Я поспешил прочь, не в силах больше наблюдать этот чудовищный спектакль. В другой ситуации я поговорил бы с Высшими силами и спросил, зачем им понадобилась эта мучительная пытка, но побоялся раскрыть наш план. Я отправился к другу, обещавшему приютить меня на ночь. Лежал и размышлял. Друг пришел позже, мы разделили ужин с ним и его женой, обсуждая случившееся. Он рассказал, что в городе ходят слухи, будто земля дрожала и камни сыпались с гор. Друга привела в отчаяние чудовищная казнь Иисуса, и он боялся, что все это бросит тень на их народ на многие годы вперед. «Расскажи, как это происходило, — попросил меня он. — Объясни, почему нам доставляет такое удовольствие убивать невинных людей, но мы так легко закрываем глаза на преступления и даже сочувствуем преступникам. Откуда в нас это зло? Кто вложил его в наши души? Кто управляет им?» Он слышал о существовании Дьявола, но не верил, что она обладает такой властью над людьми. Я не знал, что ему ответить. Мы легли спать, но сон не принес нам покоя. Мысли теснились в голове до утра.
Не помню, чем я занимался весь следующий день. Вероятно, бродил по улицам, смотрел, как люди собираются в группки, обсуждая вчерашние события. Кто-то сказал, что Пилату приснился пророческий сон, кто-то — что слышал, как распятые на крестах говорили друг с другом, третий утверждал, что видел, как черные птицы вились вокруг Иисуса, и это указывает на его причастность к темным силам. Четвертый был благодарен римлянам за то, что они в кои-то веки сделали для страны что-то полезное, пятому казалось, что он встретил Иисуса живым на улице. Многие задавались тем же вопросом, что и мой друг: как это могло произойти? Но ни у кого не было ответа.
Наступил третий день. Мы с Иисусом заранее выбрали это магическое число — три. Оно подходило как нельзя лучше: люди еще не успели бы успокоиться и забыть о том, что случилось. Я взял с собой хлеб, воду, вино, масло и целебные мази. Иисуса отнесли в пещеру. Мне удалось незаметно пробраться туда, но у самого входа я внезапно увидел двух женщин. Они плакали, стенали и взывали к своему Учителю. Я не знал, как пройти мимо них незаметно. К тому же вход в пещеру прикрывал огромный камень, и я понятия не имел, смогу ли отодвинуть его в одиночку. Женщины собрали цветы и начали сооружать перед входом импровизированный алтарь. Они опустились на колени, продолжая причитать. Это было так человечно, так гуманно и так красиво, что я обрел часть утраченной мною веры в людей. И внезапно я понял, что именно они помогут мне. Я чувствовал, что им можно доверять. Подойдя к женщинам, я коснулся плеча одной из них.
Они приняли меня в свой круг, не задавая лишних вопросов. «Мы горюем о нашем Господине и Учителе, которого потеряли», — сказали женщины. «Знаю, — ответил я. — И помогу обратить ваше горе в радость. Я знаю Иисуса, знаю, чего он хочет. Помогите мне отодвинуть камень и оставьте нас ненадолго. Потом возвращайтесь, но не говорите никому о том, что видели. Я не осквернитель гробниц и не вор, я Смерть. Но пришел, чтобы дать вам вечную жизнь…»
Я и сам не заметил, что повторил слова Иисуса. Женщины кивнули. Вместе мы отодвинули камень, и я протиснулся в пещеру. Мы ободрали руки в кровь, но никто не обращал на это внимания. Возможно, нам помогали Высшие силы. Камень оказался настолько тяжел, что даже нам втроем было трудно сдвинуть его с места.
Женщины с благодарностью расцеловали меня и ушли. Я вошел в пещеру к Иисусу или тому, что осталось от него. Тело, завернутое в белый саван, неподвижно лежало на земле. Лицо его было бледным. Я вдруг испугался, что у меня ничего не получится, но все равно решил попытаться. Распахнул одеяние и накрыл им тело. Вынул пробку из сосуда и выдохнул. Тот же простой процесс, только наоборот. Впервые в истории человечества. Иисус лежал неподвижно еще минуту. Я решил, что все пропало и теперь все страдания мира снова лягут на мои плечи. Но тут внезапно случилось то, на что я так надеялся. Душа приблизилась к лицу Иисуса, закружилась и внезапно исчезла. В то же мгновение его ресницы затрепетали и губы приоткрылись. Он открыл глаза. Я понял, что у нас все получилось, и сердце мое преисполнилось бесконечной радостью, ибо невозможное стало возможным.
Мы обнялись как братья. Мы говорили о том, что произошло. Разделили хлеб и вино, и этот скудный обед показался мне божественным в своей простоте. Он вернул Иисусу утраченные силы. Раны его снова начали кровоточить, и я обмыл их, натер целебными мазями и присыпал травами. Он между тем растирал окоченевшие пальцы.
Иисус не хотел говорить о пытках, только упомянул, что его много раз одолевали сомнения, стоит ли наша цель таких страданий. Обсудив будущее, мы решили встречаться каждый вечер у пещеры, чтобы удостовериться, что все идет, как должно. После этого я вышел наружу и встал перед входом, ожидая женщин. Когда они подошли, я сообщил, что их Учитель воскрес из мертвых, и они должны оповестить об этом всех, кто встретится им на пути, не упоминая обо мне. «Таково желание Иисуса», — сказал я им. Оставив их, я отправился в дом моего друга.
Мой бокал с кайпириньей опустел. Ночь опустилась на город, но мне не хотелось включать лампу или зажигать свечи. Я испытывала странное ощущение покоя, сидя в темноте и слушая, как Смерть приглушенным голосом рассказывает свои истории.
— Прошло несколько дней, и случилось так, как мы и планировали. Слухи о воскрешении Иисуса из мертвых распространились сначала по городу, а потом и по всей стране. Люди шептали, что его обнаружили сперва две женщины, а потом он явился своим ученикам и последователям. Говорили, что он снова начал проповедовать, еще красноречивее, чем прежде, и велит ученикам продолжать его дело. Не все верили в это, кое-кто утверждал, что ученики выкрали тело Иисуса и все выдумали. Мы с ним виделись каждый вечер и разговаривали. Он жаловался мне, что его ученикам по-прежнему не хватает мужества и они сильно зависят от него. Мы откладывали последний акт пьесы со дня на день, пока не убедились, что все пройдет, как задумано. Иисус придумал план, как убедить сомневающихся. В один прекрасный день он попрощался с учениками и исчез. Мы все подготовили, и со стороны это выглядело так, будто он поднимается на облаке в небо.
После этого мы с ним распрощались. Он читал проповеди о вечной жизни и обрел ее. Благодаря Высшим силам, позволившим ему это. Вскоре нас вызвали к ним для объяснения. Сначала они были в ярости. Говорили, что воскресение из мертвых разделит людей на тех, кто верит, и тех, кто не верит, а это нарушит созданную ими мировую гармонию. Мы защищались, утверждая, что нашли решение для тех, кто не желает примириться со смертью. Что в конце концов люди все равно узнают правду, но мы избавили их от страха, дали им новое лекарство от болезни, не поддающейся лечению. И Высшие силы отпустили нас. Однако я до сих пор не знаю, простили они нас или нет. Наказание все же последовало. Иисусу сказали, что раз он хотел дать людям вечную жизнь, теперь ему самому предстоит вечно бродить по земле и доказывать это снова и снова. Высшие силы отказались от его души, заявив, что он волен распоряжаться ею и продолжать дело, начатое при жизни. Другим пророкам повезло куда больше. Они могут бесконечно возрождаться в новых телах. У меня Высшие на время забрали квоты, заставив подчиняться их приказаниям. Последователей Иисуса, христиан, как их называли, жестоко преследовали еще долгие годы, а у меня были связаны руки. Со временем Высшие силы смягчились, видимо, поняв, что сделанное нами пошло на пользу человечеству. Души людей успокоились. Теперь мой приход встречали не только страх и слезы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
