свадьбе, Хелли?
– Да. Волей-неволей задумаешься, когда обручена.
– И как ты себе это представляешь?
Хелена посмотрела на мать.
– Чего бы мне действительно хотелось – но только если тебя это абсолютно устраивает…
– Да?
Хелена знала, что мать знала, что она собирается сказать.
– Я бы хотела, чтобы свадьба была здесь – в павильоне в саду. Простая, без особой помпы, с цветами в банках из-под джема и гирляндами на деревьях.
– Звучит прекрасно! И я была бы рада принять вас здесь. Я бы обиделась, если бы вы захотели праздновать ее в другом месте, но дело в том, что сад маловат.
– Я уверена, что места хватит. Джаго мало с кем из родственников поддерживает отношения, а друзей у него не так много. – Она помолчала. – Хотя, возможно, он захочет восстановить старые отношения, теперь, когда скандал и все с ним связанное уже позади.
– А что его родители? Как они восприняли всю эту историю?
– Его отец встал на сторону брата, того самого подлеца-дяди, поэтому они с Джаго не общаются. Мать, по-моему, живет в Австралии. Она постаралась отстраниться от всего. Еще есть сестра. Она довольно властная, насколько я понимаю, но они близки.
– Бедняга Джаго. И все же он, кажется, справляется без родителей.
Она снова задумалась, и Хелена поняла, что мысли матери заняты Мартином.
Хелена снова вернулась к разговору о свадьбе.
– Только готовить свадебный стол ты не будешь. Даже сладкое. Я хочу, чтобы на нашей свадьбе ты – вы с Уильямом – праздновали, а не работали.
– О, моя дорогая, как это мило с твоей стороны. – Джилли едва не расплакалась. Что было причиной ее слезливости – традиционное «моя малышка выходит замуж» или же переживания из-за сына, – Хелена не могла сказать. – Но разве вам удастся ограничить количество приглашенных до пятидесяти человек? Именно на столько гостей рассчитан наш завтрашний прием. Нам пришлось сократить список гостей, хотя осталось немало тех, кого мы хотели бы пригласить.
– Но вы, вероятно, приглашаете всех друзей и родных Уильяма, которых не будет на нашей свадьбе.
– Это верно, – согласилась Джилли. – Но у меня много двоюродных братьев и сестер – этих людей я знаю и люблю.
Хелена кивнула. Это большое семейство принимало горячее участие в делах Джилли и поддерживало ее во время развода. Очевидно, что мать хотела включить их в список гостей. Но до свадьбы еще было далековато, и думать о том, кого приглашать, – несколько преждевременно.
– Жаль, что пришлось продать фруктовый сад и участок под застройку, – сказала Джилли.
– Но ведь все обернулось неплохо, разве нет?
Сад отошел к соседям, которые отпускали туда на выпас пони своих детишек.
– Да, но на днях я встретила на фермерском рынке Наташу, и она сказала, что сын ненадолго заедет домой и хочет поставить там юрты и организовать глэмпинг[19].
– О! – Хелена попыталась представить вид на юрты из окна своей старой спальни.
– Судя по всему, некоторые деревья уже довольно старые, поэтому он хочет их срубить, чтобы освободить место для юрт. Говоря об этом, Наташа смутилась и спросила, не помешает ли глэмпинг моему гостиничному бизнесу.
– И что ты сказала?
– Ничего, ее в тот момент обслуживали. Но не думаю, что моим клиентам придется по душе идея спать в юрте. – Джилли помолчала. – Но жаловаться ведь не будешь, верно? Юрты – это не фундаментальные сооружения. Вряд ли для них нужно разрешение на строительство.
Хелена решила выяснить. Джаго должен был быть в курсе.
– И какой пудинг на очереди? – спросила она.
– Можешь размельчить орехи для брауни?
– Конечно, но ведь можно взять другой рецепт – без орехов. Возни будет меньше.
– Я думаю, что надежнее следовать рецепту, который я знаю лучше всего.
Тут Хелена вспомнила – мать готовила брауни, чтобы отправить Мартину в университет. Он любил их. Сначала она измельчала орехи в молчании, а потом предложила включить музыку. Между ними так много осталось недосказано, что было нелишним заполнить тишину.
После обеда они пошли посмотреть на павильон.
– Он выглядит потрясающе! – сказала Хелена. – Такой большой! Разумеется, тут запросто можно сыграть свадьбу.
Джилли покачала головой.
– Поверь мне на слово, он рассчитан максимум на пятьдесят человек. Если вы хотите собрать всех родственников и друзей, значит, вам нужно что-то более вместительное.
– А павильон побольше здесь не поместится?
– Едва ли.
Хелена вздохнула.
– Ну, пока рано переживать из-за моей свадьбы.
– Это верно, – согласилась Джилли. – Но в павильон определенно требуются цветы. Думаю, нужно несколько больших композиций, и завтра я расставлю на столах букеты. Давай займемся этим.
Когда они срезали цветы, предназначенные для больших каменных вазонов, Джилли сказала:
– А ты помнишь, как мы с другими родителями украшали школьный зал к вашему спектаклю и превратили его в летнюю беседку?
– О да! Мы ставили укороченную версию «Сна в летнюю ночь» – я была Титанией, потому что у меня были самые длинные волосы.
– Ты выглядела прелестно!
– И зал тоже.
– Тогда мы опустошили практически все сады в деревне – оборвали все цветы, отламывали целые ветки. – Джилли улыбнулась, с нежностью вспоминая дни своей молодости. – Конечно, тогда у нас был фруктовый сад, так что мне было что обрывать, и все равно зелени не хватало, поэтому группа мам совершила набег на церковный двор! Мы с ужасом ожидали, что нас поймают с поличным и отчитают. Но в итоге получилось очаровательно.
– Где-то есть фотографии. Я помню.
– После спектакля мы отнесли цветы в церковь, чтобы работа не пропала даром, и потому что нам было стыдно, так как мы оборвали весь кладбищенский плющ. Я переживала, как потом на Рождество мы будем украшать церковь без него. Но он заново вырос, а еще на кладбище всегда был чудесный остролист.
Джилли замолчала.
– Ладно, мама, – сказала Хелена, считая, что воспоминания слегка затянулись. – Давай здесь закончим. Я хочу посмотреть, что ты завтра наденешь. Ты купила шляпку? Или платье?
– Я ничего не покупала. У меня много одежды.
– Мама! Твой новый возлюбленный дает эту вечеринку, чтобы познакомить тебя со своей семьей и чтобы наша семья познакомилась с ним – и ты не купила себе обновку? – Она взглянула на часы. – Сейчас уже слишком поздно!
– Всегда можно заскочить в супермаркет и что-нибудь прикупить там.
Хелена фыркнула и покачала головой, а потом обняла мать и повела ее в дом.
– В этом ты прекрасно выглядишь, – сказала Хелена, доставая платье, которое подчеркивало цвет глаз Джилли.
– Да, но я надевала его, когда встречалась с Лео. Оно напоминает мне о нем. Придется с ним попрощаться.
– Какая жалость. – Но Хелена отнеслась
