ВЕДЬ ТАК?
— А как, черт возьми, ты называешь это, Пэм? — он сунул две блестящих сотни, которые только что вытащил из моего нижнего ящика, перед ее лицом.
Я сглотнула.
Все повернулись ко мне.
— Я не оставляла их там, — прошептала я. — Я не брала их.
Мой полный мольбы взгляд нашел глаза Пэм.
— Пожалуйста, поверьте мне, тетя Пэм. Я не крала ваши деньги.
— Сэм… — ее голос прервался.
— Теперь ты видишь, что она оказывает плохое влияние на нашу дочь? — прошипел Джек Памеле. — Мы никогда не должны были соглашаться принять ее. Иди и позвони Миранде. Скажи ей, что мы отправляем Саманту домой на первом же рейсе, который можем получить.
— Что?!
Он выгонял меня? О, боже мой. Почему? Что я сделала? Это была ошибка — не моя вина. Разве он не видит это? Он не может отправить меня домой.
Мое сердце чуть не выдало меня. Я не хотела уезжать.
— Джек, я не знаю, — моя тетя прохрипела, когда оторвала взгляд от меня, держа мужа за руку. — Может быть, это просто… я не знаю. — Она закрыла рукой рот, больно взглянув на меня и обратно на Джека. — Мы должны спуститься вниз и поговорить об этом. Может быть, этому есть объяснение. Может быть, у Сэм просто проблемы. — Она снова повернулась ко мне. — Есть ли у тебя проблемы, Сэм? Ты хочешь поговорить о чем-нибудь? Может быть, я… я не прислушивалась достаточно внимательно? Пожалуйста, расскажите мне, что случилось.
— Ничего не случилось. Я клянусь, это не я. — Стоя на коленях на кровати, я обернула руки вокруг себя, но это не принесло утешения. Слезы забили горло.
— Это не твоя работа, растить эту девочку, Пэм. Если у нее есть проблемы… — он схватил почти пустую бутылку Скотча, держа ее перед ней, — и у нее определенно есть, тогда это обязанность ее родителей заботиться о ней. Иди и позвони Миранде. Сейчас же.
— Посредине ночи. По крайней мере, давай подождем до утра, чтобы поговорить с ними.
— Почему? До Египта полдня от нас. Ты доберешься к ним в обед.
Очевидно, Пэм хотела сказать больше, но через секунду она снова закрыла рот. Взглянув на меня печальным взглядом, она повернулась и вышла из комнаты, обрекая меня на погибель.
Джек обнял Хлои плечи потом.
— Иди спать, дорогая. Все под контролем. Тебе не нужно больше беспокоиться. Мы позаботимся об этом. — Он поцеловал ее в лоб, и выпустил её. Держась за ручку, он взглянул на меня через комнату в последний раз. — Приберись здесь, а утром собирай свои вещи. Мы забронируем тебе билет домой как можно скорее.
Дверь захлопнулась.
Мой мир разрушился.
Я сидела на своей кровати в течение нескольких минут, глядя на закрытую дверь. Дышать было трудно. Из-за слез я ничего не видела. Мое тело дрожало.
Что мне сейчас делать?
Я медленно поднялась с матраса. Мои ноги были холодными. Я подошла к середине комнаты, обернулась, посмотрела на весь беспорядок на полу. Я почувствовала себя чужой в моей комнате. Кто мог это сделать?
Но я уже знала кто. И я знала также почему. Хлоя предупреждала меня, боже мой. И я не приняла ее всерьез. Наша ссора с ней вчера позволила ей ухватить за эту возможность. Теперь она помешала мне. Они выбросили меня из своего дома.
Я рыдала в ладони, мои гуды были влажными и на них ощущался привкус соли из-за слез.
На автопилоте я ходила по комнате и подобрала раскиданные вещи. В конце концов, мои руки были загружены, и я просто не знала, что делать дальше, поэтому я бросила одежду, снова, сев на край моей кровати. Бесконечное время, я смотрела вдаль. Наконец, я закрыла глаза, в надежде, что это был всего лишь плохой сон. Но когда я снова открыла их, хаос все еще был там. Ничего не изменилось.
Минуты тикали. Постепенно я вышла из шока. Моя паника нарастала.
Мама. Мне нужно было позвонить моей маме. Рассказать ей что случилось. Рассказать ей правду, потому что к этому времени, Джек определенно поговорил с моими родителями и подал им ложь обо мне пьющей и разносящей комнату.
Телефон! Телефон! Где мой телефон? Перемещая вещи с моей тумбочки и письменного стола, я безумно искала чертово устройство, но не могла найти нигде. Далее я вырыла себе дорогу сквозь одежду на полу, прощупывая внутри карманы моих штанов и толстовки. Ничего нет. Где еще он может быть? Я должна была поговорить с моей мамой!
Наконец, я перешла на сломанный ноутбук снова и нашла свой мобильный под ним. Я всегда отключала рингтон на ночь, так что ничего не слышала. Там было несколько пропущенных вызовов
Мои пальцы дрожали, когда я набрала маму в быстром наборе и прижала трубку к уху.
— Сэм? — моя мама расплакалась, ее голос напряжен от беспокойства. — Где ты была? Я пыталась дозвониться тебе последние полчаса.
— Извини, мама, — я всхлипнула, из-за чего поперхнулась своими слезами. Говорить было уже невозможно.
— Моя дорогая. Все в порядке, милая? Твой отец разговаривает с Джеком по телефону сейчас. Расскажи мне, что случилось?
Я рыдала и заскулила еще несколько раз, пока любящий тон моей матери, наконец, успокоил меня.
— Успокойся, дорогая, — сказала она мягко. — Сделай глубокий вдох. А теперь расскажи мне, что случилось.
— Я была на вечеринке прошлой ночью. Я не пила. Я пришла домой рано. — Фыркнув, я вытерла нос тыльной стороне моей ладони. — Затем они все прибежали в мою комнату и разбудили меня. В моей комнате беспорядок. Но я не делала этого. Я обещаю, мама. Пожалуйста, поверь мне! — Мой голос надломился. — Мне никто не верит. Они все думают, что я пьяна. И что я украла деньги и алкоголь у Джека и Пэм. — Новые, горячие слезы стекали вниз с моего лица.
— Шш, милая. Все хорошо. Мы найдем выход из ситуации и позаботимся об этом.
— Я знаю, что произошло. Хлоя ненавидит меня. Она предупредила меня днем ранее, что избавиться от меня. Я встречаюсь с этим парнем. Тони. Я рассказывала о нем. Мы вместе сейчас. И она ненавидит меня за это. И она ненавидит меня, потому что Пэм была мила со мной.
— Хлои? Ты не говорила, что у тебя были проблемы с ней?
— Потому что я не осознавала, что всё было так уж плохо. — Свернувшись калачиком на постели, я прижала мои ноги плотно к груди одной рукой, в то время как держала телефон возле уха другой рукой. Слезы падали на подушку. — Она ужасно относилась ко мне, с тех пор, как я приехала сюда.
— Так что, она ревнует?
— Да.
— Ты рассказывала об этом дяде и тете?
— Джек не хочет слышать. Он кричал на Пэм. Они не верят мне, — я всхлипывала, — мам, я не хочу возвращаться в Египет. Мне нравится здесь. У меня есть друзья. Пожалуйста. Я хочу остаться.
