Наверное, надеется, что гроза не начнется…
Энтони поднял голову и посмотрел в небо. Кейт вряд ли повезет. Туман уже конденсировался в капли влаги на его лице, и казалось, набухшие облака вот-вот разразятся ливнем.
Энтони понимал, что следует как можно скорее уйти отсюда, но какая-то невидимая цепь словно приковала его к месту. Даже после того как Кейт отошла от окна, он остался стоять, глядя на дом. Потребность вернуться была почти неодолима. Он хотел вбежать в дом, упасть перед женой на колени и молить о прощении. Хотел подхватить ее на руки и любить, пока первые рассветные лучи не проникнут в комнату.
Но он знал, что не может сделать ничего подобного.
Или не хочет…
Он запутался так, что сам не понимал, что ему нужно.
Простояв на холодном ветру почти час, дождавшись, пока начнется дождь, Энтони наконец зашагал, сам не зная, куда, не чувствуя, как замерз, не замечая дождя, с поразительной силой хлеставшего по тротуару.
Он словно лишился способности чувствовать…
Глава 21
В обществе шепчутся, что лорд и леди Бриджертон были вынуждены пожениться. Но это неправда. Автор отказывается верить, что это не брак по любви.
«Светская хроника леди Уистлдаун». 15 июня 1814 года
Кейт смотрела на пристенный столик, где стоял поднос с завтраком, и размышляла, может ли быть такое, когда умираешь от голода и одновременно напрочь лишен аппетита. Желудок громко урчал, требуя еды, и немедленно, и все же каждое блюдо, от яиц до лепешек, от копченой сельди до жареной свинины, вызывало тошноту.
Обреченно вздохнув, она потянулась к треугольнику тоста, и взяв чашку с чаем, опустилась на стул.
Прошлой ночью Энтони так и не вернулся.
Кейт заставила себя проглотить кусочек тоста. Она надеялась, что муж по крайней мере появится домой утром. Она и без того медлила с завтраком, – было уже почти одиннадцать утра, а Кейт обычно ела в девять, – но муж по-прежнему отсутствовал.
– Леди Бриджертон?
Кейт, которую так грубо вернули к действительности, вздрогнула и подняла голову. Рядом стоял лакей с маленьким кремовым конвертом в руках.
– Это принесли для вас несколько минут назад, – сообщил он.
Кейт поблагодарила лакея и взяла конверт, запечатанный аккуратной капелькой розового воска. Поднеся его к глазам, она разобрала инициалы «Э.О.Б.». Кто-то из родных Энтони? «Э» – скорее всего Элоиза, поскольку все Бриджертоны именуются в алфавитном порядке.
Кейт осторожно сломала печать. Из конверта выскользнул аккуратно сложенный листок бумаги.
«Кейт, Энтони у нас. Выглядит ужасно. Конечно, это не мое дело, но я подумала, что вам следует знать.
Элоиза».
Кейт перечитала записку, отодвинула стул и встала. Пора нанести визит в Бриджертон-Хаус.
К удивлению Кейт, дверь открыл не дворецкий, а Элоиза.
– Быстро вы! – воскликнула она.
Кейт оглядела холл, почти ожидая, что на нее сейчас набросится еще парочка Бриджертонов.
– Вы ждали меня? Элоиза кивнула.
– И вам совсем ни к чему стучать в дверь. Бриджсртон-Хаус принадлежит Энтони, а вы его жена.
Кейт слабо улыбнулась. Сегодня она почти не чувствовала себя женой хозяина дома.
– Надеюсь, вы не считаете меня безнадежной сплетницей, вечно готовой сунуть нос, куда ее не просят, – продолжала Элоиза и, взяв Кейт под руку, повела в гостиную. – Но Энтони действительно не в себе, и, подозреваю, вы не знали, где он.
– Почему вы так думаете? – вырвалось у Кейт.
– Видите ли, он из кожи вон лез, чтобы мы не узнали о его приезде.
Кейт с подозрением уставилась на золовку.
– То есть как?!
У Элоизы хватило совести покраснеть.
– Понимаете, я единственная знаю, что он здесь, и только потому, что шпионила за ним. По-моему, даже матушка ни о чем не догадывается.
Кейт потрясенно захлопала глазами:
– Вы шпионили за нами?
– Нет, разумеется, нет! Но сегодня я встала очень рано и, услышав, как хлопнула входная дверь, спустилась вниз, узнать, в чем дело. Вот и заметила свет под дверью его кабинета.
– Откуда же вы знаете, что он выглядит ужасно?
Элоиза пожала плечами.
– Сообразила, что он рано или поздно выйдет поесть или облегчиться, поэтому прождала на ступеньках час или дольше…
– Или дольше? – переспросила Кейт.
– Вернее, три часа. На самом деле это не так уж долго, когда задашься целью, и, кроме того, я захватила с собой книгу.
Кейт с невольным восхищением покачала головой:
– Когда он вернулся домой?
– Около четырех.
– А что делали вы среди ночи?
Элоиза снова пожала плечами:
– Бессонница. Со мной это часто бывает. Поэтому я спустилась вниз взять книгу из библиотеки. Наконец около семи… полагаю, было около семи, поэтому я ждала меньше трех часов…
У Кейт голова пошла кругом.
– …он вышел из кабинета. Но не направился в комнату для завтраков. Поэтому я заключила, что причина его появления немного иная. Минуты через две он снова скрылся в кабинете. Где и пребывает до этого момента, – торжественно закончила Элоиза.
Кейт добрых две минуты не сводила с нее глаз.
– Вы никогда не подумывали предложить свои услуги министерству обороны?
Элоиза расплылась в улыбке. В этот момент она так походила на Энтони, что Кейт едва не заплакала.
– В качестве шпиона? – осведомилась девушка.
– Именно.
– Не считаете, что я бы сделала блестящую карьеру?
– Сказочную.
Элоиза порывисто обняла Кейт:
– Я так рада, что вы вышли замуж за моего брата! А теперь идите и узнайте, что произошло.
Кейт кивнула, распрямила плечи и шагнула к двери кабинета. Но тут же остановилась и ткнула пальцем в Элоизу:
– Надеюсь, вы не будете подслушивать под дверью!
– Мне такое и в голову бы не пришло, – поклялась она.
– Элоиза, я серьезно!
Элоиза вздохнула:
– Мне все равно пора спать. Я всю ночь провела на ногах.
Кейт подождала, пока золовка поднимется наверх, после чего направилась к кабинету. Сжала дверную ручку, прошептала: «Только откройся», и повернула. К ее невероятному облегчению, дверь не была заперта.
– Энтони! – окликнула она мягко и нерешительно. Звук собственного голоса показался ей неприятным. Она не привыкла быть мягкой и нерешительной.
Не получив ответа, Кейт переступила порог. Шторы были сдвинуты, и тяжелый бархат почти не пропускал света. Кейт продолжала оглядывать комнату, пока не увидела мужа. Тот спал, сидя за письменным столом.
Кейт бесшумно подступила к окнам и немного раздвинула шторы, не желая, чтобы яркий свет ослепил Энтони, когда он проснется, но и не собираясь вести столь важный разговор в темноте. Вернувшись к столу, она осторожно тряхнула мужа за плечо.
