Я молчал и пристально изучал внешне спокойное лицо короля Тристана. Все мы циники и эгоисты. Все, в ком течет королевская кровь. С трудом осознавал сейчас прозвучавшие слова. После того как сидящий напротив меня правитель буквально исповедался, казалось, тяжкий груз свалился с его души.
— Не понимаю одного, — стараюсь не выдать своих эмоций и неторопливо отпиваю вино из бокала, давая тем самым себе еще немного времени. — Если Ваше королевство сильнее нашего, зачем нужен этот мир?
— От Вас ничего не скроешь Виттор. Хорошо. Вот еще одна правда. Когда мы Вас завоюем, наша казна опустеет, и некоторое время королевство будет ослабленным. Другие королевства только и ждут этого момента. Они словно падальщики раздерут на части эти земли, я умру, и начнется хаос. Корнуольское и Ришское королевства настолько погрязли в войне друг с другом, что забыли про остальных врагов. Нам нужно объединиться, и тогда никто не посмеет напасть на нас. Вы получаете не только корону, но и сильного союзника. Ваше королевство, как и наше, обретет долгожданные мир и покой. Это нужно нашим подданным. Мы ведь служим во благо их.
— Что будет с Анной? Вы откройте ей правду?
— Непременно, — честно произносит король, наливая себе второй по счету бокал. При свете свечей темная жидкость переливается всеми оттенками красного. — Я заберу ее и официально признаю своей дочерью. Она должна получить все то, что ей полагается по праву.
— Я не согласен, — буквально отрезаю и чувствую, как начинаю злиться. Никогда не думал, что окажусь таким собственником. — Анна моя. Она останется в Корнуольском королевстве со мной.
— И в качестве кого? — интересуется король.
— Моей жены, — произношу вслух и сам удивляюсь себе. Хотя все правильно. Ани будет моей женой и это окончательно привяжет ее ко мне, как и меня к ней. Понимаю, что хочу этого больше всего на свете. Вот только…
— Согласится ли она? — несколько иронично уточняет король Тристан, оглаживая свой гладко выбритый подбородок. Он словно читает мои мысли. — Не думайте что мне не известно о Вашей ночи в старом замке. Если бы не перспективы, которые открываются благодаря нашему сотрудничеству, я бы убил Вас сам ну или засадил в тюрьму, где бы Вы Виттор гнили остаток жизни. Но я король и поэтому предлагаю следующее. Вы получите Корнуольское королевство, освободите Анну и у Вас будет, скажем, сорок дней, чтобы добиться ее согласия на брак. Если к этому моменту она откажется, я открою ей правду о себе и заберу. Как Вам такой расклад Виттор?
Предложение короля Тристана выглядело заманчивым. С его помощью шансов было намного больше. Никто не говорил об открытом вторжении в Корнуольское королевство. Главное мне помогут: деньгами, шпионами, связями. Скоро помолвка Ричарда, а значит хороший шанс, чтобы подготовить все к тихому перевороту. Вот только простит ли меня Ани? К черту! Я сделаю все для этого. Ее не получит ни Корнел Ласс, ни так называемый отец. Она моя девочка. Моя и точка.
— Мне нужны гарантии, что Вы не заберете Анну раньше оговоренного срока.
— Она интересует Вас больше чем трон?
— Я люблю ее, и уже однажды потерял. Больше такой ошибки я не совершу.
— Что ж, — король Тристан выглядел довольным после моих слов. — Тогда по рукам Ваше будущее Величество.
Глава 39
Сегодня последний день траура по королю Амиру. Я стояла у окна в своей спальне и смотрела на сильный дождь, который никак не хотел прекращаться. На душе было мерзко. Принц выбрал Пию в качестве своей будущей жены, и она сквозь слезы согласилась. Маркиз Нейвер надавил на дочь, да и то, в каком виде застал ее лорд-канцлер, не способствовало сохранению репутации. Про себя молчу. Королева Илана сдержала свое слово, и теперь весь дворец был в курсе моего падения. Меня обсуждали, за спиной показывали пальцем. Куда бы не шла, всюду раздавались шепот и смешки, а то и вовсе громкие возгласы осуждения. Спасало лишь то, что я очень редко покидала свои покои, чаще проводя время взаперти. Мне позволили присутствовать на похоронах короля, но за мной тенью следовало четыре боевых мага. Каким облегчением стало увидеть среди своих надзирателей Рикардо Приама. Я поначалу даже обрадовалась, пока не поняла: боевик сам оказался в ловушке. Он до сих пор любил Пию, и в его глазах отражалась невысказанная боль. Рик получил должность при дворе, о которой мечтал, но теперь его любимая недосягаема. Навсегда. Когда наша жизнь стала такой сложной? Казалось, недавно мы были обычными адептами МАКП и самым большим мои огорчением становились придирки ректора. А теперь… Тина, которую оставили при мне, рассказала по секрету: Корнел Лас просил моей руки у Ричарда, но наследник отказал в довольно грубой форме и пообещал, что если ректор не прекратит свои попытки, то он найдет ему замену. Жестоко. Принц был зол, и я стала тому причиной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В тот день, когда граф Денвер оказался в тайной спальне и Лиам сообщил ему о смерти короля, нас провели в допросную. Мы с Пией сбивчиво рассказали о попытке короля изнасиловать ее и о внезапном появлении архимага. Лорд-канцлер слушал с непроницаемым лицом, а брат все больше хмурился. Я видела, Лиам мне верил и чем дальше, тем больше приходил в ужас. Да, Викрам Ратхор убил правителя, но честно говоря Амир Райан заслужил. Не было во мне жалости к мертвому королю. Сколько еще девушек могли подвергнуться его издевательствам! Рано или поздно все мы получаем по заслугам. Колесо судьбы делает свой поворот и нас настигает собственная карма. Про Викрама я больше ничего не рассказала, как бы не лез в мою голову лорд-канцлер. Он видел во мне изменения, но не мог определить их суть. В тот момент я была благодарна своему дару. Оказывается на разум провидцев невозможно повлиять. Помню, те события изрядно вымотали тогда. Меня заперли в собственной спальне до момента, пока принц Ричард не решит, что делать со мной дальше.
Месяц назад я также стояла у окна, и в моей душе распускался цветок под именем "ненависть". Викрам Ратхор использовал меня, но я его отпустила. Дала возможность уйти, чтобы после свершившегося возмездия он начал новую жизнь. У него наверняка все будет хорошо. Женится на подходящей девушке, она родит ему много детей и… Я гнала прочь из своей головы мысли, в которых обрушивала на мужчину все возможные кары, потому что желать зла другим — плохо. Всегда отчетливо понимала эту истину, и теперь собственные противоречия разрывали на части. Из-за них любовь в моем сердце начала окрашиваться в черные цвета ненависти.
Я уже собиралась спать, когда дверь в спальню резко распахнулась, и передо мной предстал пьяный принц. Ричарда шатало, а в одной руке он продолжал держать недопитую бутылку. Со скрытым ужасом смотрела, как синие глаза принца хищно сужаются. В них был нездоровый блеск, который пугал и кричал об опасности. Ричард не скрывал своих намерений и увидев меня плотоядно улыбнулся.
— Что не ждала?
Надо было бежать, но некуда. Страх буквально парализовал, и я наблюдала за тем, как Ричард бросил бутылку на пол. Красное вино медленно расползалось, окрашивая ковер в цвет крови. Не могла оторвать взгляд от этой картины, когда принц подошел и, схватив меня за волосы, пристально посмотрел в глаза. Я молчала. Понимала, что надо перестать бояться, спрятать свой страх под маску и не давать Ричарду повода приступить к активным действиям. Не знаю, откуда взялись силы. Наверно не хотела быть жертвой. Моя жизнь только в моих руках. Надо бороться. Я Саттэр, а Саттэры никогда не сдаются.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Молчишь? — принц больно тянет за волосы, и чтобы не закричать до крови кусаю щеку изнутри. — Думала не узнаю, перед кем ты раздвинула ноги? Непорочная Анна. Ха. Твой любовничек сбежал. Оставил тебя. Развлекся, получил желаемое.
Ричард тяжело дышит и криво улыбается. Его слова ранят в самое сердце, но я держусь. Липкий страх бежит по позвоночнику. Никто не спасет меня. Эта мысль почему-то заставляет успокоиться, и лицо принимает отстраненное выражение. Вот так, Анна. Не показывай ему свои настоящие эмоции.
