— Ты с нами, Джейсен? – спросил Люк.
Джейсен вынырнул из размышлений, в кои то веки захваченный врасплох.
— Прошу прощения. Просто обдумывал вопросы снабжения.
— Совет джедаев считает, что нам следует начать официальные переговоры с новым правительством Кореллии и предложить им выход из положения.
— Они отвергнут это предложение.
— Мы ничего не потеряем, если предложим, — заявил Люк. – Требуется ли одобрение Сената, чтобы это сделать?
— Технически – да, — ответил Омас. – Но, учитывая, что больше сотни планет уже отозвали в знак протеста своих представителей, полагаю, мы можем предположить, что оставшиеся не будут возражать.
Люк, похоже, надеялся на успех переговоров, хотя выражение его лица оставалось хмурым.
— Зачем Геджену и его дружкам убирать Тракена, если они не хотят менять политику?
— Нет лучшего времени для избавления от конкурента, чем под прикрытием войны, — заметил Джейсен. – Этот шаг наверняка никак не связан с разоружением, а касается старых, но сохранившихся разногласий.
— Иногда я счастлив, что я всего лишь парень с фермы, — отозвался Люк.
— Но Альянс формально ни с кем не воюет, дядя Люк.
— О, это совсем меняет дело. Поскольку все больше планет явно считают, что они воюют с Альянсом.
Люка прервал Омас.
— Господа, если новое правительство Кореллии откажется разоружиться, у нас не останется другого выбора, кроме официального объявления войны. Это изменит юридический статус ситуации и позволит использовать другие законы для ее урегулирования.
— Больше полномочий, — голос Люка больше походил на шепот.
— Больше чрезвычайных полномочий, — отозвался Омас.
Г’Сил покосился на Люка с доброй улыбкой, которая, впрочем, не скрыла от Джейсена мысли сенатора. «Слабак».
— Я не самый великий знаток истории, — заметил Люк. – Но мне кажется, что мы через подобное уже прошли. Еще до моего рождения, разумеется.
— А у нас есть альтернатива? – спросил Омас. – Я с радостью выслушаю предложения Совета джедаев, если есть конкретное направление для действий. Но сейчас у меня есть только три четких варианта: позволить планетам – членам Альянса развивать собственные вооруженные силы, продолжать нынешний курс, или же провести намного более агрессивную кампанию для принуждения к разоружению. Если у вас есть еще один вариант, самое время его предложить.
Люк покачал головой.
— Вы же знаете, что у меня нет предложений. Но я не могу присутствовать здесь и при этом не высказать свое беспокойство.
Джейсен повернул голову и на долю секунды поймал взгляд Г’Сила, и понял, что они оба думают об одном и том же. «Ну вот, дядя Люк, твоя совесть чиста. Теперь ответственность лежит на другом, так?»
Омас встал и начал собирать со стола листы флимзи. Это был дипломатичный способ указать присутствующим, что разговор окончен, и теперь он собирается предпринять необходимые действия. Джейсен подумал, приходилось ли Омасу когда–нибудь стучать кулаком по этому красивому инкрустированному столу. Он в этом сомневался.
— Я собираюсь подготовить официальное обращение к новому правительству Кореллии с предложением провести переговоры о разоружении, — заявил Омас. – Возможно, нас всех ждет сюрприз. Может, блокада заставила их услышать голос разума.
Джейсен искренне на это надеялся. Он хотел, чтобы восстановился порядок, и ему вовсе не нравилось, что его дядя относится к нему с презрением. Он повернулся к Люку, чтобы, по крайней мере, вежливо попрощаться, но тот, церемонно кивнув головой, прошел мимо него, и вышел из комнаты.
Да, это причиняло боль. Но боль будет вызвана многими причинами. Джейсен принял ее, как часть цены, которую платил. Он открыл коммуникатор и позвонил C–3ПО.
— Трипио? – по крайней мере, дроид всегда приветствовал его так, словно рад был услышать. – Арту уже закончил ремонт «Сокола»? Тогда скажи ему поторопиться. Я собираюсь вернуть корабль папе.
Глава 21
«…Галактический Альянс предложил условия урегулирования конфликта новому правительству Кореллии. Мы надеемся, что эти условия будут приняты, и мы сможем прекратить блокаду. Мы не хотим войны. Это последний шанс для нас достигнуть единства…»
Глава государства Кэл Омас, на пресс–конференции
Коронет, космопорт
Фетт занял себя диагностикой панели управления на «Рабе 1» и попытался не думать о том, что он в один день потерял дочь и приобрел внучку.
Именно поэтому лучше жить одному. Семьи, жены, дети – причиняли боль. Они были помехой.
Мирта, насколько это его касалось, все еще была в квартире Соло. Как ей удавалось так долго его дурить? Он никак не мог поверить, что не сумел понять, кем она была.
«Но если ты не видел свою дочь больше пятидесяти лет, неудивительно, что ты не узнал внучку».
«У тебя есть семья. Нравится тебе это или нет, но у тебя есть семья».
«Возможно, у Айлин был не один ребенок. Что ты будешь делать тогда?»
Что, если у него были еще потомки, и все они целенаправленно и эффективно воспитаны ненавидеть его, так же, как это случилось с Миртой? Нет, он должен был сразу заметить. Когда он смотрел в ее темные глаза, он видел в них своего отца. Он видел собственные глаза.
И еще он видел в них свою ненависть. Он злился на галактику, и особенно на джедаев, за то, что ему пришлось расти без отца. Неудивительно, что эта ненависть и злость в точности передались и внучке.
А теперь он ждал, пока Горан Бевиин потрясет свою сеть контактов и сообщит ему то, чего не знали или не хотели ему говорить Лея и Хэн Соло.
— Манд’алор, — раздалось в коммуникаторе.
Фетт дернулся к нему.
— Бевиин? Что ты для меня нашел?
— Очень сожалею насчет Айлин, Боб’ика.
«Мне не нужно сочувствие».
— Мне нужны разведданые.
— Айлин была арестована Джейсеном Соло.
— Я знаю. Но кто ее допрашивал?
— Я же сказал – Джейсен Соло.
«Я убью его». Фетт почувствовал, как в желудке появилось то холодное ощущение, которое предшествовало удару. Он тут же начал мысленно прикидывать наиболее подходящее оружие и стратегию, чтобы добавить к своей коллекции еще один световой меч джедая, первый, получению которого он по–настоящему обрадуется, а не воспримет как знак очередной выполненной работы. «Нет. Помни, чему тебя учил папа – будь профессионалом. Будь холоден. Пойми своего врага».
— Лучше, чтобы это было точно.
— Манд’алор, — сказал Бевиин, — сведения получены из Управления безопасности Корусканта. Кое–кто там до сих пор хорошо относится к мандалорцам, благодаря друзьям твоего отца.
— Я тронут.
— Стоило бы. В баре УБК полно слухов о Джейсене Соло, так как Гвардия Галактического Альянса частично состоит из бывших сотрудников УБК. Некоторым из них очень не нравится то, как он ведет дела.
Когда на Корусканте в очередной раз было введено военное положение, Фетт не обратил на это особого внимания. Подобное случалось и раньше. Но сейчас это стало личным делом.
— Я хочу знать все.
— Джейсен Соло – это обычный маленький чакаар[23].
— Я так понимаю, это что–то плохое.
— Он использует джедайские техники, которые не вполне вписываются в их образ «мир и справедливость». Похоже, один из тех, кто служит под его началом, жаловался, что он использует Силу, чтобы выбивать ответы из арестованных, не касаясь их и пальцем.
В памяти Фетта что–то щелкнуло.
— Продолжай.
— Говорят, что он убил Айлин силой разума. – Бевиин громко сглотнул. – Скажи слово, и мы найдем его.
«Джедаи. Надменные, властолюбивые барвы[24], которых не волнует, через кого они переступают. Ничего не меняется».
— Нет необходимости.
— Значит, ты сам собираешься им заняться?
— Айлин была охотником за головами. Она вполне представляла риск.
— Боб’ика, ты ведь не серьезно…
«Мне следовало бы, но я не могу. Это больно. Не так больно, как потерять папу, но все же больно».
— Забудь о Джейсене Соло. Оставь его мне.
— Он – та еще работенка. Есть информация, что он приказал своей сестре–близнецу стрелять по гражданскому кораблю, а когда она отказалась, отстранил ее от службы. Какая милая и счастливая семейка эти Соло.
«Ага. Похоже, я знаю, к чему это приведет».
— Что еще? Любые сведения, не важно, насколько банальными они тебе покажутся.
— Он сейчас даже не носит одежду джедая, а разгуливает в черной форме. Его помощник — сын Люка Скайуокера. И это очень расстраивает парней из УБК. Парню всего тринадцать лет.
— Значит, он уже взрослый.
— Для аруэтиизе тринадцатилетний – это еще ребенок.
— Даже для джедая этот Джейсен Соло очень уж любит пользоваться своим могуществом.
