Читаем без скачивания Китайская невеста - Майкл Скотт

Внезапно хлынувшие слезы размыли краску, нанесенную вокруг прекрасных глаз Молинды.

— Я обманула тебя, — сказала она, — я не заслуживаю такой доброты.

Чарльзу стало неловко.

— Чепуха, — резко произнес он. — Ты всего лишь выбрала единственный имевшийся у тебя путь, и, разумеется, я не вправе осуждать тебя за это.

Молинда положила свои руки поверх его.

— Я всегда буду благодарна тебе, Чарльз, — сказала она. — Когда-нибудь, пока еще неведомым нам образом, у меня появится возможность доказать, что это не пустые слова.

— Пусть сейчас это тебя не заботит, — сказал он. — Тебе потребуется новая одежда, которую ты будешь носить на борту корабля, а также в портах, куда мы, возможно, зайдем. В таком виде, как ты одета сейчас, нельзя показываться за пределы этого имения. Придется обзавестись более скромным гардеробом, и я оплачу его тебе.

— Спасибо, но я предпочла бы…

— Это самое малое, что я пока могу для тебя сделать, — сказал он, не давая ей говорить. — Я пробуду здесь около недели, поэтому портнихе придется работать быстро и усердно.

Молинда в знак согласия склонила голову.

— Не могу обещать, что сможем решить твою проблему сразу же. Мне придется заняться сначала более срочным делами, поэтому придется взять тебя с собой в Вампу, где я, не откладывая, начну поиски Джонатана Рейкхелла.

— Сочту за честь сопровождать тебя, — проговорила Молинда, поднимая голову. — Может быть, смогу принести пользу. Я в долгу перед Джонатаном, поэтому мне будет приятно помочь в поисках его.

Джонатан установил для себя суровую программу физической реабилитации и неукоснительно ее выполнял. Каждое утро один-два часа он проводил с кумином в руках, укрепляя мускулы рук и плеч. Тренировался метать яванские ножи, а затем, слегка позавтракав, в полдень отправлялся в продолжительные прогулки по холмам, окружавшим имение Сун Чжао, и возвращался до захода солнца. С наступлением темноты, как его предупредила Хен-хо, из своих нор выползали бандиты. Он отлично понимал, что лучше не бродить по ночным дорогам.

Кай возвращался в имение всякий раз, когда выдавалась такая возможность, и Джонатан использовал это, чтобы устроить дружеские борцовские схватки и поединки в боевых искусствах. Силы постепенно возвращались к американцу, а вместе с ними беспокойство.

Как-то днем, после особенно изнурительного поединка с Каем, оба друга сидели в саду, и Джонатан впервые заговорил о будущем.

— Скоро, — сказал он, — я должен вернуться к Лайцзе-лу.

Кай согласно кивнул.

— Ло Фан и я согласны. Но возникает множество сложностей. Не хотел тебе говорить, но пока мы не сможем переправить тебя за пределы Срединного Царства. Англичане назначили награду за голову «заморского дьявола», которого им удалось ранить и захватить в плен, но который все же ускользнул от них.

Несмотря на охватившую его грусть, Джонатан улыбнулся и спросил:

— И сколько?

— Тысячу фунтов стерлингов.

— Ого! Да это же целое состояние!

— У них нет твоего точного описания, поэтому они рыщут впотьмах. Если англичане вдруг схватят Ло Фана или меня, мы запросто можем прикинуться глупыми крестьянами и одурачить их. Но если к ним в лапы снова попадешь ты, тут уж они узнают тебя. Война проиграна и почти закончена, однако ты по-прежнему подвергаешься огромной опасности. Скоро мы найдем способ, как помочь тебе, брат.

Джонатан был взволнован, но сумел спокойно сказать:

— Что ж, чем скорее я выберусь отсюда, тем лучше. Кроме того, с каждым днем становится все труднее держать на расстоянии Хен-хо. Как-то ночью я спал, а когда проснулся, обнаружил, что она забралась в мою кровать.

— Я поговорю с ней, — пообещал Кай, — она считает, что без памяти влюблена в тебя. Может быть, она просто завидует Лайцзе-лу, как завидовала всегда, еще с тех пор, когда они были детьми.

— Я буду признателен тебе за все, чтобы ты ни сделал. Она выходила меня, поэтому я перед ней в долгу, но ее внимание обременительно.

— С этим будет покончено.

— Тут возникает еще один вопрос, Кай. По меньшей мере около дюжины человек работает и живет здесь. Однако со дня смерти Сун Чжао им не заплатили ни единого юаня, а я не смогу выплатить им денег до тех пор, пока не вернусь обратно в Новую Англию. Надеюсь, ты мог бы объяснить им положение.

— Вот тут уж ты многого не понимаешь, — с улыбкой сказал Кай. — Во всем Срединном Царстве свирепствует нищета, война сделала жизнь еще хуже. Те, кто работают в доме Сун Чжао, имеют крышу над головой. Они выращивают себе еду, у них есть все необходимое. Они счастливо будут жить здесь до тех пор, пока вы с Лайцзе-лу вновь не начнете платить им жалованье.

— Понимаю.

«Крестьяне в Китае всегда относились к самым нищенствующим людям в этой стране», — подумалось Джонатану.

— Теперь я должен сообщить новость, небезынтересную для тебя, — сказал Кай. — Как мне передал один из наших людей в кантоне, он заходил в дом Сун Чжао. Там практически ничего не пропало. Ценные предметы и большая часть имущества остались нетронутыми, дому также не причинено никакого ущерба.

— Как такое могло случиться?

— Каждый житель города очень уважал Суна и теперь глубоко чтит его память. Сейчас ты не сможешь там жить, потому что англичане назначили награду за твою голову, но придет день, когда вы с Лайцзе-лу вернетесь и устроите там свой дом.

Сейчас Джонатан мог мечтать лишь о возвращении в дом Рейкхеллов в Нью-Лондоне.

Оставив Джонатана в саду, Кай отправился на поиски Хен-хо; в конце концов он отыскал ее на кухне, где она инструктировала повара по поводу ужина. По его требованию она последовала за ним в небольшую пагоду, стоявшую в дальнем конце имения, где никто не мог слышать их разговора.

— «Китайский заморский дьявол» был на краю смерти, когда мы привезли его сюда, но ты помогла поставить его на ноги, сделала его снова сильным и здоровым, — произнес Кай. — За все, что ты для него сделала, ты завоевала место в его сердце.

Девушка, слушая Кая, присела на каменную скамейку, сложив руки на коленях, глаза ее блестели.

— Но его сердце больше не принадлежит ему, он отдал его Лайцзе-лу. Ты видела Древо жизни, изображенное на нефритовом медальоне, что висит у него на шее. Этот медальон ему подарила она.

— Мне следовало бы снять его и разбить, пока душа «заморского дьявола» была разлучена с телом, — резко проговорила девушка. — Тогда чары, привязывающие его к ней, пропали бы.

Кай понимал, что должен вести беседу на уровне, доступном для ее восприятия.

— Боги свершили множество деяний, чтобы соединить их, — сказал он. — Теперь даже боги грома и молний не в силах оторвать их друг от друга.

Хен-хо посмотрела на кафельный пол пагоды, затем подняла голову и взглянула на Кая.

— «Китайский заморский дьявол» сказал тебе, что не ляжет со мной? — тихо спросила она.

— Да, таковы были его слова. Но мы с тобой уже спали вместе, — продолжал Кай, — и могли бы начать снова.

— Все изменилось, когда тот, кто был болен, пришел сюда.

— Нет, Хен-хо. Верно, когда-то ты была моей наложницей, теперь я предлагаю тебе большее. Я сделаю тебя своей женой и буду заботиться о тебе до тех пор, пока мы живы.

Хен-хо медленно поднялась на ноги, достоинство, сквозившее в ее движении, было естественным.

— Кай — человек чести, храбрый и сильный, — проговорила она. — Было время, когда Хен-хо была бы счастлива стать его женой. Но теперь это невозможно. Те, кому боги дозволят взглянуть на Верхнее Царство, не могут удовлетвориться жизнью на этой земле.

Медленно повернувшись, она направилась обратно к дому.

Наблюдая, как она уходила, Кай понял, что ее постигло горькое разочарование, но Хен-хо молода и сильна духом, и он сказал самому себе, что время излечит боль ее сердца. Придет день, и она примет его предложение. Вместе станут они воспитывать сыновей, которые также вступят в Общество Быков и станут работать во благо Срединного Царства.

Позже, в тот же день, в имение прибыли девять членов повстанческой группы Кая, которым на следующий день предстояло отправиться на задание. Трое прежде входили в подразделение Джонатана, и их встреча была столь теплой, что он решил продлить ее, поужинав вместе с ними на открытом воздухе. По просьбе Джонатана изменили меню. Все расселись вокруг огня и наслаждались отменным шашлыком из баранины с луком.

Джонатан с увлечением слушал рассказы членов братства о том, как они многократно обводили вокруг пальца англичан.

Смех веселившихся у костра эхом отзывался в окрестных холмах. Вдруг торопливо приблизилась взволнованная женщина-повар и сказала:

— Хен-хо пропала!

Кай рассердился:

— Если ее нет в своей комнате, она, вероятно, прогуливается в саду или отдыхает в пагоде, или еще где-нибудь на территории имения.