— Да. Я вообще момент задержания не помню, — продолжала я гнуть свою линию.
— Ну что ж, хорошо, — кивнул больше своим мыслям инквизитор. — Если понадобится, то проведем еще один допрос… с большим рвением.
Последние слова мне совсем не понравились.
— Чуть позже принесут записанные ваши показания — будьте любезны оставить автограф под ними, — сердечно улыбнулся он и вышел из помещения.
Странный и страшный человек. Вся эта внешняя мягкость и даже такая предусмотрительная вежливость пробирает до костей. Стадо мурашек прошлась по спине.
Чуть позже мне принесли листы, исписанные красивым почерком. Показания были зафиксированы с максимальной точностью. Какая память у этого инквизитора! Или они все-таки записывают как-нибудь магически? Кто их знает. Я поставила рядом подпись.
Тот, кто мне принес листы — скривился:
— Это не подпись баронессы. У нас есть образцы, — вот наглый еще и канючит.
— Ну, я как бы и не баронесса. Или у вас тут все после 63 лет начинают молодеть? — я начала глумиться.
— Меня предупредили, — вздохнул мужчина, — Тогда поставьте еще подпись как баронесса, тело-то ее. Вот образец.
— Подделывать подписи?!! — гаркнула я, входя в роль. — Да за кого вы меня принимаете?
Мужик совсем взгрустнул.
— Я..я не умею, — я добавила утешающее.
Пришедший почти выдавил скупую мужицкую слезу. Комедия ей-богу.
Я настояла на своем. Грустный мужик удалился восвояси.
* * *
Досколу было совсем тоскливо. Насколько это возможно для осколка целого, пролежавшего, как ему казалось, целую вечность в пустоте и одиночестве. Развлекаясь лишь созерцанием доступного пространства окружающего мира.
Все изменилось в один миг, когда очередная жертва вампира вдруг схватила его в свои руки: мир наполнился красками. Внутрь самого существа его ворвались потоки силы и информации. Никогда за свое пребывание в нынешнем качестве обломка личности он не испытывал подобного подъема. Проснулись отголоски памяти. С Марго он ощущал себя словно опять целым, и главное — живым.
И теперь после стольких событий он снова ее потерял, а в месте с ней и часть жизни. Возможность общения с Клессом на этой планете появлялась не постоянно: сказывались смещенные точки выхода сил. Теперь, когда Марго была разделена на части, он не мог с ней общаться и постепенно угасал, погружаясь в темноту и забвение.
Бестолковый каттис, кажется, ничего опять не заметил.
Последняя попытка общения с Марго оглушила откатом боли и потерей сил. Теперь он висел бесполезным ошейником на Клессе, который даже местные маги проигнорировали. Мысли каттиса временами были доступны для него, но не более. Ситуация была из ряда вон: отсталое средневековое общество спеленало путешественников по звездам как младенцев, и на днях Клесса, Марго и ее тело в ипостаси лисы собираются стереть со страниц жизни. За недолгое время знакомства Доскол странно успел привязаться к новой «хозяйке», чего никогда не было прежде. По крайней мере, за то время, сколько он себя помнит в нынешнем качестве.
В руках предыдущих обладателей он был лишь оружием, вещью, но никак не собеседником, советником. И странно стабильная ментальная связь с Марго удивляла. Еще больше этого изумляло только возможность каттиса подключаться к коллективным беседам. Эта особенность сидела в сознании занозой, будто именно с ней связано что-то важное, но недоступное для вспоминания.
Нужно было что-то делать. Сидение в этих стенах вытягивало остатки сил и боевого духа. Каттис не мог регенерировать. Но без толкового плана освобождать каттиса нет смысла — далеко он не уйдет.
Позже Доскол уловил чей-то почти вопль о помощи, затем обрывочные образы. Он сконцентрировался на этом потоке и уловил в нем часть произошедших событий, имеющих к Марго непосредственное отношение. Значит, кто-то использовал врожденные способности к призыву о помощи, адресованному к себеподобным. И главное, нашелся тот, кому предназначался сама информация. Просто так транслировать воспоминания в пустоту — весьма трудоемкое и бесполезное занятие.
Доскол весь подобрался. И начал кропотливую работу по поиску слабых мест в магических плетениях, что спеленали конечности Клесса тугими паутинами.
Работа предстояла немалая, так как действовать напролом было совсем не уместно — сил было в обрез, а неведение инквизиции о частичном освобождении или регенерации каттиса было как нельзя кстати.
* * *
Из общего комка образов выходило, что Марго и вся ее компания собрались в одном месте с влипшим соплеменником — в городской тюрьме. Учитывая, что кроме них и «бабы и парнишки» никого не ловили, Лаиентр вполне обоснованно сделал вывод о том, кто является непосредственным виновником ближайшего городского увеселительного мероприятия под названием казнь. Странным ему казалось другое, что из всего, о чем поведал ему безымянный вампир, выходило, что он или она прибыл в тюрьму одновременно с Марго и казнь предполагается в один день. Меж тем виселиц опять же две, что не характерно для подобных публичных мероприятий. Да и новости в толпе гуляли почему-то только о двух пойманных «бесовских отродьях».
За грядущие сутки вампир пробовал на зуб магическую защитную систему тюрьмы дважды: днем и ночью. Работала она вполне не плохо. Но будь бывший жрец в своей полной силе и даже балласт из спасаемых не помешал бы ему перенести всех в безопасное место. Но слишком не похоже действуют магические лекарства в разнолинейных системах потоков сил. Уже после ментального контакта с заключенным вампиром Лан ощутил легкую слабость. По расчетам выходило, что до казни побег заключенных примерно равновероятен как и исчезновение оных прямо из-под носа инквизиции с эшафота на глазах у всей честной публики.
* * *
В отличие от Дориана, инквизиция или как она называлась тут — Орден, владела методами дознания на высоте, для уровня развития местного общества. Очную ставку всем и сразу, конечно, не организовали. Кто будет собирать в одной комнате весьма опасных магических существ (дословно из пояснений дознавателя). А вот лису ко мне принести не поленились. Сомневаюсь, что она вообще могла дать какие-то показания. Но видимо сей момент представлялся интересным и с научной точки зрения — эр Каунер (я уже выяснила имя плешивца) был человеком не стандартным. Наряду с жгучим желанием очистить землю-матушку от всяко разной погани вроде высших вампиров, которые появлялись редко, но неизвестно откуда, в нем уживалась исследовательская жилка. Ну, одно другому не мешает — изучил как следует и в утиль.
