В преамбуле директивы говорилось, что подготовка к проведению блицкрига против СССР проводилась на случай изменения его отношения к Германии[75]. Для быстрой и решительной победы над Красной Армией было необходимо вбить бронированные клинья далеко в глубь советской территории, чтобы уничтожить ее главные силы и не дать им возможности отойти. Предполагалось, что русские могут попытаться остановить германское наступление, заняв заранее подготовленные позиции на новой и старой границе, а также удерживая многочисленные водные преграды к западу от Западной Двины и Днепра. Сильное сопротивление ожидалось в Прибалтике и на Черноморском побережье для защиты расположенных там военно-морских баз и аэродромов. В случае неудачи в этих сражениях последующими рубежами обороны русских могли стать реки Западная Двина и Днепр. В директиве были определены задачи группам армий.
Группа армии «Юг» должна была сформировать две основные ударные группировки: одну — на реке Прут в Румынии, а другую — в районе Люблин-Ярослав. Этим силам ставилась задача наступать по сходящимся направлениям с целью окружить русские войска на территории Западной Украины. Особое внимание обращалось на Киев, который был не только центром крупнейшего советского военного округа, но и важным транспортным узлом. После его взятия дальнейшее наступление ГА «Юг» должно было координироваться с действиями ГА «Центр».
С юга через Кировоград к Днепру должна была наступать 12-я армия, состоявшая из немецких и румынских дивизий. Ей планировали подчинить моторизованный корпус из двух танковых и одной моторизованной дивизии. Северная ударная группировка, районом сбора которой был Люблин, состояла из 6-й армии и 1-я танковой группы (ТГр). Эти силы должны были выполнить наиболее важную и трудную задачу ГА «Юг›: прорваться к Киеву и захватить плацдармы на восточном берегу Днепра, после чего повернуть на юго-восток и соединиться с 12-й армией, завершив окружение войск противника. Кроме того, на них возлагалась задача прикрывать северный фланг группы армий со стороны Припятских болот. Перед 6-й армией ставилась задача следовать за 1-й ТГр на Киев с максимальной скоростью в готовности выделить достаточные силы для маневра на юго-восток. Между ударными группировками располагалась 17-я армия, не имевшая в своем составе подвижных соединений. Она имела задачу сковать центр русских и не дать им возможности избежать окружения.
Группа армий «Центр» сосредоточивала свои основные силы на флангах. Южная группировка в составе 4-й армии и 2-й ТГр должна была наступать вдоль магистрали Барановичи-Минск-Орша. Северная группировка в составе 9-й армии и 3-й ТГр наступала от Сувалки к Молодечно и далее на Оршу. Целью их операции было окружение и полное уничтожение сил Красной Армии, расположенных в Белостокском выступе между западной границей и Минском. В дальнейшем 4-я армия должна была наступать вслед за 2-й ТГр через Бобруйск и Борисов на Могилев и далее на север. 9-я армия, используя успехи 3-й ТГр, выходила к Западной Двине в районе Полоцка и выше его по течению.
Группа армий «Север» готовилась ударом из Восточной Пруссии через Каунас и Даугавпилс в направлении южнее Пскова отрезать советские войска в Литве, Латвии и Эстонии и прижать их к Балтийскому морю, а также захватить плацдарм в районе озера Ильмень с целью создать благоприятные условия для дальнейшего наступления на Ленинград. Первоначальной задачей 4-й ТГр ставилось: во взаимодействии с 16-й армией прорвать советские приграничные укрепления в районе магистрали Гумбинен-Каунас и форсировать Западную Двину у Даугавпилса и ниже по течению, чтобы как можно быстрее выйти в район южнее Пскова. В дальнейшем продвигаться на север или северо-восток, в зависимости от сложившейся ситуации. 18-я армия должна была прорвать советскую оборону у границы, форсировать Западную Двину у Екабпилса и уничтожить силы Красной Армии, окруженные к северо-западу от Риги. В дальнейшем ей следовало быстро продвигаться к Пскову, чтобы воспретить отход советских войск из района юго-западнее Чудского озера и создать условия для овладения Эстонией и островами Сааремаа и Хийумаа.
Финляндия должна была координировать свои действия с ОКХ. Ее войска могли наступать по их выбору восточнее или западнее Ладожского озера, но согласовывать свое продвижение с переправой сил ГА «Север» через Западную Двину.
Перед немецкой армией «Норвегия» ставились задачи:
А) Защитить Норвегию от любых попыток англичан высадиться в ней. Особенное внимание уделить обороне района Киркенес-Нарвик.
Б) Овладеть районом Петсамо с его никеледобывающими шахтами и оказывать давление в мурманском направлении, чтобы захватить этот порт, как только положение на фронте позволит высвободить достаточное количество сил для выполнения этого задания.
2 февраля Гитлер принял фельдмаршала фон Бока, командующего ГА «Центр», и обсудил с ним будущую операцию. Бок не сомневался в победе, если русские решат принять сражение на территории, прилегающей к границе. Но он не понимал, как можно заставить их капитулировать. Гитлер уверил своего военачальника, что после потери Украины, Москвы и Ленинграда у них просто не останется другого выхода. Но в случае, если русские захотят продолжать сопротивление, германские подвижные войска дойдут до самого Урала. Фюрер выразил свое полное удовлетворение состоянием войск и уровнем, достигнутым военной экономикой. Он отверг любую возможность улаживания назревающего конфликта и возбужденно воскликнул: «Я буду сражаться!» Вот только сражаться пришлось не ему, а другим…
На следующий день состоялось очередное совещание с участием Гитлера, посвященное кампании на Балканах и оперативному планированию на Востоке. Выступивший на нем Гальдер оценил силы Красной Армии, которые будут противостоять германскому вторжению, в 100 стрелковых и 25 кавалерийских дивизий, а также 30 мотомеханизированных бригад[76] [428]. Советские стрелковые дивизии того времени имели в своем штате танковые батальоны, но качество их танков немцы считали низким. По этой же причине они полагали, что, хотя советские танковые войска имели заметное численное преимущество над германскими, качественное превосходство все равно оставалось за немцами. Артиллерию РККА они считали многочисленной, но Не слишком эффективной, с устарелой матчастью. Среди высших советских военачальников высокой оценки немцев удостоился только маршал Тимошенко. Несмотря на отсутствие достоверных сведений о советских военных планах, Гальдер сделал вывод, что, судя по сосредоточению крупных сил недалеко от границы и интенсивному строительству укреплений, особенно на севере и юге, Красная Армия серьезно готовилась удерживать Прибалтику и Украину.
Доложил Гальдер и о германских силах, предназначенных для наступления. В состав групп армий «Центр» и «Север» планировалось включить 72 дивизии, из них 50 пехотных, девять моторизованных и 13 танковых. В ГА «Юг» предполагалось иметь 38 дивизий, из них 30 пехотных, три моторизованных и пять танковых. Основные резервы располагались к северу от Припятских болот. Шесть танковых дивизий, задействованных тогда на Балканах, намечалось перебросить на восток, как только позволит тамошняя ситуация и прояснится позиция Турции. В этом месте Гитлер вмешался и выразил уверенность, что Турция не пошевелит и пальцем, поэтому в специальных мерах предосторожности нет необходимости. Что же касалось планов, представленных Галь-дером, фюрер изъявил свое полное удовлетворение ими. Он считал, что русские не уступят Ленинград и Украину без боя, но если они все же разгадают намерения немцев и отойдут далеко назад, то Ленинград и Прибалтика должны были быть захвачены в первую очередь. Это существенно улучшало ситуацию со снабжением и позволяло фланговыми ударами глубоко охватить центр русских и не дать им ускользнуть в глубь страны.
Гальдер продолжил свой доклад описанием планов действий армии «Норвегия». Полторы ее дивизии должны были наступать на Петсамо, а другие полторы планировалось перебросить в северную Финляндию через Швецию. Задачей этих сил было прикрытие севера Финляндии и изоляция сил русских в районе Мурманска. Финны могли выделить четыре корпуса для действий в южной части своей страны: пять дивизий должны были наступать в направлении на Ленинград, три — на Онежское озеро и две — на Ханко. При этом они нуждались в немецкой поддержке, поскольку на южном участке им противостояли 15 советских дивизий и еще одна — у Мурманска.
После того, как Гитлер отметил, что быстрое наступление из Румынии жизненно важно для безопасности районов нефтедобычи, Гальдер поднял вопрос о Венгрии. Он считал необходимым использовать хотя бы ее территорию, даже если эта страна не желает принять активное участие в войне. Гитлер полагал, что с Венгрией можно будет договориться. Но время начать переговоры о сотрудничестве как с ней, так и с Финляндией, Швецией и Словакией должно было наступить только после того, как намерения Германии начать войну уже невозможно будет скрывать. Немецкие планы могли быть раскрыты только руководству Румынии, чье участие в будущей кампании уже не вызывало никаких сомнений. Еще в январе 1941 г. Гитлер намекнул ее правителю Антонеску, что война с СССР неизбежна, а 9 или 10 июня немецкий посол в Румынии Киллингер сообщил тому точный срок нападения [430]. Для всего остального мира сосредоточение вермахта на востоке должно было интерпретироваться как широкомасштабная уловка перед последними приготовлениями к высадке в Англии.
