и снова творить зло. Некогда впустившая ее Жрица все еще пытается сопротивляться, но ее силы уже на исходе, я буквально чувствую ее отчаяние.
– Что верно, то верно, – согласился Шимаэл. – Ведь именно после того, как Ей стали доступны межзвездные перелеты, Госпожа окончательно перестала испытывать всяческое стеснение в выборе средств и методов, взяв на вооружение такие грязные приемы, как соблазнение влиятельных политиков или, напротив, их компрометацию порочащими связями.
– Только не напоминай, ладно? – недовольно поморщилась Дэлери. – Мне и без того тошно.
– Соблазнение?! – Лайс выглядел откроено растерянным.
Шимаэл, предчувствуя очередную порцию откровений, воздел глаза к потолку. Он был бы рад зажать еще и уши, но это выглядело бы совсем уж невежливо. Жрица тяжело вздохнула.
– Большая политика – грязная штука, Лайс, – пояснила она. – И иногда заветная цель оправдывает любые средства. Даже самые низменные и порочные.
– Как в случае со мной, да?
В камбузе повисла угрожающая звенящая тишина.
– Не стану врать, – осторожно заговорила Дэлери, – каких-то особо жарких чувств я к тебе никогда не испытывала. Хотя черты Лиры, проскакивавшие в твоем поведении время от времени, меня определенно привлекали…
– То есть я для вас – что-то вроде гомункула?! Вы видите во мне лишь отражение своей давней подруги?!
– Больше, чем подруги… впрочем, неважно, – женщина устало провела ладонями по лицу и вновь нацелила свой жесткий взгляд на Лайса. – Но так и ты получил немало, не правда ли? Разве плохо – раскидать в стороны всех соперников и конкурентов, утвердившись на самой вершине иерархии? Сколько бы отдали другие выпускники за одну лишь возможность мимолетно прикоснуться к моему телу?! Но ты же смог пробиться в мою спальню, в постель к самой Верховной и неоднократно поиметь ее в самых разных позах – и тебе этого недостаточно?!
– Я… – парень потупился, густо покрасневший и охваченный растерянностью и смятением.
– Пойми, Лайсиндор, – Дэлери подалась вперед, и ее хриплый голос зазвучал тихо и вкрадчиво, – наша жизнь состоит из таких вот мгновений, и мы можем либо бережно и благодарно хранить их в своей памяти, либо вечно злиться, что они не соответствуют нашим представлениям о совершенном идеале. Выбор за тобой.
– Я… Простите меня, госпожа! – пробормотал Лайс, внезапно осознавший, что щедрая награда для одного вполне может одновременно являться тяжелой и неблагодарной работой для другого.
– И ты прости меня, Лайсиндор, хотя… – Жрица усмехнулась уголком рта, – если честно, то была одна из лучших ночей в моей жизни.
– О, боги! – Шимаэл снова запрокинул голову и вперил полный страдания взгляд в низкий потолок.
– Ну что ты как маленький, Шим?! – простонала Дэлери. – Хватит уже строить из себя невинную девицу! Ты же всегда прекрасно знал, как все устроено и работает, к чему теперь эти показные кривляния?
– Да, но… – пилот тяжко вздохнул. – Я, наверное никогда не смогу привыкнуть к тому, как некоторые чувствительные области человеческих отношений бездушно расчленяют и препарируют, словно труп в анатомичке.
– Это называется старость, Шим, – рассмеялась Дэлери, – но ладно, согласна, давайте сменим тему.
– Да уж, неплохо бы, – буркнул Лайс. – Мы же до сих пор не определились, что делать дальше.
– Ну, для начала я был бы не прочь принять нормальный душ, чтобы вымыть песок, который мне во все щели набился, – развел руками пилот, – а еще неплохо бы как следует выспаться…
– Всецело одобряю! – кивнула Жрица. – Да и Игорю пора новые инструкции выдать.
* * *
Грохот барабанов грядущей войны привел в движение тысячи и миллионы людей, заставив их сменить привычные обжитые места и мягкие кресла кабинетов на тесные каюты кораблей и противоперегрузочные ложементы.
Свое новое назначение на роль куратора одного из секторов галактической обороны Сьюзен восприняла спокойно, как должное. Служители Сиарны не обсуждают полученные от своей Госпожи указания, а послушно исполняют их с максимальным усердием и тщательностью. Война – значит война.
Несмотря на прошедшие столетия, нынешним Жрицам Сиарны, точно так же, как и их предшественницам, не требовались долгие сборы или пышные проводы. Получив новое назначение, они отправлялись в путь, взяв с собой только самое необходимое, умещавшееся в небольшую дорожную сумку. Раздав последние указания работавшим с ней послушницам, Сью отправилась в космопорт, где ее уже поджидал небольшой дипломатический шаттл, способный максимально быстро доставить ее к новому месту несения службы.
В соответствии с высоким статусом ей полагалась свита из нескольких помощников, но сегодня, в момент максимального напряжения сил, на счету был каждый человек, и юная Жрица предпочла одиночный рейс, благо маршрут не сулил каких-то неожиданностей, а автоматические системы пилотирования уже давно справлялись с такими задачами едва ли не лучше живого пилота. Ведь когда-то давно одинокие всадницы, закутанные в плотные черные плащи, несли людям свет Сиарны, не отступая перед трудностями и не нуждаясь в посторонней помощи. И нынешнее поколение не хотело ударить в грязь лицом перед памятью своих отважных предшественниц.
Сдержанно поблагодарив готовивших корабль техников, Сьюзен поднялась на борт и заняла свое место в пассажирском салоне, который, несмотря на компактность (всего четыре кресла и шкаф для багажа), не признавал даже малейших компромиссов в вопросах отделки и комфорта. Впрочем, Жрицу подобные бытовые вопросы волновали мало; она уже всецело сосредоточилась на предстоящей непростой работе и доклад о готовности шаттла к старту встретила сухим коротким кивком.
Натужно загудели двигатели, по корпусу пробежала короткая дрожь, однако в салоне ход полета ощущался только через картинку на мониторе, где одинокая красная бусинка ползла по голубой леске траектории.
До первого прыжка оставалось менее минуты, когда Сьюзен, расстегнув ремни, перешла в пустующую кабину управления и уселась в куда менее гостеприимное кресло пилота. Ее пальцы пробежали по панелям управления, остановив выполнение маршрутной программы.
Уже через несколько секунд на панели связи вспыхнули тревожные сигналы вызова от диспетчерских служб, обеспокоенных сходом шаттла с заданной траектории, но девочка их проигнорировала.
Она прикрыла глаза, выуживая из бездн памяти недавние рапорты разведки, после чего подалась вперед и ввела в бортовой навигатор новые координаты. Челнок послушно развернулся, наводясь на новую цель, а затем
