– За чем следить? – удивилась я.
– После вливания энергии жизни поймешь, – гордо заявил Вагр, словно такой как он, в принципе, не способен на ошибку.
Василиск хмыкнул, одарил дракона насмешливым взглядом. Но Вагр не обиделся.
– Рик, – произнес с ехидцей в голосе. – В операционной ты – царь и бог. Но в лаборатории… царь и бог я. И скоро ты это поймешь. Я давно не тот врач, что практиковал под твоим началом…
Я ожидала укола, на худой конец – капельницы с питательным раствором, пронизанным жизненной энергией. Но вместо этого, Вагр вручил мне небольшую склянку с густым, темно-лиловым напитком. Я вытащила пробку и осторожно принюхалась.
Нет… ничем ядреным из склянки не пахло. Напротив, зелье источало приятный, малиновый аромат. Я посмотрела на Рика – василиск уверенно кивнул, на Вагра – дракон расплылся в самодовольной улыбке – и осушила склянку.
И в ту же секунду, тело стало почти невесомым, мышцы налились мощью, а голова посветлела. Мысли залетали с невероятной скоростью, внимание, скорость реакции увеличились в разы и… я снова увидела ауры.
У Вагра она походила на мою, только его дракон был какой-то более плотный, что ли, мускулистый и ярко-зеленый.
Энергетика Шеймана и его помощников-верберов смахивала на косматого медведя. Аура Латифы напоминала пушистую лисичку, Раллема – тигра с львиной кисточкой на хвосте. И только у маргонок энергетика повторяла контуры тела, переливалась мириадами цветов и оттенков, как перламутровая раковинка.
Ой… а потом я увидела те самые путы.
От каждого из перерожденных тянулись тонкие черные нити нижней магии. Они пронзали стены, пол и потолок и уходили куда-то, в неведомые дали, выглядели натянутыми, как струны и порой едва заметно дрожали.
Улыбка Вагра стала еще шире, еще самодовольней. Хотя секунду назад казалось, что такое невозможно. Рик ободряюще мне подмигнул.
– Следи за путами, – повторил дракон, и началось...
Санитары страховали перерожденных, чтобы те даже не шевелились. Медсестры поправляли капельницы, а Рик, Вагр, Раллем и Аннарзия вводили в них сыворотки – одинаково бесцветные, но с резким, пряным запахом.
И чудилось мне, что присутствую на каком-то ведьмовском обряде. Вроде бы все выглядело также, как и в больнице. Катетеры в венах перерожденных, стойки с капельницами, лекарственные растворы, лениво ползущие по тонким прозрачным трубкам. Но… меня не оставляло ощущение, что вот прямо сейчас мы все увидим чистую магию… Настоящее, перекрестное колдовство.
И мы увидели.
Не прошло и нескольких секунд, как путы нижней магии изменились.
Энергетические нити «злых» перерожденных мелко задрожали, словно кто-то усиленно дергал за них, пытаясь освободить подопытных. Путы оцепеневших начали таять на глазах, рассыпаться перьями, как черная паутина в лесу.
Рик метнул в Вагра удивленный взгляд, посмотрел на меня. Похоже, такого даже он не ожидал.
– Видишь! – пожал плечами дракон. – Обе сыворотки действуют на перерожденных одинаково. Те, что как будто выключились, исцеляются. А остальные… не знаю.
Некоторое время, я думала – Вагр ошибся. Внешне все до единого подопытные обретали человеческий облик. С лиц стирались страшные гримасы, взгляд обретал осмысленность. С кожи исчезали клочки шерсти, колючки, шипы, чешуя, куски панциря и прочие странные наросты.
Если бы я не видела ауры, то перестала бы отличать «злых» перерожденных от «оцепеневших» уже через несколько минут.
Но на уровне энергий все выглядело совсем не столь одинаково.
Путы «злых» перерожденных будто натянулись до предела, истончались на глазах, но не рвались и не пропадали. «Оцепеневшие» полностью освободились от чужеродных энегетических нитей, и те растворились в воздухе, как не бывало.
– И что, по-твоему, это значит? – спросил Рик у Вагра.
Дракон пожал плечами, словно говорил «даже у меня нет на все ответов».
– А черт его знает. Посмотрим что произойдет дальше.
Перерожденные выглядели уже совершенно нормально, озирались вокруг так, словно не понимали – как они здесь очутились. Пытались встать, пошевелиться и потрясенно разглядывали свои «кандалы».
– Ччто это? Что со мной? – тихо поинтересовался остроносый верлис с ершиком белокурых волос, веснушками по всему телу и небольшим шрамом на брови – явно от рассечения.
– Где я? – рыкнул неподалеку от нас вербер с длинными каштановыми лохмами и множеством шрамов на правой руке, словно ее полосовали когтями.
– Почему я связана? – удивилась гибкая вертигрица с фиолетовыми глазами и ногами «от ушей».
И вот уже все перерожденные разом загалдели, зашумели, задергались. Посыпались вопросы. Я посмотрела на Рика, в надежде, что он прояснит ситуацию, но василиск кивнул в сторону Вагра. Дракон пожал плечами.
– Это вы мастера уговаривать и увещевать. Я так, погулять вышел, – и демонстративно направился в другой конец лаборатории.
Рик вздохнул и выбросил вверх руку в своем традиционном жесте.
Перерожденные затихли. Десятки пораженных, испуганных, ошарашенных взглядов уперлись в василиска, в ожидании объяснений…
– Давайте все успокоимся, – голос Рика звучал ровно, пожалуй, даже размеренно и приказных ноток в нем не было совсем, только просящие. – Вы все попали под действие нижней магии…
Стоило Рику произнести эту фразу, как лаборатория взорвалась стонами, воплями, криками ужаса. Оборотни нервно забились, задергались сильнее прежнего. Одна из каталок, с очень мощным вербером, быстро поехала вперед. Врезалась в стену, срикошетила и перевернулась бы, не подоспей вовремя Шейман.
Зазвенели и загромыхали другие каталки, и санитары с медсестрами рванули к самым буйным.
Известие Рика вызвало настоящую панику. Я понимала оборотней. Никому не хотелось заканчивать жизнь, не помня себя, превратившись в оружие нижних тварей.
Некоторое время в лаборатории царил шум и гам. Но постепенно голоса стихли, оборотни перестали бесноваться, и Рик вновь поднял руку, привлекая внимание.
