плюнула огнём, но из пасти вырвался только густой дым.
Куркуш радостно взревел и кинулся ко мне, перед этим кинув в мёртвого Зория заклинанием «Живая плоть». Покойник задёргался, довольно-таки шустро поднялся на ноги и зашагал в мою сторону, воинственно задрав руку с ножом. Похоже, светлый жрец во все свои заклятья добавлял кровавый порошок. Светлый гений. Мерзавец!
Хуже того, я вдруг поняла, почему заклинание Жизни всё-таки немного, но работает в мою сторону. Куркуш принялся тянуть силу из всех своих собратьев, которые находились в разных концах нашей Грани, ожидая самого важного момента – разрешения войти в портал.
Потянув на себя тёмную нить, которая образовалась между мной и старейшим светлым, я могла как будто наблюдать со стороны гибель соотечественников Куркуша. Один за другим они падали на колени, кашляя и харкая тёмной кровью. Кто-то поумнее принимался тянуть жизнь из жриц, что по-прежнему танцевали свой жуткий танец, поддерживая порталы в открытом виде.
– Я… могу… воскресить… Слово… даю… – прохрипел Куркуш, вытягивая руку, чтобы наградить меня очередным проклятьем.
Зорий к этому моменту уже осыпался трухой к ногам своего покровителя. Мёртвая плоть пала первой, едва светлый начал качать энергию для себя, любимого.
– Ве… дь… ма… – просипел жрец. – Кля… нусь… хаосом…
«Так вот кому он служит», – мелькнула мысль.
Я сделал свой выбор. Не оглядываясь на тело Дрейка, сделала последний рывок и зашвырнула Куркуша в портал. Именно туда, куда светлый безумный жрец так стремился.
Удар когтя, взмах лапы и серебряные кровавые капли пульсирующими камушками стремительно влетели вслед за жрецом, который цеплялся с помощью магических нитей за Врата, не желая уходить из моей Грани.
Но Куркуш жестоко ошибался, думая, что на этом я остановлюсь. Выкинуть его за пределы нашей Грани – полдела. Этот светлый гений рано или поздно вернётся, чтобы отомстить. Неизвестно, куда его закинет портал вместе с соратниками.
Убивать я не хотела, даже во имя праведной мести, имея полное на то право. Перед глазами мелькнули одобряющие лица родных и любимых. Я улыбнулась, видя, как шевелятся губ светлого мерзавца, умоляя меня остановиться, предлагая всё и даже больше. Покачала головой, печально улыбнулась и выдохнула:
– Не верю.
А следом произнесла своё Слово.
Глава 38
–Словом своим отворяю врата желания моего. Ключами лунными замыкаю слова мои. Да будет слово моё твёрже лунного камня. Слеп ты сердцем и слеп душой. Покуда не прозреешь, скитаться тебе в безбрежной тьме, меж Граней, минуя дороги-пути. Миры да закроются пред тобою. Судьба твоя – вечное странствие. Мимо света пройдёшь – не заметишь. Мимо голоса зовущего – не услышишь. Словами этими, силой призванной запечатываю твою душу между мирами и вселенными.
Слова давались мне с трудом, но иного выхода я не видела. Если отправить гениального светлого жреца, одного из старейших среди всего клана Сонцето, блуждать между дорог, оставив память, рано или поздно Куркуш отыщет способ войти в одну из Граней и снова примется интриговать и плести паутину мести. Нельзя оставить ему ни малейшего шанса на возвращение.
Безжалостный убийца. Светлый жрец выкачал жизненные силы из всех своих соратников, которые до последнего ожидали приказа шагнуть в порталы, чтобы вернуться туда, откуда пришли. Вместе с ними погибла часть послушниц и жриц, которые участвовали в безумном танце. Из них тоже выкачали все силы, опустошили магический источник.
Простить можно, забыть нельзя. Иначе история прошлого рано или поздно повторится. Светлые учили подставлять вторую щёку, смиряться с судьбой, не плыть против течения, верить в милость Светила, не размышлять, не сомневаться. Слепо верить и делать, что скажут.
Бабушка всегда говорила: на Луноликую надейся, но сама не плошай. Боги не любят тех, кто смиренно ожидает милостей, не закатав даже одного рукава.
И всё-таки я колебалась: уничтожать монстров легче. В моих руках сила, в его лапах – проклятье. Мы выходим на равный поединок, и битва зависит от моих охотничьих умений. Если я оплошаю – погибну.
Сейчас я чувствовала себя палачом. Но казнить или миловать существо – разве у меня есть такое право? Я не судья и тем более не божество. Оттого тянула, рассматривая Куркуша, надеясь на что-то. Жрец отчаянно цеплялся за нити, которые лопались одна за другой. Я вздохнула, желая смягчить собственные жестокие Слова, когда жрец раскрыл рот, и с губ его сорвалось Проклятье последней смерти. Чтобы уничтожить меня, Куркуш пожертвовал частью своей бессмертной души. Отдал часть её тому, кому, видимо, служил все эти годы. Или даже века.
И этот кто-то радостно принял чудовищный дар. Грани содрогнулись, я приготовилась погибнуть, потому как от этого заклятья моя магия не спасёт. Но зато сомнения исчезли, и я торопливо припечатала:
–Вечно ты будешь странствовать – закрываю тебе пути назад. Да будет так, да сбудется Слово моё, – я с печальной улыбкой смотрела на серебристую бабочку, что стремительно летела ко мне, желая не просто уничтожить последнюю лунную ведьму. Но лишить посмертия и возможности вернуться по лунному Мосту в одну из Граней, чтобы прожить следующую жизнь.
Куркуш пожертвовал большей частью своей души, чтобы выжечь дотла не только меня самоё, но и все побочные ветки нашего Рода. На долю секунды мы со светлым жрецом встретились взглядами. Я вздрогнула, увидев бездну ненависти и ярости в безумных глазах. Внезапно осознала себя в своём собственном теле. Как и когда я перестала быть драконом, не ведаю.
Улыбнулась, раскрыла губы, вскинула руки вверх, чтобы произнести последнее Слово моего заклятия.
–Слово моё сказано. Желаю! – выкрикнула я, не теряя ни минуты.
Одновременно с последней точкой в этом многовековом деле случились три вещи: крылатое насекомое с коротким хоботком, дрожащим от предвкушения, вдруг рассыпалось серебряными искрами в трёх шагах от меня.
Луноликая каким-то неведомым образом оказалась впереди меня, и отовсюду зазвучал её голос.
–Призрачный лунный блик проводником твоим станет. И каждый раз, когда в сердце твоём вспыхнет надежда, шёпот совершенного тобой зла уведёт в сторону. Желаю!
Слово громыхнуло.
–Желаю, – эхом повторила я, на последнем слоге осознав, что подтвердила своё заклинание.
Магия внутри портала вдруг полыхнула, раздался жуткий вой, по алтарному залу пронёсся ураганный ветер. Врата стремительно наполнились чернотой. Куркуш отчаянно завизжал. Лопнула последняя нить, арка на мгновение раздулась до неимоверных размеров, чтобы в ту же секунду схлопнуться до булавочной головки.
Оглушительная тишина обрушилась на всех, кто присутствовал в алтарном зале.
Чёрный камушек исчезнувшего портала мигнул и упал на божественную ладонь обсидиановой каплей. Луноликая
