в том, что её страхи были ложными — и тогда она сможет принимать самые правильные, четко выверенные решения — и за себя, и за весь свой клан. А это стоит дорогого.
Удивившись, что её назвали госпожой, будто матрону, Токан собрала в один комок всю свою храбрость и напрямую обратилась к тому, кого так боялась:
— Приветствую тебя, господин Серегин, и желаю тебе всяческого благополучия. Скажи, что мы, Синие Огни, должны сделать, чтобы ты с миром отпустил нас из своих владений? Быть может, тебе требуется какой-нибудь выкуп?
— Приветствую тебя, госпожа Токан, пока ещё корабль клана Синие Огни! — ответил предводитель Воинского Единства хумансов, остроухих, эйджел и представителей иных рас и разновидностей мыслящих существ. — Покинуть мои владения вы никак не сможете, ибо Кланам Эйджел ещё рановато знать о том, что у планеты-прародительницы появились защитники, и это совсем не Страж Древних. Прямо сейчас в непосредственной близости к вам находится не только моя личная яхта и любимая сестра Рион, но и ударный тактический бомбардировщик «Каракурт» в депрессионно-парализующем обвесе, а также тяжелый десантный челнок с нарядом штурмовой пехоты на борту. Моим злобным девочкам даже не придётся сражаться, потому что их высадка запланирована только после парализующего удара. И в то же время должен сказать, что я не убиваю пленных и не посылаю высококвалифицированных специалистов на прополку огородов. Сразу после захвата или добровольной капитуляции я, как принято в ваших кланах, потребую от вашей матроны признать своё поражение и отдаться на волю победителя, после чего предложу вашей госпоже всем кланом принести присягу на верность Империи, и тем самым стать её частью. После этого все ваши грехи, которые вы совершали по неведению, будут забыты, и все вы, эйджел, начинаете новую жизнь цивилизованных существ, а не галактических дикарей. Если же ваша матрона откажется добровольно приводить клан к присяге, я по праву победителя объявлю его распущенным, и затем буду обращаться к каждой сестре по отдельности. Как мне говорит опыт тех, что шли этим путем до меня, отказов в таких случаях практически не бывает. Данная процедура называется инверсией и применяется в отношении всех побежденных кланов эйджел, без разницы, светлых или тёмных.
Пока он говорил, Токан все больше сомневалась, стоит ли ей упрямиться, храня верность кланам эйджел. Может быть, следует поддаться на уговоры и попытаться добром перевести клан Синие Огни на другую сторону, без всякого насилия? Психоэмоциональные ключи говорили ей о том, что собеседник не пытается не только лгать, но даже преувеличивать и приукрашивать, что вообще нехарактерно для обычных хумансов. А ещё предводитель хумансов транслировал на окружающих ощущение носителя абсолютной мощи и надежности. На этом фоне во вполне положительном ключе прошло утверждение, что эйджел являются космическими дикарями. Тот, кто это сказал с высоты своего положения, был в том полностью уверен. Однако для принятия окончательного решения имеющейся информации было все же недостаточно. Поэтому Токан ещё раз набралась храбрости (что было уже легче) и спросила:
— Господин Серегин, а как вы относитесь к Кораблям? Ведь такие, как я, это не обычные эйджел, и никогда ими не будут…
— Корабли, такие как ты, госпожа Токан, обладают всеми правами свободной мыслящей личности с правами гражданства, и в моих владениях никто не смеет называть их своим имуществом и подвергать на этом основании принуждению и унижению, — ответил тот. — Никто и никогда, запомни это. И в то же время, поскольку свобода — это осознанная необходимость, каждый ответственный гражданин должен находиться либо на действительной службе, либо в запасе. Корабль, находящийся на службе, получает от меня все необходимое материальное обеспечение, техническое обслуживание и модернизацию оборудования в соответствии с самыми последними имперскими веяниями. А те очень далеко ушли от среднего уровня кланов эйджел. Так, например, имперский блок маскировки позволяет Рион находиться со всем рядом с тобой, а твои системы обнаружения не в состоянии засечь её присутствие. Кроме того, став моей Верной, ты сможешь сама выбрать себе новую команду: командира, тактика и главного инженера. По имперским законам, командир — это всегда хуманс, тактик — исключительно тёмная эйджел, а инженер — непременно серая. Кроме того, тебе надо будет освободить от чипов твоих боевых гибридов, горхов и сибх. Боевых гибридов мы заберем к себе на реабилитацию, ибо никому не позволительно держать разумных существ на положении бездумных животных. Вместо них для обеспечения твоей безопасности мы придадим тебе обстрелянное подразделение своей штурмовой пехоты, которая в деле будет ничуть не хуже. Что касается горхов и сибх, то они останутся при тебе, но только если на то будет их личное желание. Но ты, госпожа Токан, не беспокойся — твои малые тебя любят, считают своим домом, и по доброй воле никогда тебя не покинут.
— Соглашайся, Токан! — с интонациями абсолютной убежденности произнесла Рион. — В имперских правилах для Кораблей нет ничего тяжелого или унизительного. Я тебя уверяю: поступив на службу к нашему обожаемому командиру и став его Верной, ты поймешь, что раньше не жила, а всего лишь существовала в душной тёмной клетке, даже несмотря на своё привилегированное положение полноправной сестры клана. Тут не угнетают, не злословят, не предают и не наносят внезапный удар, когда ты этого не ждешь. Тут тебя встречают как свою — добром и приветливыми словами. А ещё для меня сейчас готовят особенных аватаров, клонированных из клеток моей внешней оболочки, а потому родных мне по крови. Как говорят имперские врачи, даже без чипа они будут мной, а я ими. Уже готовы шесть здоровых эмбрионов, помещенных в маточные репликаторы имперской системы, которые установлены прямо рядом с моей сферой обеспечения. С первых же минут их высшей нервной деятельности я буду им и матерью и старшей сестрой, они будут моим кланом, а я их матроной.
Это был удар в самое чувствительное место любого из Кораблей, не имеющих принципиальной возможности продлить себя в потомстве. У обычных эйджел (не матрон) шансы на размножение тоже почти нулевые, но у них хотя бы имеются надежда на разные счастливые случаи, когда взамен выбывшей матроны сестры клана выбирают не её старшую дочь, а неформального лидера коллектива. У Кораблей нет даже таких надежд, не говоря о возможности обратить свой инстинкт родительской любви на отпрысков правящей матроны. И вдруг такое заявление… Единственная вещь, которая продолжала тревожить Токан, это требование впустить к себе на борт самца хуманса, когда в её распоряжении уже не будет послушных и устрашающих боевых гибридов.
— Я боюсь, — сказала она. — Боюсь подпускать к своей сфере
