д.). Тогда тело сновидения получает возможность сразу же сфокусировать перцептивные силы на вычленении внешних сигналов, оставив в покое воображаемые «декорации». Как только практику удается собрать хоть один энергетический пучок (комплекс внешних сенсорных сигналов), его восприятие перестраивается на первый мир второго внимания.

Это важно для развития сновидящего по нескольким причинам. Во-первых, первый мир воспроизводит многие существенные черты перцептивного поля первого внимания, что позволяет эффективно тренировать функции тела сновидения и этим «уплотнять» его. Во-вторых, данное перцептивное поле второго внимания и мир яви энергетически пересекаются. Действия сновидящего в этом пространстве могут вызывать эффекты наяву. Иногда эти эффекты настолько очевидны и однозначны, что убедительно подтверждают реальность «сновидческой магии». Этим пересечением перцептивно-энергетических полей пользуются экспериментаторы, изучающие так называемый «внетелесный опыт», — пытаются влиять на других людей, на живые и неживые объекты, получать информацию и т. д.

Надо лишь помнить о том, что разница между первым вниманием и первым миром второго внимания все-таки существует. Она касается как конкретных форм собираемых структур, так и характера распределения энергии, понимаемого нашим тоналем как пространственно-временной континуум. Далеко не всегда сновидящий «маг» находит точное соответствие между внетелесным опытом и опытом бодрствования. И прежде всего это касается информации. Обнаружив соответствие (объект, место, человека), гораздо проще осуществить энергетическое воздействие, чем получить или передать информацию. С этим затруднением сталкиваются все экспериментаторы, что у многих вызывает вполне объяснимый скептицизм. Почему так трудно, «покинув тело», правильно прочитать текст или ряд цифр и этим доказать реальность своего опыта в лабораторных условиях? Если знать о специфике первого мира второго внимания, проблема становится понятной.

Во-первых, условная информация, созданная тоналем, — это не энергия, а интерпретация. Интерпретация условных знаков — одно из высших проявлений собранности первого внимания. Она возможна при максимальной согласованности внешних сигналов и используемого описания. Если говорить о первом мире второго внимания, то там максимальной согласованности почти никогда не бывает. Либо внешние поля, порождающие сенсорику, смещены, либо способности описания недостаточно активизированы. (Переработка условной информации — настолько сложная вещь, что даже наяву мы не всегда справляемся с этой задачей. Стоит воспринимателю оказаться в необычных условиях или впасть в рассеянность, и его способность к узнаванию условных знаков резко падает — он может неправильно прочитать слово или вообще не заметить надпись и т. д.) Во-вторых, сам сигнал, который исследователь желает расшифровать, может отсутствовать. Помимо того, что сигнал не может быть собран из-за недостающих полей, он может быть смещен во времени и быть по отношению к воспринимателю еще не начавшимся или уже закончившимся событием.

Силовые воздействия, требующие минимальных операций с семантикой сигналов, осуществляются гораздо проще. Достаточно найти объект приложения сил. Чаще всего экспериментаторы сообщают именно о таком типе обнадеживающего опыта.

Итак, первый мир второго внимания — это «область магии». Этот мир так же бесконечен, как и тот, что дан человеку наяву. Здесь можно странствовать десятилетиями, наслаждаться полетами и телепортация-ми тела сновидения, находить экзотические места и еще более экзотических обитателей, встречаться с другими сновидящими. Но если мы хотим двинуться дальше, стабильность перцептивно-энергетического взаимодействия с внешним полем нарушается. Сновидец попадает в зону «перцептивной неопределенности».

Как это происходит? Осознание начинает свидетельствовать несовместимые ряды впечатлений. Неожиданно открываются «области пустоты», разные сцены наползают друг на друга, воспринимаемое (и до этого «странное») либо перестает качественно собираться, вырождаясь в плоскость, фрагменты и т. п., либо становится принципиально неузнаваемым. Это кризис сновидческого внимания. Довольно долго он является непреодолимым барьером. Практик не имеет энергии, необходимой для перехода в следующий мир. Истощение приводит к тому, что сновидение прерывается.

По мере усиления осознания мы начинаем немного дольше задерживаться в этом неопределенном состоянии. Хотя это обстоятельство обнадеживает, оно может сопровождаться неприятными и драматическими переживаниями. Состояние несогласованного энергообмена приводит тело в панику. Привычные схемы самоощущения (нормальное напряжение центра пупа, солнечного сплетения и горлового центра) сначала становятся чрезмерно интенсивными и даже болезненными, потом искажаются, и сновидящий чувствует, как его словно «выворачивает и выкручивает» неведомая сила. Возрождаются страхи, всплывают содержания бессознательного, и практик входит в фазу, которую я назвал «архетипической спутанностью».