Оскар продолжал видеться с матерью дважды в неделю, звонить ей в остальные дни и также звонить Дол по субботам. Будучи чутким человеком, она не упоминала о суде. Оскар ходил на арт-терапию по средам, в спортзал по субботам, и, несмотря на то что шалил в школе, ему по-прежнему было разрешено ходить на плавание, хотя я все-таки запретила ему смотреть телевизор в один вечер, когда он наорал на миссис Уильямс.
Судебное заседание первоначально должно было продолжаться четыре дня, но, так как Роксана больше не боролась за возвращение опеки над Оскаром, его сократили до двух. Заседание состоялось в понедельник и вторник второй недели октября, и в среду утром судья должен был вынести решение.
Роксана взяла выходной на работе, чтобы прийти на слушание, и контакт во вторник был отменен. Я отвела Оскара в школу утром в среду, как обычно, и принялась мучительно ждать известий из суда. В полдень позвонил Эндрю. «Суд согласился, чтобы Оскар жил со своими тетей и дядей», – сказал он.
Я не была удивлена. Что меня шокировало, так это временные рамки. Я предполагала, что все оценки и организация переезда займут месяцы, и на Рождество и часть следующего года Оскар будет с нами. Однако Эндрю сказал, что он планирует, что Оскар переедет в ноябре. Ускорить все процессы помогло то, что Дол и Иван уже хорошо себя показали, ухаживая за Лукой. Была подана заявка на проверку в полиции, в местной школе нашлось место для Оскара, у него уже был паспорт, и Эндрю поддерживал связь с тамошними детскими службами.
– О, – сказала я.
– Я приду к вам сегодня днем в пять часов, чтобы сообщить Оскару о решении суда и о том, когда он переезжает.
* * *
Я знала, что социальные работники любят сами приносить детям важные новости, так что, когда я забрала Оскара из школы в тот день, я скрыла свои чувства по поводу нашего будущего расставания и просто сказала:
– Эндрю придет к нам в пять часов.
– Опять, – проворчал Оскар. – Я хочу поиграть.
– Ты можешь поиграть до того, как он придет, – сказала я.
– У меня есть домашняя работа.
– Хорошо. Мы сначала сделаем домашнюю работу.
– Нет, я хочу поиграть.
Я никак не отреагировала на его грубость и просто продолжила идти к моей машине. Я понимала, почему он так себя ведет.
– Ты тихая, – заметил он спустя несколько минут, пока мы ехали домой.
– Да? – спросила я, бросая на него взгляд в зеркало заднего вида.
– Да. Ты не такая, как обычно. Обычно ты много разговариваешь, – сказал он с нахальной ухмылкой. Я вернула ему улыбку в зеркале.
Он так далеко продвинулся с тех пор, как впервые появился: молчаливый, замкнутый и напуганный. Теперь у него был характер, личность, с симпатиями и антипатиями, и восхитительное нахальство шестилетнего мальчишки.
Мы стали очень близки за то время, что провели вместе, и я знала, что буду ужасно скучать по нему, хотя я на самом деле считала, что отправить его жить с братом, тетей и дядей было верным решением.
Когда мы приехали домой, я приготовила Оскару попить и поесть и затем помогла ему с домашней работой.
– Миссис Уильямс сказала, что я сегодня хорошо проявил себя, – сказал он мне, пока мы работали.
– Прекрасно, – сказала я. – Ты молодец. Я рада.
– Миссис Уильямс тоже рада. Она все время говорила, что довольна мной, а потом дала мне дополнительное золотое время. Лео сказал, что это нечестно, так как он всегда хорошо себя ведет, но не получает дополнительного золотого времени.
Закончив делать домашнюю работу, Оскар пошел в гостиную играть, а я принялась готовить ужин, чтобы мы могли поесть, когда Эндрю уйдет. Пришла Паула, и я сказала ей, что скоро появится Эндрю и что решение суда уже есть.
– О, так Оскар точно уезжает?
– Да, боюсь, что так.
Можно предположить, что после долгих лет работы временным приемным родителем человек привыкает к тому, что дети уходят, но это все равно больно. Я бы сравнила это с небольшой утратой.
– Я думаю, так лучше для него, – мужественно сказала Паула и пошла играть с Оскаром.
Эндрю пришел в половине шестого, и к тому времени Паула была в своей спальне, а Оскар смотрел телевизор.
– Простите за опоздание, – сказал Эндрю, входя. – У нас было срочное дело. Я ненадолго.
Я провела его через холл в гостиную.
– Привет, Оскар, – весело сказал Эндрю. Я выключила телевизор.
– Эй, я смотрел! – рявкнул Оскар.
– Я включу его снова, когда Эндрю уйдет, – ответила я.
– Мне нужно сообщить тебе кое-что важное, – сказал Эндрю и сел в мягкое кресло, чтобы оказаться напротив Оскара. Я предположила, что он хотел, чтобы я тоже осталась в комнате, так что я опустилась на диван.
– Что это? – спросил Оскар резко, раздраженный тем, что не может смотреть телевизор. Я нахмурилась, давая ему понять, что я недовольна.
– Сегодня я ходил в суд, чтобы увидеться с судьей и узнать о том, где ты должен будешь жить, – начал Эндрю. Теперь Оскар слушал его очень внимательно. Он смотрел на Эндрю расширившимися глазами. – Судья много думал об этом и решил, что ты можешь жить с Лукой, твоими тетей, дядей и двоюродными сестрами.
Я смотрела на то, как на лице Оскара сменяются эмоции: восторг, счастье, сомнения и печаль.
– Но я смогу видеть мамочку только на Рождество, – сказал он.
– Твоя мамочка сказала судье, что надеется, что сможет навещать тебя и Луку чаще, возможно, два или три раза в год. И разумеется, ты будешь также разговаривать с ней по телефону.
– Можно Кэти тоже будет звонить мне? – спросил Оскар, бросая на меня взгляд.
– Да, я уверен, что она продолжит с тобой общаться, – ответил Эндрю.
– Я продолжу, – сказала я.
– А Лео? – спросил Оскар.
Эндрю выглядел озадаченным.
– Это лучший друг Оскара, – напомнила я ему. – Мама Лео сказала, что она будет рада, если мальчики продолжат общаться.
– Хорошо, – сказал Эндрю, затем обратился к Оскару: – У тебя есть какие-то вопросы?
– Когда я уезжаю?
– Мы еще не знаем точной даты, но, вероятно, в середине или в конце ноября.
– Значит, через четыре или шесть недель, – сказала я Оскару.
Его лицо вновь сделалось серьезным.
– Через столько я должен уехать отсюда?
– Да, – сказала я. Слишком много информации для него.
– С сегодняшнего дня и до переезда ты будешь звонить своей тете чаще, – сказал Эндрю. – Кажется, сейчас ты звонишь ей раз в неделю. – Он посмотрел на меня.
– Да, по вечерам в субботу.
– Тогда я
