Тео начала вытаскивать шпильки из волос.
— Надо заново причесаться, но поживее, я не могу заставлять леди Джилбрайт ждать.
Десять минут спустя она поспешила вниз, где ее испуганному взору предстала огромная груда багажа, который все еще вносили лакеи.
— Ее светлость и мисс Джилбрайт в салоне, леди Тео, — провозгласил Фостер. — Я предложил им чаю, но ее светлость высказала сомнение, что ей здесь могут предложить хороший чай.
— Тогда принесите кофе. Мне помнится, ее светлость выказывает ему предпочтение. — Тео заговорщически подмигнула Фостеру и понизила голос до шепота: — Как долго они намерены оставаться?
У Фостера слегка дрогнули губы.
— Не знаю, миледи. Я думаю приготовить для мисс Джилбрайт китайскую комнату, а цветочную — для ее светлости.
Тео вошла в салон.
— Добро пожаловать в Белмонт-Хаус. Надеюсь, путешествие было не слишком утомительным?
— О, оно было просто ужасным, — заявила ее свекровь, поднимая к глазам лорнет и подвергая Тео суровому осмотру. — Хм… Кажется, твое лицо стало несколько светлее… немного улучшилось. А где Стоунридж?
— Он отправился по делам, миледи. Уверена, если бы он знал, что вы прибудете сегодня, он был бы уже здесь.
Тео повернулась к золовке, прижимающей к красному носу белый платок.
— Надеюсь, вы здоровы, Мери?
— Неужели она выглядит здоровой? — раздраженно спросила леди Джилбрайт. — Все время хнычет и шмыгает носом. Надеюсь, что этот шарлатан доктор Уэст сможет что-нибудь сделать для бедняжки. Хотя я не очень-то верю докторам.
— Если бы я могла принять горчичную ванну, мама, — простонала Мери, — уверена, мне сразу же стало бы легче.
— Кофе, миледи! — В салон вошел Фостер с подносом в руках.
— Благодарю. И… хм… хм… мисс Джилбрайт хотела бы принять горчичную ванну, если можно. — Она повернулась к страдалице и сочувственно осведомилась: — Тебе нужна только ножная ванна или ты погрузишься в нее вся?
Мери что-то пролепетала и взглянула рассерженно на мать. Надо же обсуждать такое при дворецком!
— Мы установим ванну в китайской комнате, миледи, — сдержанно проговорил Фостер, бросая взгляд на свою юную хозяйку. — Горничная, леди Джилбрайт, в вашей комнате ожидает указаний.
Тео предложила свекрови еще кофе, но та заявила, что он слишком крепкий и вреден для тех, кто страдает печенью.
— Вам тоже не мешает проконсультироваться у доктора Уэста, — прощебетала Тео, наливая себе молока. — По поводу печени, например.
— Моя печень, милочка, кроме меня, никого не касается, — провозгласила леди Джилбрайт. — Удивляюсь, как это леди Илинор не научила вас не задавать неуместных вопросов. Но ведь Белмонтам никогда не хватало утонченности!
Тео почувствовала, как кровь прилила к ее щекам, и прикусила язык, чтобы сдержаться.
— Кофе, Мери?
— Я не пью кофе, — обидчиво отозвалась золовка, словно Тео должна была знать об этом. — Я хотела бы пройти в свою комнату.
— Ради Бога, я провожу вас наверх.
Тео поднялась и направилась к двери. Она посмотрела в окно, выходящее на улицу, и узнала фигуру своего мужа, крупными шагами направлявшегося к дому. Сердце у нее ушло в пятки, и она вознесла молитву к Небу, чтобы Сильвестр достаточно остыл и разумно отнесся к ее присутствию внизу.
Когда Сильвестр подходил к дому, он все еще хмурился, но гнев его уже улетучился, и теперь он вполне владел собой. Первым делом он собирался завтра утром отправить Тео в Стоунридж. Самое разумное решение. Тео будет в стороне, пока он разберется с Джерардом.
Он также даст ей понять, что не потерпит более ее выходок.
Граф вошел в холл в тот момент, когда лакей вносил последние чемоданы.
— О, Сильвестр, ты вернулся! — донесся из гостиной голос Тео. — Посмотри, приехали твоя мама и сестра.
Она, улыбаясь, вышла в холл, но при виде лица графа ее улыбка угасла и в глазах появилась озабоченность.
— Я спустилась их встретить, — проговорила Тео извиняющимся тоном и чуть пожала плечами, словно говоря: «А что я должна была делать, по-твоему?»
Он слегка кивнул ей, то ли принимая к сведению сказанное, то ли одобряя ее действия, и повернулся, чтобы приветствовать гостей и получить от Мери свою долю жалоб на слабое здоровье.
— Твоя сестра пожелала принять горчичную ванну, — сказала Тео, — и, я думаю, леди Джилбрайт захочет отдохнуть перед обедом.
Сильвестр снова кивнул, но теперь в знак того, что принимает ее объяснения, и сказал матери:
— Боюсь, что должен буду оставить вас этим вечером. У меня уже назначена встреча, от которой я не могу отказаться. Возмущенный вздох Тео чуть не заставил его рассмеяться. Вечер наедине с его матерью и сестрой будет женушке достойным наказанием. Ничего лучшего и придумать нельзя.
Сильвестр сам проводил мать и сестру наверх и затем оставил, сказав, что ему надо переодеться для вечерней встречи. Но они увидятся завтра утром. При этом взгляд графа скользнул по лицу жены, и Тео поняла, что эти слова относятся и к ней тоже. Она должна дождаться утра, чтобы узнать о его решении.
Тео смотрела на удаляющуюся спину мужа, скрипя зубами от раздражения, а затем снова повернулась к свекрови.
Когда Генри помогал Сильвестру переодеваться, он сразу понял, что его господин не склонен к разговорам. Граф хмурился, небрежно завязывая галстук.
Он не мог отослать Тео, пока здесь находится его мать. Оставалось надеяться, что дорогие гости так заморочат ей голову, что у Тео не останется времени на выкрутасы, а как только они уедут, граф отправит Тео обратно в провинцию.
Полчаса спустя он покинул дом, радуясь, что отвертелся от скучного и утомительного вечера, который ожидал Тео. Но он не знал, что Тео уже приняла меры, послав гонцов с просьбой о поддержке.
Не прошло и часа, как семья Белмонт, Эдвард Ферфакс и Джонатан Лейси прибыли спасать отчаявшуюся Тео.
Нейл Джерард готовился к встрече гостей в своем доме на Хаф-Мун-стрит. Все они в прошлом или настоящем служили в Третьем драгунском полку, и Нейл надеялся развеять все их сомнения относительно Сильвестра Джилбрайта.
После этого у Сильвестра отпадет желание копаться в прошлом. Не в его интересах было бы извлекать на свет старую историю, которую теперь все предпочитали забыть. Но в качестве наивысшей гарантии своей безопасности Нейл рассчитывал на небольшой спектакль с леди Стоунридж в главной роли. Он знал непомерную гордость Сильвестра. Джилбрайт подтвердит все, что угодно, чем выставит напоказ похождения своей жены, следствием которых будет ее измена супружескому долгу.
А такая договоренность с Джилбрайтом положит конец унизительным контактам с Джадом О'Фланнери.
