Линет заговорила, испытывая благодарность за доброту Сюзанны.
– По-моему, вы ему особенно дороги, – заметила она.
Не рассказывая Сюзанне о том, что Адриан ради нее едва не стал убийцей, Линет подумала, что виконт до сих пор испытывает боль, когда вспоминает об этом.
Сюзанна пожала плечами.
– Последняя девушка виконта всегда является для него самой любимой. Он не может позволить себе чувствовать по-другому, – мягко произнесла она и протянула руку, чтобы нежно прикоснуться к лицу Линет. – А вы, моя дорогая, его последняя девушка. Вы всегда будете занимать в его мыслях особое место.
Линет отрицательно покачала головой.
– Я сегодня здесь для того, чтобы выбрать себе мужа.
– Я знаю. – Сюзанна рассмеялась, и ее смех прозвучал как-то легкомысленно. – Поэтому я тоже здесь. Я хочу поговорить с вами. Дорогая моя, несмотря на все его способности, Адриан всегда оставался мужчиной. Он не знает, что мы все полюбили его. Он не понимает, как тяжело расставаться с ним, и поэтому вам не стоит рассчитывать на его помощь.
Линет отвернулась. У нее не было желания говорить об этом. Она не хотела думать о том, что скоро ей придется покинуть дом виконта Марлока и выйти замуж.
– Вы тоже полюбили его, – с пониманием произнесла Сюзанна.
– Нет! – яростно воскликнула Линет, хотя знала, что это неправда.
Она действительно влюбилась в виконта. Она уже давно любила его. И баронесса первая сказала ей об этом. Иначе откуда эти бессонные ночи, которые она провела в надежде, что он явится в ее комнату? Почему один его взгляд был способен подарить ей огромную радость или же, наоборот, повергнуть в отчаяние? Она любила, как он говорил, как он смотрел, как он спал до полудня, а потом вставал, словно рассерженный медведь, выбирающийся из берлоги. И она знала, как быстро вернуть Адриану хорошее настроение – требовалось лишь налить ему чаю, дать газету и оставить его в покое на полчаса. Линет была уверена, что уже через несколько минут он благодарно улыбнется ей и она проведет еще один прекрасный день.
– Ни одной девушке не удавалось пройти через его уроки и не влюбиться в него, – возразила Сюзанна.
Линет снова покачала головой. На этот раз она не отрицала своих чувств, хотя в душе осуждала то, чем он занимался. Действительно, те моменты, которые она пережила в объятиях Адриана, были блаженством, о котором она прежде никогда и не мечтала. Но еще больше ей нравилось, когда они просто разговаривали, делились пережитым за день. С самого начала он с большим уважением отнесся к ней, принял ее условия, доверил самой выбрать себе свою судьбу. С самой первой их встречи он ценил в ней личность, и именно это заронило в ее душу семена любви. Он ценил ее. И она ценила его. Она любила его.
И все же... Линет не хотелось идти до конца в своих размышлениях. Ей не хотелось признавать того, что она чувствовала, хотя это не переставало тревожить ее. Она всей душой и всем сердцем любила Адриана, но сейчас он готовился отдать ее другому мужчине. От этой мысли ее сердце сжалось настолько, что она испугалась, что сейчас умрет. Но ничего не случилось. Она спросила у Сюзанны:
– Неужели он не может полюбить меня? Чуть помедлив, Сюзанна мягко спросила:
– Он целовал вас в губы?
Линет с надеждой посмотрела на нее.
– Вы хотите сказать, что это возможно? Что он может полюбить меня?
Сюзанна пожала плечами.
– Скорее всего, нет. Нет, Линет, думаю, что этого не будет. Но вы все равно мне не поверите. Ни одна из нас не хотела верить в это.
– Но ведь... – начала Линет.
Сюзанна прервала ее, повторив свой вопрос:
– Он целовал вас в губы?
Линет принялась торопливо вспоминать. Он прикасался к ней много раз, целовал ее в такие места, к которым никто не осмеливался прикоснуться. И все же он никогда, никогда не целовал ее в губы.
– Нет, – прошептала она.
– И он не сделает этого. Это единственное место, которое он оставляет для будущего мужа своей девушки.
Намек был ясен. Если Адриан ни разу не нарушил это правило, значит, он всегда рассчитывал отдать Линет другому мужчине. Несмотря на ту страсть и все восторги, которые они делили вместе, он держался на расстоянии.
Он никогда не целовал ее в губы. Он никогда не любил ее...
Эта боль была невыносима. На глаза Линет навернулись непрошеные слезы. Она чувствовала себя такой подавленной, что даже не вытирала их. Все ее тайные надежды, фантазии, мечты были разбиты.
Адриан не любил ее.
Он никогда не полюбит ее.
Она же скоро выйдет замуж за старика и проведет у него в рабстве лет десять, а затем, как и Одри, останется одинокой, пусть даже красивой и роскошной. Линет прижала ладонь к губам, чтобы не закричать от боли и отчаяния.
Она не заметила, когда рядом с ними возник Адриан. Сквозь слезы она видела, как он подошел к Сюзанне. – Что вы наговорили ей? – спросил он, пока Линет пыталась успокоиться.
– Ничего, Адриан...
– Это вы называете «ничего»?
Он сердито смотрел на свою бывшую подопечную. Но Сюзанна не смутилась. Она медленно встала. Ее лицо было печально.
– Я просто сказала ей правду. Правду, которую ей необходимо знать, – ответила она и с сочувствием посмотрела на Линет. – Спросите у нее самой. Поинтересуйтесь, кто на самом деле ее расстроил.
Адриан повернулся к Линет и со смешанным чувством тревоги и смущения осведомился:
– Скажите, Линет, что вами?
В этот миг, полный горечи и страдания, Линет поняла. Она вспомнила слова Сюзанны о том, что, несмотря на все свои способности, Адриан всегда оставался мужчиной. Когда дело касалось чувств, он испытывал такую же растерянность, как и ее отец.
Нет, Сюзанна, ни в чем не виновата. Эту боль причинял он сам. Адриан учил ее, он держал ее в своих объятиях и волновал как никто и никогда. Он позволил ей влюбиться в него, а теперь с легкостью отдавал ее другому человеку.
Линет, наконец, осознала, что произошло на самом деле. Ее охватил порыв гнева, который смел на своем пути все нежные чувства, которые она питала к виконту. Как ни странно, но она вдруг почувствовала облегчение. Отчаяние и боль превратились в силу и уверенность в себе.
Что ж, он не любит ее. Ну и ладно. Теперь, по крайней мере, она знает это.
Линет вздернула подбородок и посмотрела Марлоку прямо в глаза.
– Нет, милорд, – холодно произнесла она. – Сюзанна ничего плохого мне не сказала.
Затем она встала и ушла.
По дороге домой Линет не проронила ни слова. Она сразу поднялась к себе и торопливо сняла с себя траурную одежду. Как обычно, она не могла найти платье, которое ей хотелось бы надеть. Поэтому она стояла у окна в одной сорочке и смотрела на сгущавшиеся сумерки, думая над тем, что произошло.
