Лэмберту было легче поверить в такое, чем в то, что он мог промахнуться с такой близкой дистанции.
— Хочу. Вам повезло, что вы остались целы, — пуля срикошетила.
— А с вами все в порядке?
Лэмберт наклонился к Джейн, заглянув ей прямо в лицо.
Хотя красивые глаза Джейн были полны эмоций, внешне она оставалась такой же спокойной, как всегда, — только голос звучал сдавленно, выдавая ее волнение.
— Кажется, да. Очень трудно сказать точно, поскольку от плеч и ниже я ничего не чувствую. У меня кровь не идет, так ведь?
— Вы выглядите отлично. Просто отлично. — Запоздало Лэмберт поинтересовался: — А почему в полном порядке я? Почему я не превратился в терьера?
— Он в вас не попал, вот почему. — Похоже, Джейн была озадачена. — Наверное, поэтому. — Уже гораздо медленнее она добавила: — Поэтому ведь?
— Не мог я промахнуться!
Войси закончил осмотр устройства и теперь снова направил его на Лэмберта.
— Поосторожнее с ним. А то у вас подручные закончатся. — Лэмберт заметил, что мужчина за его спиной отступил на полдюжины ступенек, чтобы оказаться достаточно низко на лестнице и не попасть на линию огня. — Думаю, вам тоже следует побеспокоиться о рикошете, Войси. Интересно, что за животное из вас получится.
— Змея, — мгновенно ответила Джейн.
— Право, Сэмюэль. — Войси говорил с преувеличенной терпеливостью. Он тщательно прицелился. — Я принял все предосторожности. — Он опустил устройство и с силой его встряхнул. — Проклятье!
— Ну надо же, Лэмберт! — Похоже, Джейн была довольна. — Если так пойдет и дальше, то вам дадут отдельное кресло!
Лэмберт не рискнул взглянуть на нее. Все его внимание было сосредоточено на мужчине, в которого он целился.
— О чем это вы?
— Только не говорите мне, что вы тоже невинны!
Лэмберт поморщился. Он не мог придумать такого ответа, который не превратил бы догадку в уверенность. Он почувствовал, что у него загорелись лицо и шея.
— Значит, так и есть! — Джейн бросила в сторону Войси: — Одно очко в пользу полевых испытаний! Вообразите себе, что было бы, если бы с этой небольшой проблемой вы столкнулись в боевых условиях! Это могло бы резко изменить стандарты при наборе в армию. Не говоря уже о потребности в маркитантках. — Джейн вдруг сменила тон на серьезный. — Бегите, Лэмберт! — крикнула она, вскакивая на ноги.
Она молча повернулась к Войси, который уставился на нее, раскрыв рот.
— Вы не можете… — начал Войси. — Я вам запрещаю!
Лэмберт потянулся за рукой Джейн. Он был намерен убежать вместе с ней. Им необходимо было вместе отступить вниз по лестнице, сколько бы подручных Войси там ни затаились. Однако руки не было. Не было даже ткани рукава, за которую можно было бы ухватиться. Он пытался поймать пустой воздух.
Джейн молча стояла перед Войси, дожидаясь его реакции. Она по-прежнему касалась кресла.
Лэмберт дернул Джейн за платье — вернее, попытался. Прикоснуться оказалось не к чему, хотя видение Джейн стояло тут, точное до мельчайших деталей. Она была настолько бестелесной, что ее можно было принять за привидение.
— Бегите! — крикнула Джейн, и голос у нее дрожал от напряжения.
Лэмберт сдался. Он повернулся и бросился наутек вниз по лестнице.
Уход Джейн из ее комнаты в «Перьях» через считанные часы после приезда в Ладлоу был позорным. Кресло крепко держало ее и туманило разум. Время от времени она начинала осознавать окружающее, несмотря на покалывание, а потом и онемение во всем теле, которое сделало ее беспомощной. Она сознавала достаточно, чтобы понять: поднимать ее вместе с креслом пришлось сильным мужчинам, которые снесли ее по лестнице вниз и погрузили в запряженную лошадьми повозку, дожидавшуюся внизу. Она сознавала достаточно, чтобы попытаться заручиться помощью гостиничной прислуги. Однако она могла только рыдать и кричать. Мужчины сказали, что она сумасшедшая, — и по молчаливым лицам людей, наблюдавших за ее сопротивлением, она поняла, что они в это поверили.
Ничего из того, что она перепробовала, не помогало. Все — даже мужчины, которые тащили ее неуклюжее кресло, — считали ее безумной. И Джейн не могла придумать ничего, что заставило бы их отбросить эту мысль. В конце концов она прекратила сопротивление.
Когда ее заперли одну в пустой камере — в относительном удобстве благодаря креслу, — она собрала все силы, которые у нее оставались. Она не знала таких чар, которым удалось бы удерживать ее бесконечно долго, при условии, что она сможет воспользоваться необходимыми знаниями для того, чтобы эти чары разорвать, — и что ее не покинут силы.
Джейн приготовилась бороться с магией, которая ее удерживала. Для решения этой задачи необходима была полная сосредоточенность. Девушка злилась на себя, когда ее мысли отвлекались от анализа чар на бессмысленные тревоги.
Почему она оказалась в таком нелепом положении? Кто привез ее в это место? Что нужно похитителям и когда им это понадобится?
Джейн отругала себя за бесполезную панику и снова принялась за работу.
После какого-то периода времени, показавшегося Джейн часами, но, как она уверила себя, вряд ли продлившегося больше шестидесяти минут, дверь ее камеры открылась — и в нее вошел Адам Войси. Он выглядел примерно так же, как в тот день, когда она в последний раз его видела: был полон спокойного самодовольства. На согнутой руке он нес устройство длиной примерно восемнадцать дюймов. Оно было вытянутым, примерно той же формы, что у игрушечной пушки, к которой крепился более узкий цилиндр такой же длины. Там было несколько цилиндров меньшей формы, часть которых целенаправленно изгибалась, словно их оторвали от музыкального инструмента. Войси похлопал по блестящим трубкам с видом гордого собственника.
— Добро пожаловать в проект «Аженкур», мисс Брейлсфорд. — Войси был, как всегда, вежлив. — Я счастлив, что вы сможете принять участие в полевых испытаниях.
— Ну а я нет, — язвительно отозвалась Джейн. — Что, по-вашему, вы делаете?
— Собираюсь испытать оружие, — ответил Войси.
Он поднял устройство к плечу и прицелился в более узкий цилиндр. Как только жерло оружия устремилось на Джейн, она смогла увидеть внутри несколько собственных отражений, словно в его глубине располагались линзы.
— Не наводите эту штуку! — крикнула она.
Войси опустил оружие и посмотрел на пленницу с глубоким удовлетворением. — Можете прекратить нытье. Я уже закончил.
Джейн изумленно воззрилась на него:
— Но вы ничего не сделали!
— Да, не сделал. Это подтвердило одно из теоретических ограничений. Хотя если бы оно на вас подействовало, то могло бы подтвердить только слухи о том, что случается с молодыми женщинами, путешествующими в одиночестве.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
