это сделал ты.
Эл замолчал, словно выискивая воспоминания в лабиринтах чужого сознания.
— Не думаю, что он читал его память, — наконец произнёс он, с сомнением в голосе.
— Почему? Это же так просто.
Её охранитель усмехнулся:
— Любимая, в обществе аури не принято использовать магию для чтения мыслей и воспоминаний других. Это считается грубым вмешательством в чужую волю. А если применить магию против представителя другого народа — это может стать поводом для объявления войны. Принц, скорее всего, не захотел рисковать и просто надеялся на правдивый ответ, — пояснил он, глядя вперёд.
— Это глупо, — откликнулась она. — Зачем надеяться на правду, если можно с уверенностью её получить?
— Если бы ты училась магии вместе с аури, ты бы тоже считала это неэтичным и опасным для народа, — тихо проговорил Эл, бережно взяв её за руку. Его пальцы были такими тёплыми. — Но мне нравится, что ты берёшь и делаешь то, что считаешь нужным.
Ощущая тепло руки своего охранителя, Тэлли задумалась о своей магии. Она всё так же не умела её контролировать — действовала лишь на уровне интуиции и эмоций. Магия откликалась на желания, но конкретные действия часто оборачивались не тем, чего ожидала Тэлли.
«Словно не я управляю желаниями, а желания руководят мной», — усмехнулась она.
Но тут её мысли потекли в другом русле — Братство Ножей постоянно вставало у неё на пути. С самого начала они ставили ей палки в колёса, мешали, тянули вниз. Они забрали у неё Токса, сделав его своим орудием — безвольным инструментом, который использовали против неё. А теперь выдают её местоположение и пытаются следить за каждым шагом.
— В его воспоминаниях ничего не было про то, что всё Братство, а не только Тэмина, активно сотрудничает с ларинами? — спросила она Эла. Тот, на мгновение задумавшись, отрицательно покачал головой. — Понятно.
«Если бы у меня было время, я бы вычистила и эту свору», — зло подумала она, обдумывая рассказ Эла про Братство и неожиданно вспомнив Токса.
— Кто такой Токс? — спросил Юэ, подслушивая их разговор с Элом.
Тэлли тяжело вздохнула, но понимала: от Юэ ей уже никогда не деться — он всегда будет слышать её мысли и разговоры.
— Друг. Бывший друг, — ответила она, не зная, как объяснить, что было между ними.
— Почему тебе больно?
— Потому что он сделал мне больно, — тихо сказала она. — Я не хочу об этом говорить, Юэ. Оставим.
— Хорошо, сестра. Но ты всегда можешь поговорить со мной, ты же знаешь?
— Хоть бы раз ты сказал, что помолчишь… Вот тогда бы я порадовалась, — усмехнулась она.
— Не дождёшься, — захихикал Юэ, и Тэлли будто вживую услышала его короткие многократные «мау».
— Ты где? — удивилась она, увидев промелькнувшие виды реки и города впереди. — Не подходи близко к городу, а то тебя могут заметить, — забеспокоилась она.
— Не переживай, не заметят. Я среди деревьев, тут много тени. Подобрался ближе к западным воротам. Гнался за зайцем, а он удрал, когда я отвлёкся, — обиженно проворчал Юэ.
— Бедный котёночек, от тебя даже зайцы могут убежать, — поддела его Тэлли и хмыкнула, ощутив, как Юэ громко зарычал.
Глава 14
Когда они подошли к борделю леди Ви, Тэлли вновь поразилась насмешке богов. В прошлый раз она заходила сюда, дрожа от каждого шороха: «А теперь я пришла убивать», — усмехнулась она. Они с Элом прошли мимо охраны, которая вежливо их пропустила, решив, что перед ними обычные клиенты. И Тэлли удивилась, что стражей не насторожило даже оружие, явно заметное под плащами.
Когда они скрылись из виду, Тэлли поняла: она не может позволить себе оставить их в живых.
— Господа, — обернулась она к ним уже у распахнутой двери, в узком закутке коридора, всего в нескольких шагах от основной створки, ведущей внутрь борделя. — Не могли бы вы мне помочь? — Тэлли попыталась смягчить голос, но он всё равно прозвучал хрипло, будто принадлежал дряхлой старухе.
— Конечно, госпожа, — откликнулся один из стражей. Это был высокий, мускулистый эмерин в светлой рубахе и кожаных штанах с металлическими заклёпками. На поясе у него висели длинный нож и короткий меч. Он шагнул к ней, но Тэлли тут же перевела взгляд на второго — тот был пониже, но одет почти так же.
— Мне нужны оба. Я заплачу, — прошептала она, надеясь, что они услышат. Её шёпот казался ей приятнее обычного голоса.
— Да, миледи, — откликнулся второй и тоже направился к ним, не подозревая подвоха.
Когда стражи подошли вплотную, Эл быстрым движением перерезал горло одному, а Тэлли вонзила нож в ухо другому, более низкорослому. Приняв на себя тяжесть тела убитого, она едва удержалась на ногах и была вынуждена призвать магию, чтобы усилить мышцы — иначе он рухнул бы с глухим стуком, который привлёк бы внимание охраны внутри.
Эл затащил тело своего в угол коридора, бросив в темноте, где почти не доставал свет, и затем перенёс туда же охранника, убитого Тэлли. Она обвела взглядом закуток у входа. В борделе было тихо, рассвет только начинался, и город ещё спал, укрытый предрассветной дрёмой. Все горожане мирно спали в своих постелях, не подозревая, что творится по ночам.
— А все плохиши собрались в борделе? — хмыкнул Юэ, и Тэлли невольно усмехнулась.
— Похоже на то.
Эл первым шагнул внутрь, и Тэлли последовала за ним, по пути вспоминая, что в прошлый раз принц провёл их другим маршрутом. Тогда они сразу оказались в ярко освещённой комнате, а сейчас брели по тёмному коридору, в конце которого мерцал свет и доносился чей-то смех.
Они двигались медленно, и Тэлли с интересом рассматривала стены. В её памяти здесь висели изображения цветов и абстрактные узоры, но теперь всё было иначе. Стены украшали картины с обнажёнными женщинами и мужчинами, а также парами в самых вызывающих позах. Женщины на них выглядели неестественно счастливыми, словно в гримасах удовольствия застыли куклы, а мужчины были нарисованы с чрезмерно преувеличенными членами.
Разглядывая эти сцены, Тэлли ощутила отвращение. Её передёрнуло от неприятного холодка, проскочившего по спине.
— Разве такие в природе существуют? — поражённо спросила она.
Эл обернулся, чтобы взглянуть, о чём она, и хмыкнул:
— Нет. Это чьи-то несбыточные мечты.
Они дошли до комнаты, откуда доносился весёлый гомон, и Тэлли заметила справа лестницу, ведущую наверх. У её подножия стояли двое сильно вооружённых охранников.
Заглянув в освещённое помещение, Тэлли поняла, что это общая зала — такая, какие были во всех борделях. Здесь собирались те, кому не хватало денег на уединение с женщиной. Они довольствовались их
