— За это следует благодарить Поппи, — напомнила Алана в надежде, что Поппи получит полное прощение. — Это он привел нас туда.
Фредерик наконец улыбнулся.
— Я знаю, что сделал твой Поппи, — кивнул он, но тут же снова нахмурился. — А ты, дочь моя, не покинешь дворца до самой свадьбы. Следовательно, о помолвке будет объявлено сегодня за ужином.
— Отец, пожалуйста, не можешь же ты отсылать меня жить к тем людям, которые, вполне возможно, замышляли меня убить.
— Мы так и не узнали, кто это был. Если Карстен станет твоим мужем, это обеспечит твою безопасность.
— Но я знаю, что это был кто-то из них. И никому из Брасланов не доверяю. Я буду жить в постоянном страхе. Ты этого хочешь для меня?!
— Я хочу тебя защитить. Это способ обеспечить...
— Я под защитой с самого своего появления! — в отчаянии перебила она. — Твой капитан об этом позаботился.
При упоминании о Кристофе он рассерженно сжал губы.
— Увидимся вечером. Постарайся выглядеть как можно лучше.
После его ухода она расплакалась. Кристоф прав. Фредерик знал, что они были близки, и злился на своего капитана. Даже если она скажет отцу, что любит Кристофа, это ничего не изменит. Может быть, со временем... но тогда она уже будет замужем за нелюбимым!
Она готовилась к ужину, но чувствовала себя так, словно идет на похороны. Кристоф прибыл ее проводить. Он сам выглядел не слишком счастливым и, должно быть, получил выволочку за то, что подверг ее опасности. По крайней мере его не отрешили от должности. Но видимо, на ее лице было написано все.
Он приподнял ее подбородок:
— Ты сказала королю, что не хочешь Карстена?
— Он слышать ничего не желает, а теперь я его расстроила. Он все еще считает, что это единственный способ обеспечить мою безопасность. Думаю, мне нужно уехать... навсегда. Не можешь передать это Поппи? Он вывезет меня из страны и снова спрячет.
Кристоф взял ее за руку и повел по коридору.
— Если ты действительно этого хочешь, я увезу тебя отсюда. Но сначала посмотрим, что сегодня будет. Иногда все само собой улаживается.
Он сказал это... почти таинственно. Совсем на него не похоже.
— Посмотрим? Значит, на этот раз тебя пригласили?
— При официальном объявлении о помолвке необходимы свидетели. А у твоего отца нет необходимых фактов.
— Чего он не знает?
— Как близок Карстен к своей смерти, если согласится жениться на тебе.
Опять он мелет вздор!
— Ты не убьешь его! Думаю, он даже нравится тебе. Но спасибо за то, что заставил меня улыбнуться.
Они остановились перед дверями тронного зала. Карстен и его бабушка уже были там. Юберта сияла счастьем. Карстен немедленно выступил вперед, чтобы проводить Алану к отцу.
— Надеюсь, Кристоф, ты не рассердишься, если я уведу приз?
— Она не приз, Карстен, не очередная зарубка на пряжке твоего пояса. И если коснешься ее, очутишься на полу. Все захотят узнать почему, и мне придется упомянуть о трех любовницах, которых ты в данный момент содержишь. Тебе, видать, одной недостаточно?
Карстен вымученно рассмеялся:
— После свадьбы с ними, разумеется, придется расстаться.
— Неужели? Что-то я сомневаюсь. Но никакой свадьбы не будет.
Лицо Карстена омрачилось.
— Значит, вот как? Думаю, Фредерик с тобой не согласится.
Прежде чем дело дошло до драки, вмешалась Алана:
— Простите, Карстен, но Кристоф прав. Я не хочу выходить за вас замуж. Уверена, что вы прекрасный человек, и слышала о вас много хорошего. Но кто-то из вашей семьи восемнадцать лет назад пытался убить меня, а когда я вернулась, на меня дважды покушались. Мой опекун старался выяснить, кому я помешала, и обнаружил новые сведения, которые могут помочь оправдать вашу семью, но пока мы не узнаем точно...
— Нет, — вмешался Кристоф.
— Нет? — нахмурилась Алана.
— Лео признал, что такая возможность есть, но и только, — напомнил он. — У него нет фактов. Одни догадки. Я даже понимаю, почему Леонард пришел к этому заключению. Слишком долго он прожил вдалеке от Лубинии. Ему даже не пришло в голову, что в стране не одна, а две королевы.
Глаза Аланы широко раскрылись. Обе королевы сидели в другом конце комнаты и улыбались ей. Царствующая королева Никола и вдовствующая, которая удалилась в Цитадель Брасланов, после того как ее муж был обезглавлен. Юберта Браслан.
Алана не знала, что и думать. Одна королева слишком молода, другая слишком славная. Но Кристоф уже подводил ее к отцу.
— Я уже гадал, когда ваша троица соизволит присоединиться к нам, — дружелюбно заметил Фредерик.
— Сегодня, во время отчета, я утаил кое-какие сведения, ваше величество, с тем чтобы сначала их проверить. Это касается сообщения, которое получила Алана от своего опекуна сегодня утром. Он предупреждал, что стоит беречься королевы.
Никола громко ахнула.
— Думаю, тебе лучше на этом остановиться, — холодно посоветовал Фредерик.
— Выслушай его, отец, — поспешно попросила Алана.
— Я бы сам хотел его выслушать, — поддержал Карстен, стоявший рядом с Аланой.
Фредерик, хоть не сразу, но кивнул.
— Когда Леонард сегодня был с нами, — продолжал Кристоф, — он сказал, что подслушал разговор двух наемников Брасланов. Они говорили о королеве, замешанной в старый заговор. Один поручил другому передать это ей. — Кристофер протянул королю детский браслет Аланы. — Узнаете?
— Да, и даже помню тот день, когда я подарил браслет дочери.
— Особа, которая завладела браслетом, в ожидании, пока он не понадобился в качестве доказательства, отдала приказ убить Алану, — мрачно сообщил Кристоф, прежде чем обратиться к Юберте: — Может, объясните, как браслет очутился в вашем городском доме, госпожа Юберта? Я нашел его там сегодня днем.
— Тут, должно быть, какая-то ошибка! — воскликнула Никола, вскакивая. — Юберта не способна на такие преступления.
Но Карстен, наблюдавший за лицом Юберты, мягко спросил:
— Ты действительно сделала это, бабушка?
Она ответила умоляющим взглядом, словно заклиная понять.
— Пришлось. Они отняли у меня мужа, Фредерик и его отец. Убили его, а ведь он был для меня всем! Поэтому я хотела забрать у них ту, кого любили они. Смерть за смерть!
— Но они не виноваты! — с ужасом прошептал Карстен. — Не они возглавляли это восстание!
— Разумеется, они, — настаивала Юберта. Но вид у нее был растерянный. Она уставилась на Алану: — Прости, дорогая, но Карстен будет тебе таким хорошим мужем, не так ли?
Алана потеряла дар речи. Все взирали на Юберту как на безумную. Возможно, так оно и было. Недаром она так долго лелеяла мысли о мести!
