И Тихомир не забывал. Сейчас он доложен окунуться головой в росистые травы и лежать до тех пор, пока голове не станет легче; но и это не всё. Надо подняться, разыскать березу и на добрый час прижаться к ней спиной и затылком. А чтобы окончательно избавиться от боли, следует обвязать голову венком из трав и листьев горицвета, кипрея и мелисы, от коих голова станет совсем ясной. Можно сделать и настой из этих пользительных растений.
Когда Тихомир пришел в себя, то ощутил чувство жажды и голода. Но это уже были обычные заботы, кои его ничуть не беспокоили. Летний лес всегда и напоит, и накормит.
Вскоре он шел по направлению к Ростову и думал. Прежде о Сиворге. Этот верховный жрец и вождь Медвежьего угла оказался чересчур жестоким и… непоследовательным. Он отменил свой прежний приказ и под усиленной охраной воев, заточил Тихомира в какой-то смрадной, обветшалой хижине.
На другой день пришел Сиворг.
— С какой целью тебя прислал, Ярослав?
— Он хочет установить с твоим племенем мир и начать торговлю.
— Но почему он прислал ко мне внука волхва, а не своего человека?
— То мне неизвестно.
— Лжешь! Ты прислан сюда, чтобы выглядеть мое войско, и ты выглядел. А теперь, если хочешь остаться жить, расскажи мне о числе воев Ярослава, и все ли они имеют доспехи.
— Этого я не знаю. Я никогда не интересовался дружиной князя Ярослава.
— Опять лжешь, подлый переметчик! Я прикажу выдавать тебе на день по одной кружке воды, но ты не получишь ни единой крошки хлеба. А когда начнешь издыхать с голоду, покличешь меня и всё расскажешь о дружине ростовского князя.
Больше верховный жрец не появлялся. На четвертые сутки Тихомир начал ослабевать, но это его не тревожило. Он спокойно умрет и его душа переместится к богам, где она обретет вечную жизнь.
На пятый день Сиворг приказал снять охрану, а Тихомира велел заковать в цепи. И в ту же ночь в хижину проскользнула молодая девушка. Лучи трепетного лунного света, проникнув через отверстия хижины, осветили ее длинные черные волосы.
— Я принесла тебе кувшин молока и лепешек.
— Не надо. Я уже готовлюсь отойти к богам.
— Ты очень молод, и тебе еще надо долго жить на земле, а не на небесах.
— Ты рискуешь. Быстро уходи.
— Я не покину тебя до тех пор, пока ты не начнешь принимать пищу.
В голосе девушки прозвучала такая непреклонность, что Тихомиру ничего не оставалось, как приступить к еде.
— Почему теперь не уходишь?
— Мне нужен пустой кувшин. Нельзя оставлять его в хижине.
— Разумно.
Опорожнив кувшин и съев лепешки, Тихомир поблагодарил девушку:
— Спасибо тебе, милая душа.
— Завтра я снова приду.
— А жреца тебе не страшно?
— Нет. Сейчас все спят. К тому же жрец знает, что к твоей хижине никто не смеет подойти.
— А ты?
— И я, но… А впрочем, я тебе в другой раз расскажу. Жаль, что твои ноги закованы.
И с этими словами девушка удалились из хижины.
На другую ночь (кроме молока и лепешек) она принесла Тихомиру добрый кусок жареной оленины.
— Угощайся, Тихомир.
— Ты знаешь мое имя? А тебя как звать?
— Радмирой.
— Странно. Но наши имена похожи… А теперь ты расскажи о себе.
— Пока ты будешь есть, я постараюсь рассказать. Недалеко от Волги, в лесах, с давних времен проживало небольшое славянское племя. Новгородские ушкуйники, кои поселились в Медвежьем углу, каким-то образом проведали про наше маленькое селище, разорили и погубили его, а меня привели в подарок вождю. Это случилось два года назад.
Сиворг задумал обесчестить меня, но я впилась зубами в его шею и едва не перекусила его жилу. Вождь избил меня и выкинул из своего жилища. Хорошо, что не приказал убить. Меня подобрали добрые люди, и с тех пор я у них и живу. Они стали мне вместо родителей. Отец промышляет охотой, а мать — рукоделием.
— А Сиворг так и простил тебя?
— Едва ли. Когда он видит меня, его глаза наполняются злобой. В минувшем году он заставил меня дать клятву священному Световиду, что я никогда не покину племя Медвежьего угла.
— Он что-то задумал.
— Может и так, Тихомир.
— Почему ты захотела, чтобы я остался жив?
— Когда я впервые увидела тебя, то сразу поняла, что у тебя доброе сердце. К тому же, — Радмира запнулась, — к тому же… ты очень красивый юноша.
— Я никогда не обращал на это внимания.
— Так обращай… Впереди тебя ждет большая любовь.
— Откуда тебе знать?
— Сердце подсказывает.
Тихомир лишь плечами пожал.
Глава 26
СЕРДЦЕ ВЕЩАЕТ
Через две недели к нему вновь пришел верховный жрец. Тот осмотрел узника и с ненавистью произнес:
— В твою душу вселился дьявол. Он изгнал из тебя голод и сберег твою жизнь… Ты расскажешь о дружине Ярослава?
— Я отвечу теми же словами.
— Тогда дьявол уже не спасет тебя. Вои! Киньте этого нечестивца священной медведице!..
…Сиворг! Ты будешь очень удивлен, когда увидишь, что в пещере нет пленника. Не хочется больше о тебе вспоминать. А вот Радмиру никогда не забыть. Он мог бы прокрасться к ее жилищу ночью и уйти вместе в лес. Но Радмира осталась бы верна своему зароку. Клятва богу Световиду нерушима.
А вот с чем он, Тихомир, придет к Ярославу? Вождь племени не поверил, что князь хочет мирно жить со своим соседом. Напрасно: Ярослав, коль задумал вывести свои корабли на волжские просторы, так или иначе попытается поладить с племенем. Неужели жрец считает, что князь оставит его в покое? Едва ли… Тогда быть войне. Но этого Тихомиру не хотелось. Он никогда не воевал, никого не убивал и всем своим существом ненавидел любую войну.
Ярослав, как предсказывают ему звезды, уже увел ладьи от Ростова. Тем лучше. Ему не хочется объясняться с этим князем, тем боле, он ни за что не поверит его удивительному спасению. Посчитает Тихомира обманщиком. Не раскрывать же ему ту тайную для других людей силу, которая способствовала избавлению. Нет и нет! Еще дед Марей предварял:
— Никогда, внук, не раскрывай своего сверхъестественного могущества, данного тебе богами. Даже умирая, никому об этом не рассказывай. Таких людей, как ты, очень мало во всей вселенной, так пусть их тайна не становится явью. Иначе многие люди, не обладающие таким волшебным даром, начнут примерять его к себе, и появится множество лжекудесников, которые начнут кричать, что они всё могут, и бросятся к ним люди со своими недугами и станут погибать, не получив истинного исцеления.
— Клянусь богами, что я никогда не открою своей тайны, дед, — твердо заверил тогда Марея внук.
Нет, честного разговора с князем не получится, а, значит, нет нужды с ним и видеться. Видимо, боги намеренно не желают такой встречи. Он не останется жить в Ростове. Простится с дедом Овсеем, которого полюбил, и уйдет жить в леса. Именно в леса, где он чувствует себя совершенно вольным и счастливым человеком.
Когда Тихомир появился в Ростове, то город его встретил кручиной. По улицам ходили люди с молчаливыми сумрачными лицами; не слышалось обычных громких выкриков с шумной Торговой площади, зато тягуче и скорбно гудел колокол со звонницы дубовой соборной церкви Успения Богородицы.
О черной вести ему поведал дед Овсей, коя привела Тихомира в замешательство. Почему-то звезды не предсказали ему такой большой беды, он бы почувствовал ее в ту же ночь, но этого не произошло. Звезды были покойны.
— Вот так, внучок. Поник Ростов.
Дед Овсей, прикипев всем сердцем к своему постояльцу, стал называть его внучком.
— Долго же тебя не было, внучок. Князь Ярослав так и не дождался. Аль путь твой оказался тяжким?
— Тяжким, дед Овсей. Но не пытай меня о нем.
— Добро, внучок… Но вот что хочу тебе молвить. Наместник Озарка захочет повидаться с тобой, и разговор, чую, будет не из легких. А коль новый князь придет, он может и с пристрастием потолковать. И с боярином Колываном тебе лучше не сталкиваться.
— Я никого не боюсь, дед Овсей. Я честен перед князем Ярославом. Но я еще в лесу надумал навсегда уйти из города… Сейчас я обниму тебя, и мы расстанемся. Ты — славный дед, и я буду молиться за тебя перед богами.
Овсей сокрушенно вздохнул. Он уже ведал: Тихомир не меняет своих решений. Он действительно покинет Ростов.
— Буду скучать по тебе, внучок. Небось, в леса уйдешь?
— В леса, дед.
— Пожил бы недельку.
— Не могу, дед. Почему-то сердце вещает — надо спешить. Прощай, и пусть хранят тебя боги.
Глава 27
СПАСИТЕЛЬ
Тихомир решил проститься не только с городом, но и с озером Неро, кое он также любил, как и сам лес. Он шел берегом в сторону Белогостиц, за которым, если пройти от села версты три, когда-то находилось Велесово дворище. Там он родился, там рано умерли его отец и мать, наткнувшись в лесу на медведя-шатуна, там с малых лет взращивал его дед Марей. Там всё ему было родным и близким, и он никогда не думал, что настанет время, и злые люди сожгут его очаг. Но самое горькое — убьют деда Марея. И как только поднялась рука у изверга Колывана?!
