увидел, наловил». Кроме того, у госпожи Тенал имелись смутные сведения, что в последнее время сообщество хумансов на планете-прародительнице сотрясают большие и малые конфликты, что должно существенно упростить процесс ловли будущих пеонов.
В итоге матроны договорились до того, что банда сложит все своё тяжелое вооружение в специальном помещении, запертом на замок и опечатанном печатями обоих кланов, а если кому-то из самцов захочется побуянить, то к их услугам в качестве тренеров кулачного боя будут двенадцать боевых хуман-горхских гибридов внутренней самообороны, непосредственно управляемых Токан. В присутствии этих дев войны даже самый сильный и дерзкий хумансовский самец будет вести себя как послушный детеныш. Если же Токан окажется жертвой нападения ещё какого-нибудь тёмного клана, то подчинённые барона Адалхарда фон Вигмана будет защищать её так же, как и любое имущество клана Морского Бриза.
Решив этот вопрос, матроны скрепили свой договор клятвами, после чего полет к планете-прародительнице уже нельзя было отменить без больших материальных и репутационных издержек.
Но, как оказалось, матроны и Токан предполагали, а тот, кто решает судьбы миров и иногда отдельных особей, уже выбрал для них невероятную судьбу. При приближении к планете-прародительнице сенсоры и сканеры вроде бы не замечали ничего подозрительного, но чем меньшее расстояние оставалось до точки либрации за орбитой естественного спутника планеты, тем сильнее Токан ощущала множество изучающих взглядов, направленных на неё с разных сторон, как будто невидимые наблюдатели буквально усеивали околопланетное пространство. (Это Серегин для увеличения вероятности успеха операции развернул несколько сканирующих сателлитов из изготавливаемого в настоящий момент резервного комплекта второй очереди.) Ощущение было таким сильным, что, несмотря на прочный корпус и различные средства защиты, Токан вдруг почувствовала себя голой — удивительное явление как для Корабля, в принципе не ощущающего ничего подобного, так и для тёмных эйджел, которые ходят голыми всю жизнь и не испытывают от этого особенного дискомфорта.
И тут Токан услышала голос другого корабля:
— Приветствую тебя, корабль клана Синие Огни по имени Токан! Меня зовут Рион, и я желаю тебе полного благополучия.
Пространство вокруг было пустынно, но голос другого корабля доносился так отчетливо, словно та была поблизости. К тому же Токан была шапочно знакома с Рион по встречам у самых оживлённых и часто посещаемых станций, а потому хранила у себя в памяти её психоэмоциональные ключи. Сверившись с записью, Корабль клана Синие Огни убедилась в полном соответствии параметров, за исключением одного: настоящая Рион была рабой, поэтому её эмоциональный настрой постоянно находился в минорной области спектра, а та, что вышла на связь с Токан сейчас, являлась весьма высокопоставленной особой с зашкаливающим мажорным эмоциональным настроем. Так в Кланах ощущать себя не могла ни одна матрона, а не то что Корабль. Расшифровывая данные по этому параметру, Корабль клана Синие Огни считала данные о какой-то силе неодолимой мощи, стоящей за спиной у её собеседницы. Да какая, во имя Великого Духа Вселенной, у Корабля может быть спина?
— Ты не Рион, ты подделка, — безапелляционно заявила Токан, — настоящая Рион — это раба, а ты очень важная госпожа, являющаяся членом очень могущественного клана. К тому же ты думаешь, что у тебя есть спина, а это значит, что ты не Корабль…
— Нет, я Корабль, — возразила та, что назвалась Рион. — Ты должна знать, что спина имеется у моего воплощения в виртуальном мире Воинского Единства, где я выгляжу как эйджел с телом из гибкого металла и живой головой. Туда я попала даже ещё до того, как меня освободили из рабства у клана Хищных Цветов…
— Но хозяевами Рион были не Хищные Цветы, а Звездные Искры, — возразила Токан. — И вообще, мне непонятно, как можно освободить Корабль из рабства, ведь даже я, считающаяся сестрой клана, выполняю все приказы госпожи Сабейл и направляюсь не туда, куда хочется мне, а туда, куда прикажет она.
— Свобода — это осознанная необходимость… и вообще, ты опять меня не дослушала, — укоризненно произнесла Рион. — Звездные Искры были побеждены воинствующими Хищными Цветами, после чего меня переделали из торгового корабля в большой капер. Эта операция оказалась совсем не дешевой, и матрона госпожа Тулан решила пополнить казну клана, совершив рейд за нелегальными пеонами к планете-прародительнице. Пеонов она не наловила, зато сама стала добычей тех, кто взялся защищать планету-прародительницу от разных напастей, в том числе и от набегов ловцов пеонов.
Токан испытывала к словам собеседницы все большее и большее доверие: психоэмоциональные ключи на протяжении всей беседы безусловно сообщали ей о том, что ей говорят одну только правду. Чем дольше длится общение, тем труднее скрыть ложь. Поэтому, услышав последнюю фразу она, ужаснувшись, спросила:
— Это был Страж Древних?
— К Древним, или, точнее, к Древнему, это не имело никакого отношения, — отрезала Рион. — Хищные Цветы потерпели поражение от Воинского Единства хумансов, возглавляемого нашим обожаемым командиром Серегиным. А вообще у нас в Единстве все разные: некоторые мало похожи на обычных хумансов, а некоторые ими и вовсе не являются. Так, например, у нас есть пара деммок, псевдоличности из команды хумансовского линкора цивилизации пятого уровня или новенький искин Агриппа. Если хочешь, могу тебя с ним познакомить. Он интересный собеседник.
Токан некоторое время была столь ошарашена этим заявлением, что даже не знала, что и ответить. И в этот момент в ментальном пространстве появился ещё один собеседник. Всем своим существом Корабль клана Синие Огни ощущала присутствие кого-то, кто не является не только Кораблем, но даже обыкновенной эйджел из плоти и крови, светлой или тёмной… С содроганием она подумала, что это может быть только самец хумансов из числа тех, что посвятили свою жизнь войне и убийствам. По сравнению с этим мужским представителем хумансовской расы даже главарь наемной банды барон Адалхард фон Вигман воспринимался будто щенок-подросток рядом с матерым хищным зверем. И в то же время Токан с удивлением поняла, что Рион не только не боится своего зловещего покровителя, а как бы даже льнет к нему всей душой. И тот относится к ней с покровительственной нежностью, как к родному существу, которое следует лелеять и защищать. Даже несмотря на своё высокое положение в клане, такого отношения к себе Токан никогда не знала.
— Извини, Маленькая, раз речь зашла о Воинском Единстве, значит, и мне пора вступить в разговор, — тем временем мысленно произнёс грубый мужской голос.
— Ах, Серегин, — вздохнула Рион, — ты что, не видишь, как ты её напугал? Она же вся дрожит, бедняжка.
— Вижу, — ответил тот, кого назвали Серегиным, — да только это хороший испуг. Он пройдет, когда госпожа Токан убедится
