вещи требуют времени и осторожности.
— Это плохие новости! Потому что Павитар и его сторонники ожидают, что я убью Кардаса до конца этого дня!
— До конца этого дня? — спросила Ана.
— Да, и мне повезло, что я сумел отложить казнь так надолго! В ту самую секунду, когда умер мой отец, этот зал заполнился нетерпеливыми советниками. Дархи и Павитар были самыми энергичными и могущественными из них. Раньше они почти не разговаривали со мной! Они говорили только с моим отцом, со своей знатью и с казначеями, но никогда со мной. Теперь я не могу заставить их остановиться! — Он хотел закрыть лицо руками, но остановился, вспомнив о своих красках.
— Тогда мы должны действовать быстро, сэр, — сказала Ана. — Могут ли мои люди осмотреть тело вашего отца?
— Вы… вы можете видеть моего отца, — неуверенно произнес принц, — но вы не можете прикоснуться к нему. Этого я не могу допустить даже в такие времена.
— Конечно, сэр, — сказала Ана. Затем она махнула нам с Мало.
Я шагнул вперед и осмотрел мертвеца. Мне не нужно было подходить ближе, чтобы разглядеть его опухшие, красные губы и пятнистое горло: явные признаки отравления керелом, как и говорила Ана. Должно быть, это была значительная доза, прикинул я, настолько большая, что его смерть должна была наступить быстро.
Мало склонилась над телом и глубоко вдохнула. Она закрыла глаза, словно смакуя аромат, затем открыла их и покачала головой — Ничего примечательного.
Я вернулся к Ане и прошептал ей на ухо все, что увидел. Она внимательно слушала, сжимая мою руку, и, когда я закончил, опустила голову, погрузившись в свои мысли.
Принц посмотрел на своего мертвого отца.
— Он представляет собой странное зрелище, — тихо сказал он. — Иногда я прихожу и смотрю на него, надеясь, что его грудь дрогнет. Дыхание, возможно, или сердцебиение. Но не потому, что я люблю его и хочу, чтобы он жил — этого короля трудно было любить. Скорее, если я увижу, что он жив, тогда… тогда я буду спасен от этого кошмара наяву. Я смогу вернуться к тому, как все было. Разве не ужасно так говорить?
Ана ничего не ответила. Ее лицо задрожало, словно она производила в уме какие-то сложные вычисления.
— Принц Камак, вы присутствовали при смерти вашего отца?
— Да.
— Тогда я бы хотела, чтобы вы рассказали мне об этом, — сказала она. — Как можно быстрее и тщательнее, потому что мы, конечно, не можем вечно бодрствовать рядом с вами.
— О! Конечно.
ВСТРЕЧА БЫЛА ДИПЛОМАТИЧЕСКИМ чаепитием, сказал нам принц, и состоялась вчера вечером. При дворе Ярроу это было довольно распространенным явлением: важные персоны собирались вместе и пили настойку из ягод сака, ярко-красную горькую смесь, которая вызывает неприятное ощущение жужжания, — по его словам, жители Ярроу верили, что эта настойка делает людей честнее.
— Где проходило это чаепитие? — спросила Ана.
— В восточном зале, прямо по этому коридору, — сказал принц, указывая на одну из трех дверей. — Это довольно хорошее место, с прекрасным видом на воду. Там были мы с отцом и, конечно, Дархи и Павитар. И префекто Кардас со своей… девушкой. Той, у которой дергались глаза.
Ана нетерпеливо махнула мне рукой.
— Сигнум Гортхаус, мэм, — сказал я. — Она его запечатлитель.
Лицо Аны на мгновение просветлело. Запечатлитель был бы очень полезным свидетелем. «Пожалуйста, продолжайте», — сказала она.
Принц сказал, что встреча касалась важных государственных дел, поэтому на ней не было слуг. Это означало, что все шесть человек, присутствовавших на встрече, должны были сами подавать чай, подходя к котлу у стены и наливая его половником в чаши. Они несколько раз прошлись взад-вперед, разливая по чашам саку и обсуждая возникшие вопросы. Это продолжалось почти час, без каких-либо проблем.
— Я принес своему отцу две чаши чая — это моя обязанность, — сказал принц. — Затем префекто Кардас налил и принес ему третью. Мой отец несколько раз отпил из чаши, но потом он… он вскрикнул и… — Его слова оборвались.
— Каждый раз это была одна и та же чаша? — спросила Ана. — Ему никогда не приносили новую чашу?
— Да, — ответил принц. — Это всегда была одна и та же чаша. Я наполнял ее снова, и позже Кардас делал то же самое.
— А когда вы подавали ему, сэр, что вы сделали с этой чашей, когда он заканчивал пить?
— Я ставил чашу обратно рядом с котлом, пока он не попросит еще.
— Значит, был момент, — сказала Ана, — когда эта чаша стояла рядом с котлом пустой, прежде чем префекто Кардас наполнил ее для него?
— Я… думаю, что да.
— Вы не знаете, подходил ли кто-нибудь еще в тот момент к котлу?
Он заколебался.
— К сожалению, я не очень хорошо это помню.
— Ммм. Что произошло потом, сэр?
По словам принца, короля унесли в его покои, но он был объявлен мертвым еще до того, как его положили на кровать. Когда эта новость была услышана, джари Павитар начал кричать, что это сделал префекто Кардас, и что Империя убила их короля. Были обнажены мечи, и дворец мгновенно закрыли.
— Павитар сказал это в то же мгновение, как только услышал новость? — спросила Ана.
— Да, очень быстро, — сказал принц. — Тогда все начали это говорить. Павитар потребовал, чтобы мы убили префекто Кардаса прямо здесь и сейчас, и Дархи тоже начал кричать. Всем потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, что я вообще был в комнате и только что унаследовал королевство. — Слабая, несчастная улыбка. — Признаюсь, мне тоже потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить.
В конце концов принц объявил, что они должны отвести офицеров Казначейства в гостевые покои, где они будут содержаться под стражей: выбор, который не удовлетворил никого, включая Дархи, который посоветовал немедленно обратиться за помощью к Империи. Охрана замка так и сделала, и тогда при дворе разгорелись споры о том, что делать, причем многие выступали за быструю казнь.
Затем из гостевого крыла донеслись крики. Появился охранник и сообщил им, что, по словам пленников, Кардас тоже потерял сознание. Затем принц, Дархи и Павитар отправились разбираться.
— Префекто Кардас лежал на полу, хрипя и кашляя, — рассказал нам принц. — Его губы распухли, а горло покраснело. Его люди были в отчаянии, но он был жив. Павитар утверждал, что это было еще одним доказательством его вины, но… даже тогда я чувствовал, что Империя могла бы нанять отравителей получше.
По его словам, те, кто требовал казни, начали отказываться, а дворяне Дархи стали громче заявлять, что, если Кардас погибнет у них под стражей, это станет ударом, от которого
