— Когда вы узнали, что я сердар? — мрачно спросил он Джокера, который снова вышагивал впереди.
— Сегодня, — ответил тот.
Через низкую дверь они вошли еще в один коридор, чьи стены от старости давно покрылись мхом. Это место Сашке тоже было знакомо — оно вело в зал, где два года назад, вернувшись в башню, он нашел своих друзей. Отсюда не было выхода, Сашка был в этом уверен, и тут он увидел в конце коридора свет. Обычный дневной свет.
— Сегодня примечательный день, — продолжал говорить Джокер. — Сегодня снова заработал Сотерис. Сегодня я узнал, что ты сердар. Сегодня я сам впервые спас жизнь сердарам. Сегодня вы опять здесь и снова вместе, хотя давно должны были разругаться и рассориться. Что это, как не рука судьбы?
Очередной зал был освещен солнечными лучами, падающими через большое квадратное отверстие в стене. Кусок ее лежал наклонно, как пандус, и вел куда-то наверх, к подножию башни. Увидев это, Андрей прошептал:
— Мать моя, отсюда таки есть выход! Как открывается? — спросил он у Джокера.
— Обычная механика, — ответил тот, слабо улыбнувшись. — Требуется найти правильный камень в стене и с силой на него надавить, остальное сделает встроенный механизм.
— То есть тогда мы могли просто уйти? — странным голосом спросила Маша.
Джокер успокаивающе произнес:
— Нет, не могли. В лаборатории под нами работает устройство, не позволяющее никому пересечь невидимую границу у подножия гор, образуя защитный купол с башней в центре его основания. Это устройство тебе и предстоит выключить, — сказал он Сашке.
Маша уже бежала наверх по импровизированной аппарели. Проводив ее взглядом, Андрей спросил:
— А можно посмотреть эту лабораторию?
— А почему именно я? — спросил одновременно с ним Сашка.
Он расслышал, как Маша наверху здоровается с кем-то, затем увидел, как она стала спускаться назад. Лицо ее медленно заливалось багровым цветом, круглые глаза смотрели на Сашку. «Кого она там увидела, папочку?» — подумал он в растерянности.
— Можешь прямо сейчас туда спуститься, я провожу, — ответил тем временем Джокер Андрею. — Наш узник тоже там, готовит оборудование, он ответит на любые вопросы. До полудня почти пять часов, успеешь насмотреться.
Маша подошла к ним и спросила негромко:
— А я могу с вами?
— Можешь, — кивнул ей Джокер со странной усмешкой. Он повернулся к Сашке. — Ну а ты? Идешь знакомиться или погуляешь в окрестностях?
Сашка долго не раздумывал.
— Да пошел он… Я лучше подышу свежим воздухом!
Он видел, что Маша хочет что-то сказать, но не может решиться, и ему стало жутко интересно, с кем она там здоровалась.
— Что ж, тогда иди наверх, — буднично произнес демон. — Она тебя ждет.
Сашке на секунду показалось, что он ослышался, но после легкого кивка Джокера Маша стесненно улыбнулась и шепнула что-то Андрею, который хлопнул себя по лбу, бросив в восхищении: «Силен, дедуля!», и тогда Сашка побежал наверх.
Солнце ударило ему по глазам, и он испугался, что не заметит, пробежит мимо, ослепнув после долгого полумрака, но тут раздался короткий вскрик, и знакомый голос произнес его имя.
Он в самом деле не увидел ее рядом с входом в башню и, отбежав на несколько шагов, стоял теперь как остолоп на отказавшихся подчиняться ногах, вынужденно дожидаясь, пока она подойдет. Собранные в конский хвост волосы смешно подпрыгивали и раскачивались над длинной шеей, и Сашка заметил, что Лилия похудела.
Она смотрела как-то странно, словно не была уверена, рад ли он, и Сашка рассмеялся от мысли: какая же она дура, ведь всё снова обрело смысл, и еще раз рассмеялся, когда она улыбнулась ему, потом сумел таки шагнуть вперед, обнял ее и ткнулся лицом в пушистый затылок.
Она пискнула: «Сашка, раздавишь!», и он отпрянул, поняв, что переборщил, снова обнял ее, уже осторожней, а затем граница между двумя мирами исчезла. Птицы запели, и опять журчала в ручьях вода, но земля еще качалась под ногами, когда они снова посмотрели друг на друга. Уже без улыбки, просто рассматривая знакомые черты, заново узнавая и, не в силах поверить, водя пальцами по лицу.
Сашка изумленно глядел на нее, еще раз прогоняя в голове слова Маши, не находя в них изъяна, одновременно ощущая, как их совместные логические построения рушатся как карточный домик, потому что не имеют они значения, хотя и являются правдой. Потому что сейчас в устремленных на него глазах он читал то, что увидел тогда, пасмурным зимним днем в спортзале, после турнира, за мгновение до того, как Лилия его покинула.
Спустя вечность он сказал:
— Опять ты стала худющая. Дедушка Джокер тебя что, не кормил?
Он не ждал ответа, потому что спросил не то, что хотел спросить. Она отвела глаза и рассмеялась коротко.
— Не в коня корм! А ты что, зовешь его дедушкой Джокером? — заметила она с интересом. — С каких пор?
— Я зову его просто Джокером, — сказал Сашка. — Дедулей его кличет Андрей. А сама ты как его зовешь? — спросил он. И опять это был не тот вопрос, который он хотел задать.
Лилия неуверенно посмотрела на него, взяла под руку и пошла по тропинке, что начиналась сразу от входа в башню.
— Ну… — задумчиво произнесла она. — У него действительно есть имя, но знать его тебе совершенно не нужно. Иначе он явится на зов, даже если ты случайно вспомнишь его во сне. Так он нашел меня, кстати, когда я отчаялась выкарабкаться.
Сашка глянул на нее искоса. Рука, которой она касалась своей ладонью, стала как деревянная.
— Ага, — сказал он рассеянно. И опять спросил не то, что хотел. — А у тебя какое имя было?
Она чуть слышно вздохнула, будто ждала чего-то другого, и откинула ногой ветку с тропинки.
— Ты имеешь в виду, когда была демоном? Литика. Простенько и незамысловато. Только учти, это уже не сработает!
Она опять бросила на него неуверенный взгляд и засмеялась. Сашка старательно смотрел в сторону. Бодрым и веселым голосом она добавила:
— Ты вообще собираешься рассказать, зачем вы прибыли сюда с мечами за спиной в компании Джокера?
Сашка медленно повел глазами вокруг. Он, оказывается, забыл, как здесь красиво. Укрытые снегами горы держали на себе синее небо, отливая на дальних пиках золотом. В легком вкусном воздухе, насыщенном запахом лугов, слышалось журчание ручья и щебет птиц. Это было место невероятной красоты и роскоши, и только башня за их спинами выглядела совершенно чужой. Ненужной здесь, фальшивой, как новый развеселый голос Лилии. Этого ее нового голоса Сашка не выдержал.
Он заступил ей дорогу и взял за плечи. Лилия удивленно подняла брови, но он ее опередил. Его собственный голос прозвучал незнакомо, когда он задал ей вопрос, который хотел задать с зимы, после разговора с Игорем и Машей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
