Скудный рацион состоял из корешков, ягод и яиц. Пару раз нашла птенцов, но мяса в них было меньше, чем пуха, да и без огня пытаться съесть их было бессмысленно. Один раз нашла кладовую саблезубых белок, но чуть не была сама ими покусана. Умывалась несколько раз в ручьях, купаться не могла. Во-первых, вода в них была холодной, а во- вторых, мне нечем было обсушиться или обогреться. Создавать огонь из ничего я так и не научилась.
На четвёртый день я вышла к широкой реке, противоположный берег был виден где-то в паре километров. Насколько я помнила карту драконьего континента, такой шириной обладала только одна река, а недалеко от её стока в горах жили Шан с супругой и малышами. Надеюсь, они не откажут мне в помощи.
Идти вдоль реки оказалось проще, чем по лесным тропам. Крупных хищников в этой части континента не водилось. Их вообще у драконов было мало. Видимо, не выдерживал конкуренции.
К вечеру я вышла к поселению. Заходить в него не стала. Искушение было велико, но ни денег, ни ненужных драгоценностей не было. И к чему тогда было столько дней таиться?
Чтобы так глупо наследить? Нет. Вместо похода к местным жителям я посетила местный общественный сад и наелась теми полосатыми фруктами, которые видела в прошлое посещение драконов. Набрала немного впрок и устроилась отдыхать в густом кустарнике з полем, ближе к реке.
Только ночью мои несчастные ножки отдыхали. Из-за теплой, не по сезону обуви, за целый день они отекали, болели и с трудом разувались. Сам длительный переход не был для меня чем-то невыносимым, да и шла я не шибко быстро, боясь наступить на кого-нибудь или что-нибудь.
Меня вела мысль: чем больше я пройду сейчас, тем труднее будет меня найти потом. Дважды приходилось поворачивать назад и искать обходные дороги, когда на моём пути появлялись высокие подъёмы водопадов.
К концу седьмого дня, грязная, злая и кошмарно уставшая, я добрела до гор, с которых и начиналась река. Куда идти дальше? Я пока не знала. Время было позднее, фрукты закончились ещё вчера, сегодня найти удалось только куст рыжей ежевики, который я обобрала полностью, загрузив большую часть в свои импровизированный мешок, этими ягодами я и питалась весь день.
За детей я не переживала. Мы разговаривали с ними не чаще раза в день, но каждый раз они рапортовали, что всё хорошо, их магический резерв в норме и стабильно растёт, сами они также растут и уже похожи на две груши, у них формируются первые ткани и сосуды, а не просто набор клеток. И ещё они начали переделывать мой организм под себя. Это не от них зависит, а заложено природой. Так что если мне будет нехорошо, особенно по утрам, то они не специально. Я мысленно погладила их по формирующимся головушкам.
Для сна я нашла отличную, прогретую за день пещерку у подножия горы. В ней было довольно чисто, ни следа человека или животного. Доела ягоды, ополоснула руки и лицо у речки, там же напилась, и в сгущающихся сумерках отправилась спать, завернувшись в шубу, как в кокон. Подумать головой о том, что чистота в пещере уже показатель присутствия разумных, мне в голову не пришло. Я всё ещё мыслила категориями людей, а зря. Так как утро я встретила не в пещере, а в чьё-то доме.
Было очень странно просыпаться на мягкой кровати, пусть и прикрытой собственной шубой. Первой панической мыслью было, что меня нашли, и неделя мытарств прошла зря, лишь отсрочив путешествие к ненавистному совету сиренидов.
Потом в гости зашел здравый смысл и дал пинка панике. Ну, кто положил бы меня на кровать в нормальной комнате? А раз я не в очередной камере, то возможны варианты. В крайнем случае, я смогу выбраться. Надеюсь.
Заставив себя прекратить думать о плохом, я пошла искать того, кто расскажет мне, что собственно произошло, и где я нахожусь. Прятаться и таиться не видела смысла, раз я здесь, значит, хозяева в курсе.
Спальня, в которой я проснулась, находилась на втором этаже небольшого дома. Снизу доносились звуки расставляемой посуды. Я осторожно заглянула в помещение. Это оказалась кухня, где над кастрюлями творила молодая девушка. Резко вздохнув, она сморщила носик и повернулась в мою сторону.
— А ты почему не помылась? Тебе нравится ходить грязной? — Светлый и чуть удивлённый взгляд красных глаз прошелся по мне.
— Эм… Я хотела узнать, где я? И кто вы? И как я здесь оказалась?
— Давай потом поговорим. Прости, но от тебя пахнет, как будто кто-то сдох. Дня три назад. Ванна в конце коридора на втором этаже, там же найдёшь чистое платье. Всё, иди уже, — она смешно морщится и машет рукой, и главное, в её голосе совсем нет ни гадливости, ни презрения, только лёгкая улыбка от комизма ситуации.
Бывают такие люди или нелюди, с первого взгляда ты понимаешь, что в них нет гнили. Это не значит, что они обязательно "святые" или хотя бы "хорошие ребята". Эти люди разные: порой циничны или болтливы, по-своему могут быть жестоки или, напротив, слишком мягкие, но подлости от них вы не увидите никогда.
Это было первым впечатлением от невысокой, синеволосой, красноглазой, тоненькой Каро. Впрочем, со временем оно лишь окрепло, когда я спустилась через час обратно на кухню. Она усадила меня за стол, налила целую тарелку супа и заставила всё съесть, а потом, заварив крепкий сладкий взвар, начала расспросы:
— Рассказывай.
— Что?
— Что случилось. Мне написал мой брат, он провидец, и попросил забрать из пещеры, в которой мы переживаем свою линьку, человеческую женщину.
— А мне показалось, что она необитаема.
— Угу, именно потому в ней так чисто. После линьки мы выгребаем оттуда всё, чтобы ни одной чешуйки не осталось. Она очень дорого ценится как ингредиент для зелий, и никто не должен знать об этом месте — мы не властны над собой в такие моменты, и нас очень легко убить. Охотников всегда хватает.
— Ясно.
Что на меня нашло? Наверное, я просто устала доказывать себе в течение этой сумасшедшей недели, что я сильная и справлюсь со всем сама. Я рассказала Каро всё. Начиная с того момента, как попала в этот мир, и заканчивая тем, как меня решили использовать разменной монетой в политической игре.
— Мда… — она почесала синюю бровь. — Потрепало тебя знатно. И куда ты направлялась?
— К Шану. Он друг моего мужа и живет здесь с женой.
— Нельзя тебе к ним. Если об их дружбе известно, то, кому надо, поднимут все связи твоего мужа, тебя найдут. Оставайся пока у меня. Скоро брат приедет, и вы с ним обсудите, почему ему было так важно, чтобы я тебя спасала.
— Не уверена, насколько это удобно…
— Да брось. Я живу одна, из клана ушла, дом большой, места нам с тобой хватит. А там разберёмся.
