даже вскрикнуть не успел, сразу разъеденные кислотой.
Мы одновременно со стрелком посмотрели на то, что осталось от трупа, а потом переглянулись. «Переселенец» что-то прошептал (судя по движению губ в открытой части маски там было какое-то «лять») и, резко развернувшись, бросился обратно в комнату.
Я за ним. Догнал быстро и точечным ударом перебил «позвоночник» экзоскелета. Искорка подсветила нужное место — так чтобы не «сломать» человека, а заклинить всю конструкцию. «Переселенец» дернулся и, пролетев к стене, рухнул на деревянные ящики с чем-то концептуальным и стеклянным.
— Где проход? — спросил я, разворачивая всю конструкцию с запертым в ней пленником.
— Ты опоздал, — только и ответил мужчина, тут же закашлявшись и застонав от боли.
— Ладно, сам найду, — я отпустил потерявшего сознание «переселенца». Может, и прикидывается, но пытки фанатиков в список моих достоинств не входило.
Заглянул в дверь, ведущую в основной зал галереи, но там оказалось пусто. Посетители, если и были, то благоразумно убрались, когда мы начали греметь. Как и работники-переселенцы, решившие не переть на Ориджа. Значит, меня точно уже ждут внизу, а здесь могут вернуться с подмогой. Пофиг, им же хуже.
Вернулся в подсобку и осмотрелся. Помимо расколотых ящиков с еще не разобранными арт-объектами, у дальней стены комнаты стоял ряд крупных скульптур. Стиль — кубизм, или мерзлотизм или я вообще ничего не понимаю в искусстве. Какая-то полутораметровая угловатая шишка, потом статуя (может, даже сам Айсфару, просто квадратный).
А в центре была некая широкая конструкция, похожая на нагромождение гробов, грубо сваренных из стальных листов. Толстый постамент, из которого выступали высокие параллелепипеды. А из их граней, в свою очередь, выступали еще пять. А из них еще с десяток. А из них… И так далее, до момента, когда самый маленький не сливался с пылинками в полумраке.
Грубо и непонятно, но что-то в этом было. Как минимум энергетический след, который срисовало «ведьмачье» зрение. Я подошел поближе, пытаясь разглядеть, на что реагирует сканер. Обошел вокруг. Простучал несколько поверхностей, услышав глухие отзвуки пустоты. Провел пальцами по грубым швам сварки, выискивая скрытые щели. Нашел одну возле маленького куба, на нижней грани другого и смог продавить ее, как кнопку.
Внутри что-то едва слышно щелкнуло, но больше ничего не произошло. Подключилась Искорка, трижды во всех проекциях облетев конструкцию и создав на экране трехмерную модель. Где было отмечено еще четыре «кнопки».
Без подсказок в виде символов оказалось не очень интересно разгадывать шарады фоггеров, но пришлось. Практически приник ухом (по сути, поднес слуховой датчик поближе) к стальной стенке и начал по очереди давить на кнопки. Чувствовал себя взломщиком старых сейфов. Щелк, щелк. Заметил, что при определенной последовательности нажатия, вдавленные кнопки чуть медленнее возвращаются в исходное положение. А при ее нарушении делают это резко и одновременно.
Может, везение, может, карма. Но Мерзлота учла, что я собираюсь спасать город, и заветная комбинация подобралась с сорок пятой попытки. Щелчок последней кнопки перешел в жужжание, и все конструкция вздрогнула. Все швы засветились, потеряв плотность, и кубы-гробы один за другим начали складываться внутрь. За считаные секунды осталось только высокое основание. Но и оно поехало вниз, сравнялось с полом, а потом ушло еще глубже, превратившись в лифтовую платформу.
Я заглянул вниз и метнул туда двойника. Послышались тихие хлопки, и голограмму, подсвеченную со всех сторон слабым флуоресцентным свечением, тут же всколыхнуло от десятка пролетевших насквозь снарядов. А потом и развоплотило, когда сквозь нее пронеслась блестящая сеть.
— Приятно, когда тебя ждут, — я посмотрел на Искорку, но общался скорее сам с собой. — Но пожалуй это не тот случай. Ну сколько их там может быть? Они же все-таки втихоря в город проникали. Готова?
Дрон пискнул и понеслось!
Тут же в руках «Ассасина» появились два «крафткомпакта», а по броне побежала волна укрепления силовой брони. Дрон первый нырнул в проем, моментально транслируя картинку и фиксируя цели. Следом сиганул я и открыл огонь, даже не достигнув пола.
Можно считать это лютым читерством, но и отрицать факт удобства нельзя. На экране, практически на триста шестьдесят градусов, появились цели, отмеченные дроном. А система сопоставляла данные и усиливала реакцию. Непрерывно стреляя, я водил пистолетами по сторонам и чувствовал легкие толчки в предплечьях. Не так, что кто-то за меня управляет Орриджем, но так, будто по мышцам проскакивает ток, сокращая их в нужный момент.
Приземлившись, тут же рванул зигзагами в сторону, не прекращая вести огонь. Чуть мозг не сломал, пытаясь одновременно анализировать несколько слоев изображения перед глазами. На переднем плане — целеуказания подсвеченных фоггеров, а это были именно они. Никакой продвинутой органики, только элитные дроиды. На среднем плане примерно двухметровая, словно буферная, зона, фиксирующая все то, что летело в меня. И на заднем — само помещение. Бетонная коробка с редкими стеллажами. Света нормального не было, только по полу к двери в дальнем конце шли гибкие прозрачные трубки, по которым бежала концентрированная энергия. От чего создавался эффект светодиодной ленты с RGB подсветкой.
Практически дискотека! На которой я выдал свой лучший «брейк-данс» в жизни! Отстреляв магазины и снизив количество целей с восьми до четырех, откатился за стеллажи. Пользуясь прикрытием от Искорки — дрон, не жалея энергии, поливал фоггеров разрядами тока. Не смертельными, учитывая их уровень, но явно раздражающими. Две секунды, пока дрон не смысля в люке, мне дали. Ровно на то, чтобы впитать кристалл скайкрафта, обновить броню и затянуть два скола, которые я на кураже даже не заметил.
Я удаленно (навыками «Варлока») вырубил еще одного фоггера — он ослеп с коротким замыканием в визоре. И провел комбинированную атаку на второго — перезагрузил ему защитные навыки и метнул клинок в промежуток между перезапуском силовой брони. И попал. Тоже в промежуток, но уже между глаз.
Активировал клинок и рванул на оставшихся «самураев». Мастерства еще не хватало, но куча отваги, приправленная слабоумием, лилась через край! Так что меня было уже не остановить.
А фоггеры, наоборот, подсдали, практически за минуту лишившись почти всего отряда. Короткий бой два на два. Или даже три на два, если считать Искорку и двойника за самостоятельные единицы, и я переступил через последний труп фоггера.
Подошел к единственной двери, которая вела к лестнице, сверил часы — осталось всего пятнадцать минут и город сменит своих владельцев. А потом и вся Мерзлота, учитывая, сколько операторов сидит в Вавилоне.
Вернул маскировку, хоть особо на нее и не
