Кристоф смотрел на любимую, не отрывая глаз, пил ее взглядом. Его душа полностью раскрылась для любимой и звала ее стать частью воина сейчас и навсегда. То, что девушка замерла, давало воину надежду, что она чувствовала это.
— Скажи все добровольно, атлантиец. В противном случае у меня есть для тебя особый подарок. — Гидеон хлопнул в ладоши, и несколько зачарованных оборотней вместе внесли в комнату какой-то тяжелый предмет.
— Совершенно особый подарок, Кристоф из Атлантиды. Сделай то, о чем я тебя прошу, или я посажу тебя в этот сундук — я же знаю, как ты его любишь.
Гидеон махнул рукой, и оборотни отодвинулись в сторону. Когда последний из оборотней отошел, позволяя Кристофу увидеть предмет, что-то в душе воина задрожало и разбилось.
Снова.
Сундук был тем самым, в котором его запирали в детстве. Как ни странно, ящик стоял перед ним. Кристоф опять ощутил себя четырехлетним, и ему снова хотелось умолять о милости, понимая, что ни к чему хорошему его мольбы не приведут.
И молить все равно, потому что больше он сделать тогда ничего не мог.
Кристоф сжал губы, не позволяя стону сорваться с них, и снова заставил себя собраться. Снова заставил себя быть сильным — ради Фионы.
Гидеон откинул голову назад и засмеялся. Он смеялся долго и громко.
Кристоф поклялся, что убьет его уже хотя бы за этот смех. Прочие причины станут просто глазурью на торте возмездия. Этот смех над убийством родителей и муками маленького мальчика был судьей, присяжными и палачом.
— За это ты умрешь, — мягко сказал он.
— Думаю, я должен заставить тебя влезть в этот сундук просто для моего развлечения, — ответил Гидеон, и отвратительная улыбка появилась на его лице. — Полагаю, прямо сейчас.
Внезапно фэйри оказался за спиной Фионы и прижал серебряный нож к ее горлу.
— Или я убью ее.
— Мать своих будущих детей? — Кристоф гордился тем, что голос его не дрогнул.
Гидеон пожал плечами.
— Найду другую. Но ты, твои боль и ужас такие вкусные. Прямо как жизненная сила твоих родителей много лет назад. Я должен заполучить и твою тоже. Лезь в ящик.
Фиона закричала, по ее шее потекла тонкая струя крови.
— Не делай этого, Кристоф. Не позволяй ему сломать тебя. Меня он убьет в любом случае. Беги отсюда, сейчас же. Спасайся.
Кристоф посмотрел на коробку, а потом снова на Гидеона и улыбнулся.
— Я залезу в этот чертов сундук столько раз, сколько захочешь. Или покажу тебе, как работает этот чудный камешек. — Он протянул Сирену». — Но и то, и другое я делать не буду, и я не сделаю ни того, ни другого, пока ты не отпустишь ее.
Гидеон бросил Фиону на кровать.
— Она мне не нужна. Просто покажи, как контролировать камень. Всю его силу, как ты добровольно пообещал, атлантиец.
— Всю силу, фэйри, — сказал Кристоф. Он поднял «Сирену» вверх, призывая Посейдона на помощь. Он заставлял свой измученный мозг сфокусироваться так, как никогда прежде, и пропустить больше силы, чем когда-либо раньше.
— Всю силу, — закричал он. — За Атлантиду!
Кристоф пропускал силу — каждой частичкой своего существа, всем, что он в себе имел, он толкал энергию, чтобы она струилась сквозь аквамарин. Он сосредоточил всю свою магию и волшебство самоцвета на одной лишь цели, для которой «Сирена» и была создана, лишь с небольшой поправкой. Кристоф делал то, что добровольно обещал.
Он использовал всю силу «Сирены», чтобы зачаровать принца фэйри.
Глава 39
В воздухе кружились тени, Фиона внезапно вскочила с кровати и бросилась через комнату, чтобы встать между Гидеоном и Кристофом. И прямо в воздухе тени заколыхались, изменили свою форму, представ в образе меча Джастиса, который Фиона взяла в руки, чуть дрожавшие под весом оружия.
— Только подойди к нему, и я сама тебя убью. — Пригрозила она фэйри, голос прозвучал тихо и непреклонно. — Он мой, и так просто я его никому не отдам.
Кристоф уставился на меч, гадая, не повредился ли он рассудком после удара по голове.
— Как тебе удалось…
— Я рискнула, прикрыла его тенями в надежде, что волшебная дверь в Страну Чудес фэйри посчитает меня представительницей своего народа и пропустит с оружием, — объяснила Фиона. — Помнишь, когда мы говорили с Джастисом? Я позаимствовала меч и спрятала под плащом.
— Поверить не могу, что он позволил тебе дотронуться до его драгоценного меча…
— А я не могу поверить, что мы обсуждаем это сейчас, — разозлилась Фиона.
Она была права. Кристоф призвал силу каждой стихии, до которой мог дотянуться, и направил огонь, воду, землю, воздух так, чтобы они струились через его тело, через его магию в фэйри. Теперь было необходимо убедиться, что Гидеона действительно удалось зачаровать.
Энергия Атлантиды нашла энергию фэйри, а на вопросы появились ответы. Кристофу удалось использовать «Сирену» верно: Гидеон нэ Феранзель, принц Неблагого Двора, оказался в полном подчинении атлантийца.
— Может, стоит заставить его танцевать, — пробормотал Кристоф.
— Может, ты чуть-чуть с этим поторопишься, чтобы я могла-таки положить уже меч.
Кристоф был восхищен смелостью и силой Фионы, то, как она любила его, снова на мгновение заставило засомневаться в себе и задуматься, сможет ли он когда-то стать достойным ее. Но, посмотрев на ненавистный сундук и потом снова на Фиону, Кристоф осознал, что все-таки подходит своей возлюбленной.
— Вместе каждый из нас лучше, чем по отдельности, — произнес он. — Разве не в этом истинный смысл любви?
Фиона чуть не уронила меч.
— Я тут немного занята для философских дискуссий. Давай уже, нам нужно выбраться отсюда прежде, чем Гидеон поразит нас каким-нибудь супер-мега-сглазом фэйри.
Кристоф осторожно взял меч, положил его на край кровати и, притянув упиравшуюся любимую в свои объятия, крепко поцеловал.
— Не будет никакого сглаза — супер, мега или любого другого. Я зачаровал его камнем, контроля над которым фэйри так страстно жаждал.
Кристоф наблюдал, как на ее лице отражается осознание произошедшего.
— Ты добровольно согласился. Но все, что ты пообещал, — это показать ему полную силу «Сирены». Что ты и сделал, дав ему испробовать собственное лекарство.
— Совершенно верно.
— Я говорила, как сильно тебя люблю?
— Можешь провести целую вечность, рассказывая мне об этом, — очень серьезно сказал Кристоф. — И даже этого будет для меня недостаточно.
— Окажешь мне услугу?
— Все, что угодно.
Фиона показала на сундук.
— Уничтожь эту чертову штуковину.
— С удовольствием.
