вагоне не было, от этого он выглядел как мрачный туннель. Вдоль одной из стен поблескивали серебристые шкафы с такими же кармашками, как в морге. Тут было холодно, и я ощутил это, как только нервный жар начал спадать.
– Это к-катастрофа, – с трудом выговорил Финард, глотнув воды, которую я припас в дорогу вместе с едой, умыкнутой с кухни. – Они д-должны были узнать о нас только утром, к-когда мы уже будем на П-промышленном. А теперь они попытаются п-перехватить поезд на первой же станции!
Я встал, утерев пот со лба.
– Не паникуй. У нас все по плану. Для начала пойдем в кабину машиниста. Нужно перевести поезд на ручное управление. Он не остановится на станции. И двери мы заблокируем.
Я изо всех сил старался не терять самообладание и вести себя уверенно, прямо как Алик недавно. Но точно так же, как Алик, я блефовал.
– И что это нам д-даст? – не унимался Финард, все еще сидя на полу и проверяя, как там доктор Пухи. – П-поезд работает на электричестве. Если питание отключат, мы встаанем, и на этом конец!
Я упер руки в бока.
– Вот уж не учи машиниста с двадцатилетним стажем, парень! Я же не сомневался в твоих способностях токсиколога. Я знаю, как тут все устроено, получше тебя.
Грузовых вагонов в этой куцей СПЭшке было всего два. Вручную открывая двери, мы быстро добрались до одноместного электровоза с автоматизированной кабиной управления, неудобной, явно не предназначенной для долгого пребывания в ней человека.
– Вон там машинное отделение, – сказал я, садясь в кресло с до того новой обивкой, что на нее, кажется, за весь срок ее службы не садилось ничего, кроме пыли. – А в нем заряженные ионисторы. Благодаря им мы продолжим ехать, даже если диспетчер отключит электричество. Все континенталки имеют автономные источники питания. Между островами есть длинные участки, куда ток от тяговых подстанций не доходит. У них максимальное расстояние – двадцать километров. Больше не достают. А это СПЭшка старого типа. Так что диспетчеры не смогут отключить автономку извне. Но я понятия не имею, насколько хватит ионисторов. Они заряжаются быстро, но и разряжаются будь здоров.
Пока я примерялся, как в случае чего быстро перевести поезд в режим ручного управления и на автономку, Финард испуганно пялился в окна, как будто тут, на высоте пятнадцати метров, за нами могла ехать машина с полицаями. Или, может, он восполнял нехватку окон после того, как побывал в глухих вагонах.
Я же смотрел на мониторы, где отображались технические параметры поезда, и изучал пульт управления, который слегка отличался от привычного мне. Он был поновее, рукоятки реверса и контроллера имели другую форму. Но в целом все это было мне знакомо. Как говорится, не заржавело в уме за двадцать лет. Вот на маглевах я сроду не ездил, а уж этим старьем знал, как управлять.
– Могу тебя порадовать, – сказал я Финарду, изучив график. – Следующая остановка будет только на Промышленном. У нас есть пара часов отдышаться и пораскинуть мозгами.
– И-и что будем д-делать? – спросил одуванчик, пока я торопливо просматривал схему островных магистралей на дополнительном экране. – К-как мы теперь попадем в м-маглев с удобрениями? Н-незаметно уже н-не получится.
– Я что-нибудь придумаю, – пообещал я ему. – А ты пока присядь и отдохни, а то выглядишь так, будто из местного холодильника вылез. Ехать еще долго. Прибудем перед самым рассветом. Вот, возьми мою куртку. Мне жарко в ней. И тебе надо что-то перекусить. Ты с обеда ни крошки во рту не держал ради этого спектакля.
Финард послушно устроился в углу кабины, прижимая к себе драгоценную сумку. Он принял успокоительное перед побегом, но от стресса такой силы опять начал заикаться.
Время в дороге пролетело пугающе быстро, и чем меньше километров оставалось до станции, тем беспомощней я себя ощущал. Горизонт уже разделила тусклая полоса рассвета на фоне дымного смога, фонари потускнели в утренних сумерках, монорельс блестел от ночной росы. За окнами простирались сонные поля и видны были силуэты гор вдалеке. Вскоре показался освещенный разноцветными огнями межостровной мост, и я бессовестно наслаждался этими прекрасными мгновениями, прежде чем мы нырнем в пекло.
– В-вы так ничего и н-не придумали? – тихо спросил меня Финард. – Я п-прокрутил возможные варианты, но… Ситуация б-безвыходная. Они уже давно знают о нас и будут п-полностью готовы. Выставят столько охраны, что на с-сотню таких поездов хватит.
Я молчал, не зная, как признаться одуванчику, что наше дело зашло в тупик. Я рассчитывал, что остановок будет больше. Тогда мы бы выбрались на той, где нет засады. И потом смешались с толпой на каком-нибудь заводе. Но, судя по графику, на Промышленном этот поезд останавливался только в одном месте. Неподалеку от Аморанова моста. Там, где встречались внутренний монорельс, по которому труповозки везли тела на завод, и межостровная магистраль.
Я вспомнил ту огромную станцию с десятками эскалаторов, на которые грузили в одну сторону пластиковые ящики, а в другую – компост, и осознал, что нас поймают именно там. Сейчас мы ехали на заряде ионистров, но я видел, что его надолго не хватит. Частично заряд восполнялся, когда ток поступал от тяговых подстанций, но впереди ожидало еще два длинных обесточенных отрезка, после которых, если нам отрубят питание, суперконденсаторы не успеют зарядиться достаточно, чтобы мы сумели пересечь огромный Аморанов мост и попасть на материк. Так что мы остановимся аккурат возле станции. Уж диспетчеры подгадают наверняка.
Конечно, я мог бы перевести поезд на ручное управление уже сейчас и сделать аварийную остановку в любом месте, но тут даже не была предусмотрена веревочная лестница на такой случай, а на шланге от огнетушителя мы вряд ли спустимся. Он всего три метра, а до земли все пятнадцать. Да и одуванчик совсем не акробат.
– Ну что, весело было, а? – Я потрепал его по пушистой голове.
Он грустно улыбнулся, поглаживая зайца.
– С-спасибо, Тю-тю. Б-благодаря вам я х-хотя бы попытался. Теперь не чувствую себя т-таким ничтожеством.
Я смотрел на многоглазые силуэты заводов, мерцающие вывески и, главное, на огни эстакады и светофоры, ожидая, когда они погаснут, и дорога погрузится в темноту.
Но они почему-то не гасли. И ионисторы продолжали заряжаться.
– Странно, – обернулся я к Финарду. – Они уже должны были обесточить линию, не думаешь? Станция довольно близко. Это рискованно с их стороны.
– Д-думаете, они не знают о нашем п-побеге? – оживился одуванчик.
Впереди появились огни станции. Экраны показали, что наша скорость стремительно падает. Система автоматически замедляла ход поезда. Мы приближались к
