Однако такое лирическое отступление меня испугало, и я поспешила его перебить:
– Так что же случилось в тот день, когда я пропала?
Росандо послушно кивнул и вернулся к заданной теме.
– Ты ушла раньше меня. Мне пришлось задержаться по делам службы. А когда я вернулся домой, тебя там не было. И обстановка оставалась точно такой, как перед нашим уходом, словно ты и не приходила. Я очень долго тебя искал. Но не нашел.
– То есть ты не знал, что меня посадили в тюрьму?
Да, можно было и промолчать, но я пошла на риск и специально задала этот вопрос в лоб, ради того, чтобы посмотреть на его реакцию.
– В тюрьму? – переспросил он с удивлением, как мне показалось, неискренним. Хотя он старался: глаза округлил и даже всплеснул руками. – Нет, что ты! Я даже не подозревал об этом.
Я не стала высказывать вслух свое недоверие, лишь молча смотрела в глаза. Что-то он темнит. И в чем же дело? Может, он самолично помог кому-то упрятать меня в Мигдаль? За деньги, из страха, или, к примеру, чтобы сойтись с какой-то своей любовницей? Впрочем, все может оказаться значительно безобиднее. Возможно, он подозревал, что именно со мной произошло, но его как следует запугали, недвусмысленно намекнув, что если не будет сидеть тише воды ниже травы, его труп как раз в той самой воде или траве и найдут. И теперь ему просто-напросто стыдно смотреть мне в глаза.
– Я обежал тогда все лазареты, – рассказывал между тем Росандо. – Был на опознании многих трупов. Говорил со знакомыми среди городских стражников, выяснял, вдруг кто-то что-то видел или слышал. Но тюрьма – нет, такое мне даже в голову не пришло. Ты никогда не совершала ничего незаконного. Даже в мелочах.
Я внимательно слушала, нахмурив брови. Надо же, какая я была правильная! Вот мне и урок: излишняя правильность до добра не доводит.
– Стало быть, ты немного поискал жену, не нашел и продолжил себе жить, как прежде, – впервые подал голос Андре. – Ну, пропала, значит, пропала.
Эти слова уязвили Росандо.
– Я ее искал! – воскликнул он, оправдываясь. – Но не нашел. Что еще я мог сделать?
– Даже и не знаю, – едко протянул Андре. – Например, рыть землю носом, пока не нашел бы?
Тут он, пожалуй что, был несправедлив. Если бы люди уровня альт Ратгора захотели, чтобы никто никогда не узнал, что со мной случилось, они бы справились с этой задачей. И даже муж так ничего бы и не узнал, сколько бы ни старался. Но правда и в том, что сам Андре на месте Росандо в случае надобности поставил бы на уши весь город.
– Значит, ты не знаешь, за что меня посадили? – спросила я, стремясь прервать этот не слишком конструктивный спор.
Росандо покачал головой так энергично, что мне в какой-то момент показалось, будто она вот-вот отвалится.
– Не имею представления, – сказал он, как мне показалось, честно.
Я покивала и задумалась, прикусив губу. Кажется, разговор пора было заканчивать. Мой мозг и без того был готов взорваться от заполнившей его информации. Наверное, Росандо следовало расспросить о миллионе вещей, да и выпускать его из поля зрения было неразумно. Но я испытывала жизненную необходимость хоть немного побыть одной и навести минимальный порядок в мыслях и эмоциях.
– Надеюсь, ты не обидишься, – осторожно сказала я, – но сейчас мне надо уйти. Прости, но уж слишком много всего я только что узнала. Ты должен меня понять.
– Я понимаю, – торопливо, хоть и не очень радостно кивнул он.
– Ты остановился в этой гостинице? – спросила я. Впрочем, это и так было очевидно, поэтому я сразу же задала следующий вопрос: – Как долго ты собираешься здесь пробыть?
– По меньшей мере до завтра, – ответил Росандо. – Но могу задержаться и дольше, столько, сколько понадобится.
– Хорошо. Тогда давай встретимся здесь же через два часа. Годится?
– Договорились! – охотно согласился он.
Мы с Андре встали из-за стола и покинули таверну.
Когда мы остались наедине, я коснулась пальцами его руки.
– Андре, мне действительно надо побыть одной. Не сердись. Я скоро приду.
И, так и не решившись взглянуть ему в глаза, развернулась и поспешила выйти на улицу. Дальнейшее направление выбрать было нетрудно: я просто обогнула здание и попала в сад. Здесь было тихо и относительно безлюдно. Почти спокойно.
Какое-то время я бесцельно бродила по тропинке, переходя от куста к кусту, небрежно касаясь пальцами бутонов и шершавых листьев. Наверное, подсознательно надеялась, что хоть что-нибудь вспомню, и эти воспоминания помогут мне разобраться, как быть дальше. Увы. Имя «Росандо», по-прежнему ничего мне не говорило, равно как и «Кейра». Как и все остальное, о чем упоминал в своем рассказе мой появившийся из ниоткуда супруг. Королевский дворец. Дом в столице. Секретари, маги, министры, помощники. Ничего не помню.
Я отдернула руку, внезапно осознав, что крепко сжимаю несчастный бутон в кулаке. Ладно, раз воспоминаний нет, придется разбираться без них. И наиболее насущный вопрос – как быть с моим новым – вернее, старым – семейным положением. Я вызвала перед своим мысленным взором образ Росандо и почти брезгливо передернула плечами. Ничего не понимаю. Да нет, не то чтобы в нем было что-то особенно отталкивающее, парень, как парень. Но чтобы я вышла за него замуж?! Пусть раньше, пусть тогда, когда у меня были прежние воспоминания. И все равно. Он совершенно не в моем вкусе, ни внешне, ни по манере поведения. Или мой вкус настолько изменился? Если так, то, кажется, в лучшую сторону. Во всяком случае одно несомненно: я ни за что не променяю на этого парня Андре. И мне плевать, пусть я буду тысячу раз замужем. Правильность и законопослушность остались для меня в далеком прошлом. Как там сказал Андре? Нам ли с ним соблюдать правила? Ну что ж. Вот вам и ответ.
Почувствовав себя лучше, я зашагала обратно в гостиницу. Вопросов все еще оставалось предостаточно, но их можно было обсудить с Андре, и вместе найти решение.
Преодолев шесть лестничных пролетов, оказалась, наконец-то, на третьем этаже. Да, высоко мы забрались. Даже не представляю, как бедняга слуга затаскивал сюда наш сундук. Во всяком случае свои чаевые он точно получил заслуженно.
Добравшись до нашего номера, я толкнула дверь. Андре встретил меня прямо на пороге.
– Заходи.
Его слова сопровождались тяжелым взглядом.
Я вошла и закрыла за собой дверь.
– Ну как? Подумала?
Я кивнула.
И не успела опомниться, как Андре схватил меня и пригвоздил к стене, не давая шевельнуться.
– И что же? – яростно спросил он. Удерживающая меня рука надавила на грудную клетку так, что стало трудно дышать. – Что ты хочешь мне сообщить? Позволь я угадаю. «Дорогой, нам было хорошо вместе, но теперь, ты видишь, ситуация изменилась. У меня есть муж, и я намерена уйти к нему. Да, пока я его не вспомнила и не испытываю к нему сильных чувств, но пройдет время, и все вернется. В конце концов, когда-то я любила его достаточно сильно, чтобы связать себя узами брака. Тебе же следует как благородному человеку уйти в тень и предоставить нам возможность спокойно восстанавливать наш семейный союз.» Так? – гневно воскликнул он, легонько меня встряхнув. – Так вот, имей в виду: ничего подобного я делать не собираюсь! Я не стану уходить в тень и не намерен отдавать тебя этому недоразумению. Ты меня поняла? Со мной этот номер не пройдет. Пусть он будет хоть тысячу раз твоим мужем, мне плевать! Ему лучше убраться отсюда как можно дальше, пока я еще могу держать себя в руках!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
