нем сейчас нужно думать, — ответил ему Элвэ и нажал на входную панель.
Шикарные двери в апартаменты разъехались в стороны, и навстречу тангиру и Стасу выпрыгнул коротышка в широком металлическом ошейнике.
— Кто такие? — выпалил он.
— Нам назначено, — ответил Дарин. — Доложи Хозяину.
Коротышка бросил подозрительный взгляд на визитеров, но все же поплелся докладывать лорду. Через минуту он появился снова.
— Господин ждет вас, — выдавил из себя карлик.
Помещение, которое демонстрировала нам камера, поражало своей роскошью. Это была не гостиная жилого блока, а целый зал с фонтаном и арками. Между кадками с тенистыми деревьями расставлены вазы, статуи, а также уютные диваны и кресла, обитые дорогими тканями. На одном из них, в своей неизменной золотой маске, сидел лорд Кебрим. Перед ним на красивом столике стояла огромная ваза с шикарными, спелыми фруктами. Это выглядело как насмешка. Нет, ну, правда. Я бы посмотрела, как он в этой маске уплетать ананас станет, ну или хотя бы банан.
Тангир и Погодин молчали. Лорд Кебрим тоже не произнес ни слова, лишь его глаза блестели в прорезях маски, внимательно наблюдая за гостями. Пауза затягивалась.
— Так вот, значит, кто стал мужем моей дочери! — наконец, произнес Великий лорд и голос его был полон презрения и недовольства, но это ничуть не смутило Погодина.
— Папа! — воскликнул он, бросаясь вперед. Стас, встав на одно колено перед, явно опешившим Кебримом, вдохновенно тряс его руку, приговаривая, — я несказанно счастлив с вами познакомиться, папа. Не передать, как много хорошего мне удалось о вас услышать! Ваша дочь, моя жена — настоящее сокровище. Такое достойное воспитание она смогла бы получить только от мудрых и любящих родителей!
— Ой, что он несет!!! — простонала я, закусывая кулачок. Алейна пребывала в полуобморочном состоянии и ба нежно гладила ее руку, подбадривая. Один легар искренне веселился.
— Молодец, парень! Огонь! — тихо комментировал он.
— Что ты себе позволяешь, щщщщщенок! — зашипел из-под маски, опомнившийся Великий лорд и попытался вырвать свою конечность из цепкой руки Погодина, да не тут-то было.
— Папа, — обиженно произнес Стасик, — вы совсем не рады видеть любимого зятя? А где же мама?
— Какая еще мама?!! — орал Великий лорд, вскочив с кресла. Он силился вырвать свою руку, которую Погодин никак не хотел отпускать.
— Как, какая? — театрально возмущался Стас. — Наша! Алейночка так соскучилась. Извелась вся, ночей не спит, в долге супружеском отказывает.
— Ты мне еще подробности поведай! — разозлился лорд Кебрим, освободив, наконец, руку и отскочив от поднимающегося с колен Погодина.
— А вот тут уж прошу меня извинить, — радостно воскликнул Стасик и доверительно зашептал вновь озадаченной «маске», — подробности — это дело настолько интимное, что, как настоящий мужчина, я буду об этом молчать и даже вам, папа, не смогу об этом поведать.
— Прекрати называть меня «папа»! — взвизгнул Великий лорд.
— Да. Я понял. Папа — это так мягко, по-женски, — ответил ему Стас, соглашаясь. — А вы брутальный мужчина, лидер и Великий лорд Темного Круга, опять же. Я стану называть вас мужественно — отец!
Белиготар Сорг откровенно ржал. Алейна пришла в себя и сейчас скорее негодовала, чем переживала за Погодина. А я лишь улыбалась, прекрасно зная, как может общаться Стасик.
— Прекрати! — заорал лорд Кебрим.
— Это вы кому? — Удивился Погодин, разыгрывая из себя глупца. Он даже оглянулся, при этом камера показала нам тангира Элвэ, который хоть и сохранял серьезное выражение лица, но явно из последних сил.
— Тебе, щщщщенок! — снова зашипел лорд.
— Но я ничего не делаю, чтобы что-то прекращать! — возразил ему Погодин, — а еще я безмерно рад, что вы сравниваете меня с милым, юным домашним любимцем, но предпочел бы, чтобы вы, отец, называли меня Стас. Ну, или Стасюня, так меня мама дома называет!
— Заткнись! — кажется, выдержка главному руководителю Темного Круга все же отказала. Она отказала Кебриму, но не Стасу.
— Странный вы человек, — сказал Погодин, усаживаясь в кресло лорда и закидывая ногу на ногу, — если я замолчу, то наша беседа прервется. Вы же молчите. А потом, «заткнись» — это так невежливо. Нужно говорить: «Помолчи, Стас, пожалуйста!» И я всегда пойду вам на встречу…
— Да, не молчу я!!! — взвыл лорд. — Я не могу вставить ни слова в нашу так называемую беседу.
— А-а-а! Так вы все-таки хотите меня поприветствовать, как полагается настоящему отцу невесты, да? — обрадовался Погодин.
— Нет! — взревел Кебрим.
— Как? — и в голосе Погодина появилось так много грусти и удивления одновременно. — А зачем же вы тогда меня так бесцеремонно прервали?
— Пошел вон отсюда! — выпалил озверевший лорд, указывая на дверь.
— Нелогичные у вас поступки, отец! — в камере появилась рука Погодина. Он взял из вазы на столике экзотический фрукт, разломил пополам и часть протянул главе Темного Круга. — Хотите? — спросил Стас и тут же наигранно воскликнул, — ах, да! У вас же маска. С ней разве поешь. Так я о чем толкую, — послышалось характерное чавканье, друг явно смачно вгрызся в спелый плод, и несколько капель сока даже попало на камеру, — не сам я сюда пришел, вы меня позвали. Ничего не сказали, а теперь выгоняете. Вам что, даже ни капельки не интересно какого достойного, мужественного и неповторимого мужчину выбрала себе в мужья ваша единственная дочь?
— Крейб! — заорал лорд, сжав руки в кулаки.
— Слушаю, Господин! — появился из ниоткуда коротышка.
— Вызови охрану, и пусть выведут этого наглеца!
— Я бы на вашем месте этого не делал, — ровно произнес тангир Элвэ. — Выдворить из собственных апартаментов зятя, которого сами позвали, не самое лучшее решение. Это может спровоцировать скандал.
— Меня не пугают мелкие скандалы! — гордо заявил Кебрим.
— Нисколько в этом не сомневаюсь, — согласился с ним Дарин, — но
