а на стене несколько старомодных полок с научной литературой... вот, пожалуй, и все. Да, еще слева в углу какая-то стилизованная скульптура, изображавшая, на взгляд Вита, борьбу кого-то чернокожего с крокодилом... а может, с бегемотом, разобрать было очень сложно. А может, вообще не борьбу, а что-то совсем-совсем иное. Короче, явная дань местному колориту. И везде образцовый порядок, который редко можно встретить в жилище, регулярно используемом по прямому назначению. Непохоже на то, что здесь вообще кто-то когда-то жил, тем более женщина. Чувствовалось, что хозяйка и в самом деле захаживает сюда нечасто.
– А ты у нас, оказывается, птица высокого полета, – нарушил молчание Вит. – Думаю, не у каждого есть персональный выход на сфалер-систему. Даже у грагалов.
– Ты прав, но только в одном: действительно, не у каждого. Но в остальном я самый обычный рядовой сотрудник, не более того. Просто род деятельности у меня... специфический. Зачастую очередное задание требует покинуть остров скрытно от окружающих, главным образом от всевидящего ока МАКОДа. Или вернуться... вот как сейчас.
Вит понимающе кивнул, а потом подошел к окну и остановился, с интересом разглядывая открывшуюся панораму. Как оказалось, комната Йолы располагалась на довольно значительной высоте... этаж двадцатый, не меньше, что стало полной неожиданностью. Невозможно было понять, когда сфалер-кабина сумела совершенно незаметно для пассажиров – по крайней мере, для одного из них – вознестись из глубокого подземелья чуть ли не прямо на небеса.
Пейзаж за окном не баловал разнообразием: невысокое подковообразное строение вдали, увенчанное многочисленными куполообразными башенками, а за ним – покрытая травой равнина с целым рядом довольно значительных по размеру летательных аппаратов явно космического назначения. Вит никогда прежде ничего подобного не видел, однако сразу же понял: для полетов в атмосфере они решительно не предназначены. Впечатление усиливали установленные на корме огромные сверкающие на солнце металлические чаши, вызывавшие устойчивые ассоциации с приемными антеннами радиотелескопов...
Йола остановилась рядом и, бросив короткий взгляд на мужа, положила руку ему на плечо.
– Что это? – не поворачивая головы, спросил он.
– Космодром. Пассажирские лихтеры. Практически непрерывно доставляют мигрантов на «Поларис» – главные космические ворота Приземелья, где формируются гиперпространственные торады для прыжка непосредственно на Дигею. Если немного подождать, можно увидеть момент старта.
Несколько минут прошли в полном молчании.
«Интересно, – подумал Вит. – «Немного» по мнению Йолы – это сколько?»
Он до рези в глазах всматривался в стройный ряд космических аппаратов, гадая, который из них первым нарушит покой безоблачного утреннего неба. Видеть со стороны старт лихтера ему до сих пор не доводилось, по крайней мере, никаких воспоминаний об этом событии не сохранилось. Проснувшаяся память со всей определенностью уверяла: да, год назад он совершил космический вояж на Марс и обратно, но исключительно в качестве пассажира. К сожалению, из укутанного противоперегрузочным коконом кресла много не разглядишь. Очень может быть, он что-то тогда и видел, но капризная Мнемозина не стала утруждать себя подобной безделицей. Старт лихтера – не настолько важное событие, чтобы удостоиться чести быть восстановленным.
Вит не угадал. Первым в сияющие небеса начал вознесение один из самых дальних от наблюдателей аппаратов, едва ли не предпоследний в ряду. Сверкающая на солнце машина плавно и совершенно беззвучно поднялась над полем на сотню метров и на несколько мгновений зависла в полной неподвижности. Огромная, похожая на радиотелескоп чаша плавно соскользнула с ее горба вниз и заняла новое положение на корме, на несколько градусов отклонившись от вертикали. Широкий раструб смотрел в сторону подковообразного здания.
Вит точно знал, что должно произойти дальше. Механизм работы лихтера он представлял себе достаточно отчетливо, правда, только в теории.
Сейчас из куполообразных башен на крыше ударят мощные лазерные лучи, соберутся вместе в чаше приемника, и корабль все быстрее и быстрее устремится прочь от планеты. Двигатель с внешней лазерной накачкой не представлял из себя чего-то из ряда вон выходящего, подобные конструкции известны уже лет двести, если не больше, и широко применялись во Внеземелье на безатмосферных небесных телах. Либо на тех, чья газовая оболочка не представляла серьезного препятствия, отнимая существенную часть производимой стационарными установками энергии. О том, что лихтеры могут использоваться в условиях плотной земной атмосферы, Вит даже не подозревал. Хотя... очень может быть, что годичной давности путешествие на Марс он начинал именно так. Просто никаких следов этого события отыскать в памяти не удавалось, и это обстоятельство начинало немного раздражать. Он-то уже привык считать, что амнезия осталась в прошлом... С другой стороны, год назад в очередной отпуск отправился все-таки не он, а его брат-двойник по имени Витт...
Ожидания не оправдались. Лазерный луч был, но только один. Зато такой мощности, что Вит даже заслонил ладонью глаза, не выдержав ослепительного сияния. Словно закапсулированный ядерный взрыв... Горящий нестерпимым блеском огненный столб рванулся с одной из куполообразных башенок и уперся точно в чашу энергоприемника на корме лихтера. Корабль, набирая скорость, устремился вертикально вверх, а горящая белым огнем световая колонна сопровождала его, словно приклеенная. Вит в конце концов отвернулся, не в силах выносить буйства чистой энергии. Глаза слезились.
– Ну как, насладился? – спросила Йола.
Она стояла спиной к окну, не проявляя никакого интереса к происходящему. Возможно, потому, что видела подобное неоднократно.
– Да-а... – протянул Вит, вытирая глаза. – Впечатляет. Не думал, что на свете существуют лазекторы подобной мощности. Отстал я, видимо, от жизни...
– Это относительно новая разработка. Прямиком с Новастры. Называется диноклазер.
– Как-как?
– Э-э... динозавры, знаешь? Жили на Земле миллионы лет назад. Такие... огромные и невероятно могучие...
Она развела руками, показывая, какие именно.
– Ну, ты уж совсем... Я, конечно, амнезоид... хоть и бывший... но все равно, не до такой же степени...
– Так вот, в их честь установку и назвали. Таких комплексов здесь, на острове, порядка десяти... еще несколько штук на океанском побережье. Как сам понимаешь, использоваться они могут не только по прямому назначению. Так что, нам есть чем ответить на возможные поползновения Ордена Черного дракона. Теперь ясно, почему мы его не боимся?
– Кажется, да. Однако любое оружие всегда имеет очевидную ахиллесову пяту: потеря контроля либо прямая диверсия. Об этом вы подумали? Вспомни аргентинские события или тот же налет на Зону мониторинга.
– Исключено, – коротко ответила Йола. – Можешь мне поверить.
