той огромной силой, которая ему досталась.
– Хорошо, – произнес Берт. – Я вам верю. Но сколько? Сколько еще ждать?
– Не знаю, мальчик, но постараюсь, чтобы недолго. Мари передавала тебе привет, она беспокоится.
Теперь улыбка Альберта была искренней.
– Скажите ей, что беспокоиться не о чем, – ответил он. – Я жив и здоров. Да, устал от этой тюрьмы, но это ведь не смертельно. Да, ректор Дагеор?
– О да! – Аль вспомнил, как самому приходилось бывать в тюремных застенках.
– А как… как Астар?
Похоже, Берт боялся услышать ответ на этот вопрос.
– Скверно, – признался Аль. – Я виделся с ним сегодня. Асти с головой ушел в учебу. Но мне кажется, он просто закрылся от нас и не желает видеть.
– Еще бы! Там, у дома, куда его увезла бабушка, было очень страшно. Если честно, я до сих пор с трудом верю, что бабуля могла устроить такое, и… Мне кажется, она специально сделала так, чтобы аномалия Астара вышла из-под контроля. Как думаете, это возможно, ректор Дагеор?
– Да. – Аль вспомнил, как Гарден превратил магию Дарентела в аномальную. – Возможно, Берти. Но если и так, я не знаю, как помочь. Пока что Дар выбрал ограничители.
– Это ужасно!
– Не то слово. Но возможно, он тоже по-своему прав. Иначе для Астара все может закончиться плохо. Он добрый и хороший мальчик, только впечатлительный. А мы не знаем, что Арда вбила ему в голову. О чем они там разговаривали? Почему он вообще поехал с ней, а не попытался испепелить? Слишком много вопросов, Берт.
– Мне бы поговорить с ним.
– Поговоришь. Потом. Когда Дар успокоится и обретет возможность рассуждать здраво. Либо когда мое собственное терпение лопнет и я заберу тебя, не слушая возражений крона. Так что держись, Берти. Все будет хорошо.
– Не беспокойтесь обо мне, ректор Дагеор, я выдержу.
Аль сомневался. Берт страдал без возможности применять свою силу и, кажется, с трудом выносил одиночество. Но сейчас другого выхода не было, поэтому он пожал руку будущего студента и вышел из камеры. Что ж, надо подождать еще немного – и действовать. Вот только есть ли время, чтобы ждать?
Глава 20
Ненависть
Астар
Это были странные дни. Я будто находился между сном и явью. Зима окончательно сдала позиции, пришла весна: сначала март, потом апрель. Выздоровел дядя Аль, Мари написала мне два письма. У меня были магические конверты, чтобы ответить, но я не стал. Хотелось только одного – исчезнуть. Меня бросало от злости на весь мир до опустошения, а затем обратно. И в этих метаниях сложно было хотя бы недолго удержать равновесие.
Чем я занимался? Учился. Все, что раньше казалось скучным, теперь обрело смысл, потому что своей жизни у меня не было. Все решили за меня: сначала я выучу все азы магии и управления государством, затем женюсь, займу престол отца. Или наоборот, займу престол, а потом женюсь, появится наследник, я передам ему свои знания и умру. Прекрасный сценарий, не правда ли? Только кто посмел все решать за меня?
Имя я знал. Отец еще несколько раз пытался поговорить со мной, но я больше не хотел разговаривать. Одиночество шло мне на пользу. В нем не было мамы, Деллы, Мари. Я изгнал всех, кого мог. Делла по-прежнему пыталась пробраться ко мне хоть на минуту, но я прогонял ее. Не мог видеть. Иначе, казалось, сгорю изнутри.
И постепенно меня просто оставили в покое. То, чего я так добивался, свершилось. Вокруг воцарилась тишина. Тогда-то и появилась Арда.
Был теплый апрельский вечер. Я заставил себя поужинать и читал трактат по истории магии. Отдельные фразы выписывал в толстую тетрадь, чтобы лучше запоминалось. Прислугу уже давно отослал, так что мне никто не мешал. Когда скрипнула дверь, решил, что это родители, потому что остальные не стали бы ко мне вламываться. Вот только на пороге замерла знакомая фигура.
– Бабушка?
Я отложил книгу, а Арда улыбнулась:
– Здравствуй, Асти. Как ты, дорогой?
Я поднял руку и показал серебряный браслет. Для меня этим все было сказано. Бабушка покачала головой, села рядом, провела пальцами по холодному металлу.
– Какой ужас, – прошептала она. – Дарентел, видимо, спятил.
– А он когда-то был вменяемым? – усмехнулся я в ответ.
– Я не думала, что дойдет до такого.
– Думала и сама мне сказала. Ты была права. Отец надел на меня ограничители, а Берта посадил под замок. Говорит, что это временные меры.
– Я хотела бы ошибиться, милый, – вздохнула Арда. – Но, увы, ты видишь сам…
Да, вижу. И от этого только сложнее. Безумная усталость навалилась на плечи. А может, сказывался недостаток магии, привычной для тела. Внутри царило опустошение.
– Не расстраивайся так. – Бабушка погладила меня по голове. – Ограничители – не приговор. Это всего лишь свидетельство трусости твоего отца, мой мальчик. С ними можно жить, их можно снять.
– Снимешь? – с надеждой спросил я.
– У меня нет ключа, но со временем ты сам сможешь это сделать, Асти. Давно, незадолго до твоего рождения, твой отец без аномалии расплавил подобные браслеты. И у тебя получится, если постараешься. Надо больше тренироваться. Магия никуда не исчезла, она по-прежнему в твоем теле. И если приложить усилия, ее можно пробудить.
Это действительно так? Хотя почему мне не стоит верить бабушке?
– Спасибо.
– За что, родной? – Она ласково улыбнулась. – Не волнуйся, я буду приходить к тебе так часто, как только смогу. Для меня, конечно, опасно появляться во дворце, но ради тебя стоит пойти на риск. Так что занимайся прилежно и не думай о плохом.
– Хорошо. – Мне действительно стало легче. – Бабушка, все вокруг говорят о пророчестве, связанном с Мартисом. Ты же была с ним знакома, так может…
Арда легонько коснулась моих губ:
– Твой отец сказал?
– Сам Мартис, – признался я. – Мы с друзьями вызвали его дух в академии. Да и отец не отрицает.
– Это было опасно. – Арда качнула головой. – Но, конечно, мне известно, о каком пророчестве ты говоришь, малыш. Да, Мартис многое знал. Со многими интересными людьми общался, и когда мой старший внук появился на свет, было предсказание, что он зальет весь мир кровью, стоит ему унаследовать престол короля Луазии. Это была одна из причин бегства Мии. Она хотела похитить сына и увезти туда, где он никогда не станет королем.
– А при чем здесь я? Мартис сказал, что до конца неясно, о ком было пророчество.
– Потому что их было два. Одно слышала Мия, второе – сам Мартис. И в нем говорилось, что ты станешь тем, кто остановит разрушительную силу Берта, – вздохнула Арда. –
