здесь и сейчас.
— Отправь их прочь.
Из его пасти вырвался мрачный смешок, и его черный раздвоенный язык выскользнул, чтобы облизать его безгубый рот.
— Уходите. Все. Сейчас же, — резко сказал он, и его голос прогремел в тихой комнате. Он был таким резким, таким непринужденным, но речь шла о Владыке Смерти. Он был прав. Он мог делать все, что ему заблагорассудится.
Ждать, пока все выйдут из тронного зала, было мучительно, но я сидела совершенно неподвижно, подняв подбородок, как, по моему представлению, делала бы королева. Честно говоря, я понятия не имела, что, черт возьми, делаю. Белиал правил так легко, чувствуя себя комфортно в своей роли и владея своей силой.
Для меня это было не так просто. Мне казалось, что я пытаюсь ездить на мотоцикле, хотя никогда даже не садилась на велосипед.
Я с трудом сглотнула, наблюдая, как его — наши — подданные постепенно покидают тронный зал. Когда все ушли, Белиал приказал закрыть двери.
Наконец, мы остались совсем одни. Моя кожа горела, а между бедрами ощущалось покалывание, проникающее в самую глубину моего тела.
Я знала, что будет дальше.
— Иди сюда, — приказал он, и я подчинилась, поднимаясь с трона. Он подвел меня к себе, наклонив голову в сторону. — Ты потрясающая, — сказал он, пробегая взглядом по моему телу, а затем снова поднимая его вверх. — Выглядишь великолепно в красном. Королевская роскошь тебе к лицу, моя королева.
Я не смогла сдержать улыбку, которая расцвела на моем лице.
— Я же говорил, что сниму с тебя это платье. — Он наклонился вперед, сидя на троне. — Я бы отнес тебя в нашу спальню, но твой Владыка не может ждать.
— Ты хочешь прямо здесь? — я нервно оглядела пустой зал.
Из его пасти вырвался темный смешок.
— Конечно. Я же говорил тебе, что трахну тебя на своем троне, прежде чем все будет сказано и сделано. Но сначала, я хочу увидеть тебя в одной только короне.
Я последовала его словам, повернувшись, чтобы он мог расстегнуть корсет моего платья, и позволила ткани упасть на пол у моих ног. Обнаженная, за исключением костяной короны, я покрутилась, наслаждаясь его взглядом.
Он стоял, возвышаясь надо мной, и помог мне сесть на его трон.
Затем, неожиданно для меня, он стал на одно колено передо мной.
— Как королеве Лимбо — твои враги будут преклоняться перед тобой в ужасе. Твои верные подданные будут преклоняться перед тобой в знак верности, а твой король будет преклоняться перед тобой в знак почитания.
Его язык скользнул по зубам, и я поняла, что он дает мне понять, что будет дальше.
— А теперь раздвинь ноги для своего короля и позволь мне поклониться тебе.
Глава 41
Рэйвен
Прежде чем я успела выполнить приказ Белиала, его большие руки обхватили мои икры, полностью охватив их. С нетерпеливым рыком он раздвинул их.
— Вот так, моя сокровище, — сказал он нетерпеливым рыком. — Покажи своему Господину все, что ему принадлежит.
Я облизнула губы, позволяя ему раздвинуть меня так широко, насколько позволяли мои бедра.
Я больше не чувствовала, что это неправильно — быть перед ним такой обнаженной. Конечно, он был монстром во всех смыслах. Он собирался съесть меня, но я собиралась получить огромное удовольствие от того, что меня пожирают.
Я затаила дыхание, наблюдая, как раскрывается его ужасающая пасть. С его зубов капали густые капли слюны, покрывая мои бедра и таз, капая на волосы между ног.
— Помнишь, как ты меня ненавидела, что едва могла на меня смотреть?
Его голос вибрировал на моей коже, вызывая мурашки по всему телу.
Как я могла забыть? Это было не так давно. Забавно, как быстро все может перевернуться с ног на голову.
Я кивнула, и злобный смешок вырвался из глубины его чудовищного тела.
— Думаю, это было связано не столько с твоим похищением, сколько с твоим отказом признать, как сильно ты хотела, чтобы я завладел твоим сердцем, твоей душой… — он провел длинным языком по моей промежности. — И твоей сладкой киской. Даже после того, как я вырвал позвоночник твоему жалкому бывшему, — еще раз лизнул. По моей спине пробежала восхитительная дрожь, и он снова рассмеялся, и его гулкий смех пронзил меня, заставляя нервы светиться, как печатная плата. — Черт, особенно после того, как я вырвал ему позвоночник и сделал из него корону для тебя. Ты так чертовски сексуальна, украшенная костями недостойных мужчин.
Если эта фраза не лишила меня дыхания, то его язык, проникающий в мою киску, сделал это.
Влажная мышца скользнула внутрь, заполнив меня. Я чувствовала каждое движение, когда он сгибал ее, и это новое ощущение вызывало волны удовольствия, пробегающие по моим конечностям. Когда он закрутил ее внутри меня, ища мою точку G, я так сильно вздрогнула, что чуть не соскользнула с трона.
С мрачным смешком язык выскользнул из меня, и я сменила позу, тяжело дыша и желая большего.
— Держись за мои рога, если нужно, малышка.
Я потянулась к его рогам, которые были настолько огромны, что их было трудно обхватить. Они не были похожи на более мелкие рога его другого обличья, покрытые амулетами.
Кончик его черного языка несколько раз облизал и обвел мой клитор, а затем снова погрузился внутрь, еще глубже, чем раньше. Он несколько раз вошел и вышел, поток слюны и возбуждения стекал по моей попе и покрывал его трон.
Затем новое ощущение заставило меня выгнуть спину, и крик удовольствия застрял в моем горле.
Его раздвоенный язык. Он раздвинулся внутри меня, потирая мои самые сокровенные места под разными углами, о которых я даже не думала.
Я кончила с приглушенным стоном, и жестокий оргазм вернул меня на землю на несколько самых ярких секунд в моей жизни.
Это было сногсшибательное блаженство.
Когда мое дыхание стало коротким и неровным, его когти сжали меня сильнее, впиваясь в мягкую кожу бедер.
Он держал меня так крепко, что оставлял синяки, и я поймала себя на мысли, что не хочу, чтобы они быстро сошли. Мне нравилась идея быть покрытой его следами.
Жар от его чудовищного органа, проникающего в меня, поглощал меня. Я откинула голову на спинку его трона и застонала, когда он начал входить в меня с бешеной скоростью.
— Черт!
Моя киска сжалась вокруг его языка, и он тихо и хрипло застонал прямо в меня.
Его язык был неумолим, он крутился, вертелся и разделялся внутри меня, проверяя, насколько я могу растянуться. Я знала, что он готовит меня принять его чудовищный
