появилась. Вика… я понимаю, вы с Ромкой ей не верите, да и меня, если честно, иногда гложет что-то, но… нет, – упрямо тряхнул он головой. – Вы ее не знаете так, как я, не понимаете. Все не так совсем, она…
– Хорошо, Марк, хорошо, – перебил Паша, стараясь говорить спокойным, увещевательным тоном, каким общаются с душевнобольными или с людьми в состоянии сильного стресса. – Вика – это все твои дела, не надо меня ни в чем убеждать. Ты скажи – зачем уехал, зачем так уехал – никому ничего несказал, даже матери, от кого бежал, от нее или от нас с Ромкой?
– Да ни от кого я не бежал, – мучаясь от Пашиного непонимания, произнес Марк. – Говорю же: решил один побыть, имею право? Вы с Ромкой вокруг меня, как наседки, никуда от опеки вашей не деться. Все в уши дуют со всех сторон, Вика еще про вас…
Марк осекся. О том, что Вика наверняка настраивает его против друзей, можно было догадаться, но сообщать об этом Паше он явно не планировал.
– Имеешь ли право побыть один? Конечно, имеешь, – Паша сделал вид, что не заметил оговорки Марка, встал, подошел к другу, положил ему руку на плечо. – Побыл – и ладно. Давай, Марк, собирайся, мать волнуется.
* * *
Ему дали восемь лет. После судебного заседания адвокат, нацепив на себя маску неунывающего оптимиста и профессионально скрывая собственную растерянность, долго говорил что-то об ошибках, недопонимании со стороны некоторых участников процесса, готовности провести дополнительную работу, подать апелляцию, организовать пересмотр дела и обязательно добиться условного срока. Не особо вслушиваясь в эту хорошо поставленную и многократно отрепетированную речь, Паша прямо на крыльце здания суда набрал шефа конторы – Шлеймана. В отличие от первой встречи, когда Паша приезжал в офис подписывать договор, знаменитый адвокат общался с клиентом сухим, казенно-официальным тоном. У него, Шлеймана, нет оснований сомневаться в профессиональных качествах своего сотрудника, дело оказалось сложнее, чем виделось вначале, уважаемый Павел Николаевич должен быть в курсе, что в подобных делах приговор первой инстанции редко бывает окончательным, и если Павел Николаевич намерен и дальше принимать участие в судьбе своего друга, то его, Шлеймана, фирма готова сопровождать это дело вплоть до пересмотра и смягчения приговора. Что же касается выплаченного гонорара и не совсем удовлетворительного результата, то Павел Николаевич имел возможность ознакомиться с текстом договора до подписания и, безусловно, помнит, что фирма не берет на себя юридически обязывающих гарантий относительно исхода дела, что, к слову сказать, является общей практикой всех адвокатских контор.
В тот же вечер у Паши дома состоялось совещание, на котором братья пытались решить, что делать дальше. Вопросов, собственно, было два: как помочь самому Марку и возможно ли предотвратить полный уход его бизнеса из-под контроля хозяина. Вторая тема выглядела довольно безнадежной: Марк все-таки переписал фирму на Вику, после чего у новоиспеченной бизнесвумен появилась масса дел, она перестала выходить на связь, а когда Роман заглянул в офис таксомоторной конторы, то обнаружил там двух молодых людей, назвавшихся новыми управляющими, по-хозяйски разместившихся в директорском кабинете и деловито помыкающих немногочисленным персоналом. Законных способов изменить ситуацию не просматривалось, и братья, с досадой констатировав, с какой точностью сбылись все самые мрачные прогнозы, сосредоточились на дальнейшей судьбе Марка.
От услуг конторы Шлеймана было решено отказаться – восьмилетний приговор выглядел слишком контрастно на фоне оптимистичных заверений шустрого мальчика-адвоката, и, самое главное, не было никакой уверенности, что дальнейшие финансовые вливания принесут хоть какой-то результат. Торговавшему недвижимостью Роману нередко приходилось сотрудничать с различными юридическими конторами, и было решено, что для подачи апелляции он сам поищет подходящего адвоката среди своих партнеров.
Нужно было позаботиться и о Наталье Кирилловне, приговор сыну стал для нее настоящим ударом, она оставалась совсем одна, а на соседей, которые могли бы ее проведывать и по крайней мере вызвать при необходимости «Скорую», надеяться больше не приходилось, – Наталья Кирилловна, отчаянно стыдясь произошедшего с Марком, стала неразговорчивой и замкнутой, зачем-то отвадила всех соседок и вела теперь совсем уединенный образ жизни. Договорились заезжать к ней по очереди не реже двух раз в неделю, и тут Света, не встревавшая в разговор, когда речь шла о юридических и бизнес-делах, решительно сказала свое слово. Заявив, что от такой заботы со стороны мужиков толку мало – они и в холодильник-то заглянуть не догадаются, чтобы сообразить, чего из продуктов принести, – она вызвалась навещать Наталью Кирилловну сама.
…Через три месяца рассматривающий апелляцию областной суд оставил приговор без изменений, Марка отправили в колонию общего режима в Торжке, а Паша с Ромой, тяжело переживая новую неудачу, зарядили адвоката на подачу апелляции в последнюю инстанцию – Верховный суд – и решили искать выход на руководство колонии, чтобы, если не удастся скостить срок, по крайней мере организовать для Марка нормальный грев и создать сносные условия существования.
Глава одиннадцатая
– Ну что, коллеги, вопросы, предложения, замечания есть? Тогда, пожалуй, на сегодня закончим. Хороших выходных тем, у кого они будут, и хороших продаж остальным.
Павел наблюдал, как управляющие магазинами – двенадцать женщин и трое мужчин – захлопывают свои ежедневники и блокноты, убирают по карманам ручки, поднимаются из-за стола, устало направляются к выходу из кабинета. Кто-то уже держал в руках мобильник, отключенный на время совещания, кто-то нетерпеливо доставал сигареты, кто-то перекидывался тихими короткими фразами с коллегой.
«Пожалуй, это можно считать главным результатом двадцатилетней работы, – думал он, провожая глазами сотрудников. – Создать такой коллектив удается не каждому. У того же Ромы за год обновляется почти сто процентов персонала, за исключением пары самых близких помощников, а у меня – три-четыре увольнения в год, и то среди линейных сотрудников и в основном по объективным обстоятельствам, а когда последний раз приходилось менять управляющего, уже и не вспомнить. Взять в аренду площадь под магазин – не велика сложность, закупить товар – тоже не проблема. Ты попробуй набрать людей, таких, чтобы за твое дело болели как за свое, чтобы все работало как часы, чтобы не трястись за каждый магазин и не ждать внезапных проблем с кассой или товаром. На самом деле таких людей нет, есть те, кого можно такими сделать, и те, с кем даже не стоит пробовать. Подобрать нужного человека и воспитать его, сделать преданным бойцом – значит на девяносто процентов предотвратить все возможные проблемы. У Ромы подход другой: не нравится – вали отсюда, на твое место за воротами очередь стоит. Может, поэтому в последнее время у него что-то часто не ладится – какие-то постоянные проблемы,
