знает…
— И что они там делают? — поинтересовался Юэ.
Тэлли едва удержалась от того, чтобы не закатить глаза — брат был слишком нетерпелив.
— На этих вечерах ларины и знать насилуют женщин и мужчин, причиняя им различные увечья, — едва слышно прошептал Эл.
Из Тэлли словно выбило весь воздух — ей резко стало нечем дышать. Она смотрела прямо перед собой, но не видела ничего, кроме темноты, навалившейся на разум. Как? Как такое могло твориться посреди города? Как люди могли позволять этому происходить прямо под носом у лордов и стражи?
— Лорды и капитаны городской стражи тоже иногда бывают там, — негромко добавил Эл. И Тэлли поняла, что задала свой вопрос вслух.
— Но как?! — её голос сорвался, дрогнув от гнева и ужаса.
Ей казалось, что мир сошёл с ума. Почему люди творят такое? Она пыталась вдохнуть, но грудь словно сжали в тисках, не давая набрать воздух. Она старалась расправить тело, но всё было бестолку. Осознание того, что вся её битва оказалась пустой и бессмысленной, привело её в такое бешенство, что она готова была размолотить всё вокруг. Но, не в силах сделать вдох, понимала: в таком состоянии она не сможет даже встать.
Отчаяние. Боль. Страдания.
Всё это было не только её, но и множества других женщин, что становились частью этих «особых» вечеров. А она… она лишь убивала мелких сошек, лишь исполнителей чужой воли.
— Какая же я идиотка…
Потеряв надежду, Тэлли откинулась на стул, словно наяву слыша смех главаря пустынников — тот всегда смеялся после того, как имел её.
«Что бы я ни сделала, этого всегда будет мало», — пронеслось в её сознании, и ледяная пустота внутри вдруг показалась бесконечной.
— Сестра, тогда давай сделаем, что сможем. Это уже немало, — пытался поддержать её Юэ.
— А что я могу, Юэ? Убить их? Но на их место придут другие… — Тэлли ощущала растерянность, будто мир ушёл из-под ног.
«Моя тропа к смерти, вымощенная трупами врагов, оказалась всего лишь иллюзией».
— Значит, заберём с собой столько, сколько получится, — воинственно заявил Юэ, и Тэлли ощутила, как он зарычал.
— Ты был прав, Эл… — прошептала она, глядя прямо в глаза своего охранителя. — Я не могу ничего изменить, — глухо добавила она, чувствуя, что теряет последнюю причину, чтобы жить. Ей недоступна даже месть, потому что отомстить она сможет лишь единицам из тысячи.
— Я даже не могу отомстить…
— Госпожа, тогда давай заберём с собой столько, сколько получится, — повторил слова Юэ Эл, словно услышав его. — Даже если мы сможем убить десяток или сотню, этот мир станет хоть чуточку безопаснее для таких, как Милли. И для них это будет уже очень много.
Тэлли смотрела на него, пытаясь понять, за что он так привязался к ней, что решил отдать свою жизнь, свою волю в её руки — ничтожному монстру, не способному на любовь.
Кивнув, она уткнулась в стол, изучая извилистые линии дерева, пытаясь привести мысли в порядок. Выбора у неё было немного — времени почти не оставалось, чтобы осуществить свой план. Но с появлением информации о новом лагере ей предстояло продержаться и найти его. Она должна продержаться и уничтожить его.
«Если я смогу избавиться хотя бы от него, это уже будет неплохо для тех, кто будет жить дальше», — осознала она.
— Как ты думаешь, кто может знать о местоположении лагеря? — спросила Тэлли, не глядя на Эла.
— В воспоминаниях второго был один диалог с главарём Тэмина. Думаю, он точно знает, — спустя некоторое время ответил Эл.
Тэлли поняла: он копался в памяти второго чиновника.
«Сколько же жизней ты уже поглотил?» — с ужасом подумала она, осознавая, что он делал это по её приказу.
— Значит, идём к нему, — прошептала Тэлли и уже начала подниматься, но рука Эла мягко, но уверенно удержала её на месте.
— Погоди, госпожа, — прошептал Эл. — В таком виде я тебя не пущу. Тебе нужно помыться. — Тэлли уже открыла рот, чтобы возмутиться, но он тут же продолжил: — И поесть. Ты давно не ела нормально, а тебе нужны силы, чтобы воевать. Магия отнимает слишком много.
Она смотрела на своего охранителя, разрываясь между тем, чтобы подчиниться его воле или приказать ему следовать за ней.
— Сестра, Эл прав, ты давно не ела, — встрял Юэ.
— Вы сговорились, что ли? — проворчала вслух Тэлли, падая обратно на стул.
По лицу Эла промелькнула тень улыбки — он понял, что Юэ поддержал его.
— Мы с Юэ любим тебя и хотим, чтобы ты убивала на полный желудок, — тихо добавил Эл.
Тэлли усмехнулась — это звучало до абсурда иронично.
Служанка наконец-то принесла вино и еду — две миски с густым овощным рагу, огромную тарелку с разным мясом и корзинку с хлебом. Тэлли даже удивилась, как она всё это дотащила. И честно себе призналась, что если бы её жизнь когда-то вынудила работать в таверне, она бы точно не смогла принести столько еды за раз.
Они тут же принялись за еду, и Тэлли поняла, насколько была голодна: боль и потрясения вытеснили это ощущение, но стоило вдохнуть запах горячего мяса и пряных трав, как голод дал о себе знать.
— А где проходят эти вечера, ты узнал? — спросила она, набрасываясь на мясо.
Эл как обычно ел спокойно, словно был на званом ужине, а не в шумной эмеринской таверне.
— Да. В борделе Виллисенты Дент, — тихо ответил он.
Тэлли едва не подавилась. Кусок мяса застрял в горле, и она резко закашлялась, пытаясь прочистить горло.
— Где?! — сквозь слёзы от удушливого кашля переспросила она, не в силах поверить в услышанное.
— Её ещё зовут леди Ви, — Эл недоумённо уставился на неё. — У неё бордель в Рокине…
— Я знаю, — подняла она руку, прерывая его.
«Ну надо же… — подумала Тэлли, наконец откашлявшись. — Неужели леди Ви связана с ларинами? А что если…»
Эту мысль она даже не смогла закончить — настолько ужасной она ей показалась.
— Что если… что? — моментально спросил Юэ, внимательно слушавший не только их разговор, но и её мысли.
— Нет, не может быть, — покачала она головой, даже боясь допустить такую возможность.
— Что? — внимательно наблюдал за ней Эл.
— Ничего. Оставим это, — взяла она себя в руки, не в силах сейчас обсуждать мысль о том, что любовница принца могла быть связана с ларинами. А значит… возможно, и он тоже.
Доедали они в молчании. Тэлли решила, что сначала узнает местоположения лагеря, а потом наведается к леди Ви, чтобы задать ей несколько вопросов.
— Кто такая леди Ви? — раздался вновь
