что на свете.
Йола медленно, с видимым усилием, погрузила руку прямо в казавшуюся абсолютно несокрушимой преграду. Вит, расширив глаза и до боли закусив губу, потрясенно наблюдал, как вначале стена поглотила тонкие, украшенные ярким маникюром, пальцы, а затем в металлической переборке исчезла вся ладонь... после чего настал черед предплечья...
Возникло совершенно бредовое ощущение, будто Йола сосредоточенно нащупывает в толще металла нечто, скрытое от посторонних глаз. Хотя, что там можно отыскать, Вит даже не пытался себе представить. Все равно ничего не получилось бы, подобное явно находилось за пределами его понимания. Наконец, Йола облегченно вздохнула и так же медленно высвободила руку из металлического плена. Никаких видимых результатов фантастического действа Виту обнаружить не удалось. Переборка по-прежнему казалась монолитной и несокрушимой.
– Что ты творишь? – устало спросил он. – Зачем?
– Сейчас увидишь, – Йола тяжело дышала, словно таинственная манипуляция отняла у нее последние силы. Впрочем, вполне возможно, что так оно и было.
Со стороны прохода вдруг негромко прозвучал зуммер: «Вз-з-з... вз-з-з...» – после чего переборка внезапно треснула по вертикали и словно вывернулась наизнанку.
– Это сейф, – пояснила Йола, разглядывая ярко осветившиеся внутренности образовавшейся глубокой ниши. – Такими оборудованы все самолеты, перевозящие мигрантов на Мадагаскар. Хранилище разного рода спецсредств, способных облегчить жизнь нелегалам вроде меня. А возможно, даже и сохранить... Предусмотрительно, не правда ли? Открывается только изнутри...
– Оружие? – Вит брезгливо повел носом. Образ грагала, палящего во врага из какого-нибудь супернавороченного пистолета, вызывал у него стойкое отторжение. Тем более если этот грагал – жена...
– Почему же? Не только... и даже не столько... В основном, средства маскировки и оказания первой медицинской помощи.
– Так ты решила, что мне уже требуется вмешательство медикологов? – Вит криво усмехнулся. – Не бойся, я не буйный, хотя и шизофреник по мнению ГАВКа.
– Не юродствуй, – строго сказала Йола. – Тебе не идет... Вот, нашла!..
Она выбралась из недр сейфа, держа в руках нечто, поблескивающее полированным металлом. После чего осторожно вернулась к креслу, без труда балансируя на ощутимо вздрагивающем полу. Внутренности оставленного без внимания вместилища спецсредств внезапно погасли, после чего ниша полностью закрылась и растворилась в небытие, словно ее никогда и не существовало.
– Наклонись, – сказала Йола, держа в руках гладкое металлическое кольцо без каких бы то ни было украшений. – Это нужно надеть.
– Зачем?
– Не задавай ненужных вопросов. На острове, без сомнения, полно агентов Ордена, не говоря уж о незабвенном МАКОДе, а им знать о нашем прибытии совершенно не обязательно. Надевай!
– Вот, значит, как, – усмехнувшись, произнес Вит и покорно наклонил голову. – Мечтал нацепить ошейник на ГАВКа, а в результате оказался сам... Э-эх!.. Неисповедимы дела твои...
Кольцо сомкнулось вокруг шеи. Йола достала из кармана памятный жетон, тот самый, что произвел неизгладимое впечатление на охранника аэропорта всего лишь несколько часов назад, и проделала с ним какие-то манипуляции. Поверхность круглой пластины окуталась неярким голубоватым сиянием, после чего Вит неожиданно ощутил, как металлический ошейник вдруг ожил, растекаясь по коже тонким блестящим слоем.
– Отлично! – сказала Йола. – Тебя не узнать. Теперь мой черед...
«Еще бы, – подумал Вит. – Со сверкающими полированным металлом плечами я, без сомнения, выгляжу просто неотразимым.»
Тем временем Йола замкнула вокруг своей шеи точную копию витова кольца и, усмехнувшись, коснулась светящейся поверхности жетона. Вит наблюдал за ее действиями с нескрываемым любопытством. Ведь что-то же должно произойти! Загадочная процедура затеяна не просто так, а кольцо совершенно определенно не имеет никакого отношения к ювелирным украшениям.
Металлический ошейник внезапно потерял всякую жесткость и начал стремительно растекаться вверх и в стороны, словно самая обычная жидкость.
«Очень похоже на ртуть, – с тревогой подумал Вит. – Надеюсь, это все-таки что-то другое, не настолько ядовитое...»
Финал оказался на редкость впечатляющим. Без сомнения, действия Йолы не имели никакого отношения к медицине, скорее уж к упомянутым средствам маскировки, но подобного эффекта Вит все-таки не ожидал. Знакомый до мельчайших подробностей облик жены внезапно поплыл, смазался, на несколько неуловимых мгновений черты ее лица стали совершенно неразличимы, а затем... Вит обнаружил в соседнем кресле совершенно незнакомую женщину, с головы до пят закутанную в черную хламиду. Из узкой прорези в плотной ткани чуть насмешливо смотрели большие темные глаза, которых он раньше никогда не видел.
«Чур меня, чур... – в замешательстве подумал он. – Ведьма...»
– Ну и как тебе, нравится? – в черных глазах заплясали озорные чертики. – Как я, по-твоему, выгляжу?
Без сомнения, непроизвольно возникшая неосторожная мысль не стала для нее секретом.
«Хорошо, хоть голос остался прежним. А то вообще можно было подумать черт те что.»
– Сногсшибательно... – пробормотал Вит. – А я?.. Неужели что-то вроде этого?
Он озабоченно осмотрел свои руки, ноги... словно опасался увидеть на себе такую же черную хламиду, ничего подозрительного не обнаружил и перевел недоуменный взгляд на жену. Йола рассмеялась.
– Не столь эффектно, – сообщила она, картинно поджав губы. – Но тоже... довольно радикально... Да не переживай, ты почти не изменился. Только кожа посмуглее, волосы потемнее да борода погуще...
– Борода?..
Вит ощупал подбородок. Никакой бороды даже близко не наблюдалось.
– Иллюзия, – усмехнулась Йола. – Мираж... голограмма... Затеряться в толпе позволяет, однако близких контактов все-таки придется избегать. Надеюсь, ты ничего такого не планировал?
– Н-нет...
– Вот и славно.
Воздушное судно несколько раз сильно тряхнуло, так что разговаривать стало совсем неудобно. Вит отвернулся и уставился в иллюминатор, хотя смотреть там оказалось абсолютно не на что: высокое безоблачное небо да раскинувшееся до самых гор сплошное ровное поле пожухлой, слегка рыжеватой травы.
«Надо же, – равнодушно подумал он. – А сверху она почему-то казалась совсем зеленой.»
Мгновенный нырок куда-то вниз, резкий удар и сразу же многократно возросший шум двигателей, переложенных на реверс... Воздушное судно, замедляя движение, катилось по посадочной полосе. Спустя несколько минут в иллюминаторе показалось здание аэровокзала. Самолет еще пару раз дернулся и окончательно замер. Шум двигателей полностью стих.
В салоне бесплотным призраком возникла знакомая стюардесса. Не выказывая ни малейшего удивления по поводу радикально изменившегося облика важных пассажиров, она дежурно сообщила:
– Наш самолет
