— Я и не хочу ничего добиваться. Просто пытаюсь все расставить на свои места и как-то выйти из этого невыносимого положения.
— Прекрасно. Именно это я и хотел услышать. Кенни обернулся к дежурному:
— Не ждите ее. Она остается.
— Кенни, да уймись же! Я уже извинилась, дала слово позвонить Далли, но ты запрещаешь. Чего же тебе еще? Что я могу сделать для тебя? Скажи, наконец, что тебе нужно.
Кенни упорно молчал.
— Так я и думала.
Ее «педагогический» взгляд ясно говорил, что у него нет ни малейшего шанса уговорить свою директрису.
— Прощай, Кенни.
Она отступила и повернулась к выходу.
— Немедленно вернись! Мы…
Раскаленная дрель неустанно сверлила его мозг.
— Мы немедленно летим в Лас-Вегас.
При этих словах оба окаменели. Эмма с таким недоумением взглянула на него, что Кенни еще больше разозлился.
— Вегас? Что ты несешь?
Дырка в мозгу с каждой секундой все больше расползалась.
— В Лас-Вегас. Это в Неваде.
— Я знаю, где он. Но зачем тебе туда?
— Мы сбегаем. Именно туда обычно отправляются парочки, которым нужно сбежать, — заявил Кенни.
— Сбежать? — Эмма, как в трансе, направилась к нему. Ну чисто зомби! — Хочешь сказать, чтобы пожениться?
Нет! Он вовсе не это имел в виду и боялся женитьбы как огня. Но проклятый дежурный пялился на него, как на ненормального, Эмма выглядела ожившим привидением, а чертов Тайгер снова напялил зеленую куртку чемпиона.
Беззастенчиво подслушивавшая сестрица завизжала и запрыгала, как сумасшедшая. Ну совсем как та девчонка-школьница, которой была не в столь отдаленном прошлом.
Кенни упрямо выпятил челюсть.
— Что-то имеешь против?
Эти янтарно-карие глаза изумленно таращились на него, а язык явно заплетался.
— Это… такой… глупости… я в жизни… К чему тебе жениться на мне?
Более уместного замечания она еще не изрекала, но Кенни не собирался в этом признаваться.
— И нечего указывать мне, чего я хочу и чего не хочу! Если ты моя невеста, это еще не значит, что я должен мириться с твоими вечными указаниями, капрал в юбке
— Мэм, боюсь, вам придется выяснять отношения в другом месте. Желаю удачи.
Дежурный решительно закрыл дверцу, а у Кенни голова закружилась от облегчения. Он даже не попытался разобраться в такой странной реакции. Знал только, что исполнение смертного приговора неожиданно отсрочили, если не отменили совсем.
— Свадьба! — продолжала вопить Тори откуда-то сзади. — О, Кенни, какое счастье! Ты и леди Эмма! Шелби просто умрет! О Господи! Значит ли это, что ты тоже получаешь титул? Как по-вашему, леди Эмма? Теперь он лорд Кенни?
Кенни бросил на Декса отчаянный взгляд.
— Если у тебя в душе есть хоть капля сострадания, убери ее отсюда!
Декс обнял Тори за талию.
— Думаю, мы не очень здесь нужны, дорогая, — шепнул он.
— Немедленно звоню Шелби! И Теду! Представляю, что сделается с Тедди Бодином! — Роясь в сумке в поисках сотового телефона, Тори подмигнула брату: — Я-то понимаю, почему ты ее выбрал, Кенни. Целуется она классно.
Все, кто стоял в эту минуту поблизости, дружно вытаращились на Эмму. Тори надменно подняла нос.
— Так оно и есть! — громко подтвердила она.
Глава 20
Буквально несколько минут ушло у Кенни для того, чтобы отловить одного из служащих аэропорта, назвать себя и отныне пользоваться режимом наибольшего благоприятствования. С ними обращались как с очень важными персонами. Игнорируя протесты Эммы, он заказал два билета в Лас-Вегас.
Ей следовало бы просто упереться, отказаться сдвинуться с места, но вместо этого она покорно шла рядом, боясь отстать от мистера Молния, и пыталась заодно разубедить его. Но Кенни отказывался слушать, отказывался подождать, пока вынесут ее багаж, и, не успев оглянуться, Эмма оказалась в самолете.
Неужели он серьезно воображает, будто она согласится выйти за него?! Да это просто немыслимо!
Но так соблазнительно…
И так нечестно. Неправильно.
— Кенни, нам нужно серьезно поговорить.
— Не о чем тут говорить. — Он надвинул бейсболку на глаза и развалился в кресле салона первого класса. — Ты погубила мою репутацию. Теперь придется ее спасать.
— Бред! Ради этого люди не женятся!
— Сама сказала, что Хью тебя выгнал и вышиб из собственного дома. Интересно, что ты собиралась делать?
— Найти другую работу и снять квартиру. Я не так уж беспомощна и не нуждаюсь в опекунах.
— Если не возражаешь, я хотел бы немного вздремнуть. Бессонная ночь, видишь ли…
— Возражаю. Решительно возражаю. Я… о, какая разница! Пока ты не захочешь разговаривать, я зря трачу силы и время.
Она посмотрела в окно, не переставая удивляться, каким образом за столь короткое время ее мир буквально перевернулся. Что за ужасный день! Она тоже почти глаз не сомкнула, а потом эта отвратительная встреча с Хью!
Что-то сказанное им терзало, не давало покоя, но она никак не могла сообразить, что именно. Попыталась было воскресить в памяти подробности разговора, но от этого стало еще хуже.
Кенни пошевелился и что-то пробормотал во сне.
Нужно во что бы то ни стало урезонить его, и как только он проснется, она сделает очередную попытку. И не важно, как бы трудно ей ни пришлось, Эмма просто обязана загладить причиненное ему зло. Но сначала нужно отговорить его от идеи насчет брака.
Женщина, сидевшая сзади, затеяла громкий спор со своим спутником с той минуты, как самолет оторвался от земли, и Эмма невольно вспомнила о Тори. Как беспардонно она обращается с Декстером! Конечно, Тори тоже нелегко приходится. Но несправедливо срывать боль и обиду на других.
Несправедливо? А что в этой жизни вообще справедливо?
Пока Эмма размышляла о сложностях жизни, Тори отперла дверь далласской квартиры Кенни и впустила Декстера. Она навешала ему лапши на уши относительно того, что хочет кое-что забрать, но на самом деле просто решила раз и навсегда выяснить отношения. А это куда лучше делать тут, чем в Уайнете.
В комнатах стояла духота, так что Тори пришлось включить кондиционер и только потом отправиться на кухню. Может, что-нибудь холодненькое, вроде пива, избавит ее от хандры.
Декс вцепился в музыкальный центр, но вместо того, чтобы сначала, как все нормальные люди, переворошить лазерные диски, вытащил из проигрывателя какую-то штуковину и принялся изучать ее. Черт бы его побрал! Весь день изображает сушеную воблу! По крайней мере с ней. Для Эммы он само воплощение дружелюбия и галантности. А когда уехали из аэропорта, совсем распоясался. Смотрит будто сквозь Тори, и что бы она ни делала, не смогла добиться его внимания. А что только она не выкидывала! Критиковала его манеру водить машину, издевалась над способом выражаться, твердила, что он мог бы сделать лучшую стрижку даже у собачьего парикмахера, но Декс и ухом не повел. Только становился все молчаливее, словно она совершенно его не занимала.
