раз их упоминала… Я понимаю намёки, знаешь ли.
– И именно поэтому оставил меня без десертов на ярмарке, – вздохнула я. – Жадный ты, повелитель.
– Как знать. – Тайбери мягко развернул меня в сторону пруда, окаймлённого алыми клёнами. – Смотри.
Я повернулась к пруду.
И застыла, глядя на огонёк, мерцающий под самой поверхностью пруда в предрассветных сумерках.
– Что это, повелитель? – спросила я шёпотом.
– Твой подарок.
Я нерешительно подошла к воде. Наклонилась, прекрасно понимая, как я сейчас выгляжу и что Тайбери в эту самую минуту открывается прекрасный вид.
И, коснувшись воды кончиками пальцев, опустила руку и почувствовала, как небольшой, твёрдый и прозрачный камень оказывается на моей ладони.
Я сомкнула вокруг него пальцы и выпрямилась.
По мокрой руке стекали капли. На ладони у меня лежал голубой лунный камень в форме растущей луны. А внутри молочной голубизны танцевал оранжевый огонёк.
– Говорят, огранённый таким образом, он помогает шейрам найти своё сокровище, – заговорщицки пояснил Тайбери, вдруг оказавшись за моей спиной. От его фигуры исходило знакомое тепло. – Но если что, подсказываю: я стою прямо здесь.
– Сокровище – это совсем необязательно ты, мой самоуверенный повелитель! – упрекнула я.
Тайбери хмыкнул.
– А знаешь, именно о сокровище мне и сказала гадалка, – неожиданно серьёзно сказал он. – «Только отказавшись от главного, – сказала она, – ты получишь своё сокровище».
Слова отозвались неровным стуком в сердце. Тик… тик… Неспроста это предсказание. Неспроста. И явно не к добру.
Я спрятала кристалл в карман манто и изобразила улыбку.
– Хм, – произнесла я. – Главное в твоей жизни – это явно не я, повелитель. И сокровище – тоже не я, тут к гадалке не ходи. Получается, это самое предсказание ко мне не относится и мы можем… – я изящно обернулась к Тайбери, – отставить его в сторону? И заняться… более интересными вещами, повелитель?
Губы Тайбери улыбнулись, но в глазах его стыло что-то тёмное. Тревога. Озабоченность.
И поселилась она там давно. Ещё с того момента, как он разбудил меня в холле.
Я вздрогнула. И я не замечала её раньше, проклятье!
– Что не так? – быстро спросила я. – Тай, хватит врать и занавешиваться бриллиантами. Что случилось? Скажи мне.
Лицо Тайбери не дрогнуло.
– «Тай»? Ты окончательно решила забыть о роли шейры? Может, и бриллианты тебе больше не нужны?
– Не заговаривай мне зубы, – прервала его я. – Что. Произошло. Этой. Ночью?
Тайбери несколько секунд смотрел на меня потемневшими глазами, словно решая, сорвать с меня манто и повалить прямо в пруд или всё-таки ответить.
Наконец он соизволил разомкнуть губы.
– Тетрадь пропала. Я взял её с собой этой ночью, чтобы разговорить наших наёмников, тряхнуть доказательствами… Но когда мы добрались до места, её со мной не было.
Ах ты!..
– Мы с Файеном вернулись на ярмарку и повторили наш маршрут, – сухо добавил Тайбери, – но ничего не нашли. И я не знаю, в какой именно момент она исчезла.
Я стиснула зубы. Обвинять Тайбери было бессмысленно и уже бесполезно: да, тетради теряются и пропадают. Да, иногда на ярмарке орудуют умелые воры, способные облапошить даже наследника великого дома. Случается всякое.
Но тетрадь! Тетрадь с основами дурманной магии!
…И с надписью, сделанной моей рукой. Моей!
Пять слов стояли перед глазами как влитые:
«Дурак ты, повелитель. Твоя шейра».
Если эта тетрадь попадёт в руки кому-то не тому…
…Впрочем, кто здесь вообще может быть «тот»?
– Кошмар, – одними губами произнесла я.
Выражение глаз Тайбери стало жёстким.
– Выберемся. По крайней мере, теперь у нас есть свидетели против Барраса.
Я шагнула к нему и обняла. Прижалась к груди.
– Всё будет ужасно, да, повелитель? – прошептала я.
– Умеренно ужасно. – Руки Тайбери забрались под роскошный серебристый мех и нахально обвились вокруг моей голой талии. – Я не хотел, чтобы ты об этом думала сегодня. Не хотел портить тебе праздник.
Я подняла голову, глядя ему в глаза.
– А он ещё не закончился? – тихо спросила я.
Лицо Тайбери склонилось к моему.
– Нет, – так же тихо ответил он. – Потому что самая интересная часть только начинается.
И подхватил меня под бёдра.
– Топить не надо, повелитель! – быстро сообщила я. – И вообще, там мелко!
– О, вот этого тебе бояться совершенно не стоит, – мурлыкнул Тайбери. – На тебя и это манто у меня совсем другие планы.
Его пальцы легонько дёрнули нить бриллиантовых бус, на миг коснувшись моего живота, и у меня начали рождаться нехорошие догадки по поводу этих планов.
…Или, напротив, хорошие?
Но когда Тайбери внёс меня в столовую, я поняла, что преуменьшила.
Планы у него были потрясающие.
Золотая лента змеилась над столом, кружась медленно и зазывно. А на ней красовались десятки десертов, источающих упоительные ароматы. Яркая малина на апельсиновом желе, изящные дольки киви, половинки клубничных ягод под взбитыми сливками, горсть голубики под сахарной пудрой…
– Лучшие дары ярмарки в день шейр, – доверительно сообщил Тайбери. – Я приказал, чтобы мне доставили домой образцы каждого лакомства. Разумеется, кроме самого лучшего.
Его рука сжалась на моей талии.
– Ведь оно уже здесь.
– Я несъедобная, повелитель! – решительно возразила я.
Вместо ответа Тайбери сгрузил меня на стол, по пути освободив от меха. Манто легко соскользнуло на пол.
– А это, – сообщил он, укладывая меня спиной на полированное дерево стола, – мы сейчас и выясним.
Я не успела произнести ни слова, как возле моей головы оказалась тарелочка с упоительным даже на вид малиновым
