то и в женские туфли; много раз он появлялся с позолоченной бородой, держа в руке молнию, или трезубец, или жезл — знаки богов. — или даже в облачении Венеры. Триумфальное одеяние он носил постоянно даже до своего похода, а иногда надевал панцирь Александра Великого, добытый из его гробницы» (Suet. Cal.,52); «он появлялся, изображая богов, объявляя себя то Юпитером, совершающим прелюбодеяние, то Либером, окруженным хороводом вакхантов» (Aur. Vict. De Caes., 111,9). Ср.: Philo. Leg., 77–80, 93–110.
243
Лукий Вителлий, консул 34 года, наместник Сирии в 35–39 годах, отец будущего императора Авла Вителлия. Тацит гак характеризует его: «… Об этом человеке в Риме ходила дурная слава и он оставил по себе позорную память, но провинциями он управлял с поистине древнею доблестью» (Тас. Ann.,VI.32), Светоний также называет Лукия Вителлия «человек честный и дельный» (Suet Vit.,2,4).
244
Имеется в виду поход Артабана II в Армению в 34 году, после смерти Зенона — Арташеса (Тас Ann.,VI.31).
245
Переговоры Артабана с Вителлием произошли весной 37 года, после прихода Калигулы к власти: парфянский царь «вышел на переговоры с консульским легатом и, перейдя через Евфрат, воздал почести римским орлам, значкам легионов и изображениям Цезарей» (Suet. Cal., 14,3). Светоний, однако, подчеркивает, что Артабан не предпринимал никаких враждебных действий, наоборот, стремился установить дружественные отношения с новым принцепсом. и ничего не говорит о выдаче заложников Возможно, Дион сообщает еще об одной, из других источников неизвестной стычке Вителлия с парфянами.
246
Речь, по всей видимости, идет о парфянском царе Вононе, свергнутом с престола в 12 г.: «Его доступность, ласковость и доброжелательность — добродетели, неведомые у парфян, — были, на их взгляд, не более, чем пороками; и поскольку все это было несходно с их нравами, они питали равную ненависть и к дурному, и к хорошему в нем» (Tac. Ann.,11,2).
247
Ту же характеристику Лукию Вителлию дают Светоний и Тацит: «Отличался он и удивительным искусством льстить Гая Цезаря он первый начал почитать как бога: вернувшись из Сирин, он, чтобы приблизиться к нему, окутал голову, подошел, отвернувшись, и простерся на полу» (Suet. Vit.,2,5); «он из страха перед Гаем Цезарем и из — за близости к Клавдию впал в гнуснейшее раболепие и слыл у потомков образцом омерзительнейшей льстивости, так что ранние заслуги его поблекли перед позднейшими подлостями и деяния его молодости запятнала постыдная старость» (Tac. Ann, VI.32).
248
Речь идет о знаменитом святилище Аполлона в Дидимах близ Милета. Страбон говорит о нем: «…Милетяне воздвигли храм, самый большой из всех храмов, который остался без крыши из — за своей величины; действительно, окружность священной ограды вмещает пространство целого поселка; внутри и вне священной ограды — великолепный парк» (Slrabo. XIV, 1,5). Гай Калигула достроил это сооружение (Suet. Cal.,21.1).
249
Cp. у Светония: «В Олимпии статуя Юпитера, которую он приказал разобрать и перевезти в Рим, разразилась вдруг таким раскатом хохота, что машины затряслись и работники разбежались» (Suet. Cal.,57,1).
Более рационалистическое изложение происшедшего находим у Иосифа Флавия: «Он даже распорядился перевезти в Рим статую почитаемого греками Зевса Олимпийского работы афинянина Фидия Впрочем, это его намерение не было приведено в исполнение, так как архитекторы сказали Манлпю Регулу, которому была поручена перевозка статуи, что изваяние сломается, если его вздумают сдвинуть с места. Говорят, что Манлнй по этой причине, а также потому, что во сне ему явились необыкновенные знамения, отказался от своего намерения и написал Гаю извинение, что не может выполнить его поручения» (Ios.,Ant. XIX, 1,1).
250
«Палатинский дворец он продолжил до самого Форума, а храм Кастора и Поллукса превратил в его прихожую, и часто стоял там между статуями близнецов, принимая божеские почести от посетителей» (Suet. Cal.,22,2).
251
«…Он посвятил своему божеству особый храм, назначил жрецов, установил изысканнейшие жертвы В храме он поставил свое изваяние в полный рост и облачил его в собст венные одежды. Должность главного жреца отправляли поочередно самые богатые граждане, соперничая из — за нее и торгуясь. Жертвами были павлины, фламинго, тетерева, цесарки, фазаны, — для каждого дня своя порода»(Suet. Cal.,22,3).
252
Слова из «Илиады»:
Вскрикнул к царю Одиссею великий Аякс Теламонид:
«Сын благородный Лаэртов, герой Одиссей многоумный.
Ты подними или я подыму; а решит Олимпиец».
(Ilias, XXIII, 722–724).
Согласно Сенеке Калигула обратился с этими словами к небу, когда гроза помешала ему досмотреть представление пантомимы (Seneca. De ira. I, 20).
253
«Налоги он собирал новые и небывалые — сначала через откупщиков, а затем, так как это было выгоднее, через преторианских центурионов и трибунов. Ни одна вещь, ни один человек не оставались без налога. За все съестное, что продавалось в городе, взималась твердая пошлина; со всякого судебного дела заранее взыскивалась сороковая часть спорной суммы, а кто откупался или договаривался без суда, тех наказывали; носильщики платили восьмую част ь дневного заработка; проститутки — цену одного сношения; и к этой статье было добавлено, что такому налогу подлежат и все, кто ранее занимался блудом или сводничеством, даже если они с тех пор вступили в законный брак» (Suet. Cal.,40). Следует отметить, что эти налоги не были изобретением Калигулы: в Египте они изымались со времен Птолемеев (в том числе налог на проституток, tjTCuptKov). Император просто частично распространил эту систему на Италию.
254
Подробнее об этом рассказывает Светоний: «А чтобы не упустить никакой наживы, он устроил на Палатине лупанар: в бесчисленных комнатах, украшенных и обставленных с блеском, достойным дворца, предлагали себя замужние женщины и свободнорожденные юноши, а по рынкам и базиликам были разосланы глашатаи, чтобы стар и млад шел искать наслаждений; посетителям предоставлялись деньги под проценты, и особые слуги записывали для общего сведения имена тех, кто умножает доходы Цезаря» (Suet. Cal..41.1).
255
«…Обуянный страстью почувствовать эти деньги на ощупь, он рассыпал огромные кучи монет по широкому полу и часто ходил по ним босыми ногами или катался по ним всем телом» (Suet Cal.42)
256
«Налоги такого
