— Рассуждаете вы как священник, толкующий стих из святых писаний Фоса, — заметил Крисп, отчего по лицу Богорада расползлась широкая улыбка. — Проводите меня к часовому.
Богорад проталкивался впереди императора через толпу, но даже окриков офицера недостаточно было, чтобы расчистить дорогу. Солдаты расступились, только когда Крисп повысил голос.
— Ваше величество, — заявил Богорад, — это замыкающий Ногето, последним заступивший на пост у шатра почтенного Ризульфа.
Ногето судорожно застыл по стойке «смирно».
— Расскажи, что случилось этой ночью, рядовой, — потребовал Крисп.
— Ваше величество, прощения прошу, но меня все утро об этом спрашивают, а лед меня побери, если я знаю! Вот я стою, вроде как ни о чем особенном не думаю, как это бывает, когда не ждешь опасности — тут оно и случилось, потому как я уже лежу и меня сменщик расталкивает, а его превосходительства генерала нету.
— Оглушили тебя, что ли?
— Нет, ваше величество. — Ногето энергично помотал головой. — Это со мной бывало, это я узнаю. Я бы тогда думал, что сдохну сейчас, а так я вроде бы лег задремать, а поутру проснулся. Только не спал я. Богом благим клянусь. — Глаза часового расширились от страха. Заснувший на посту часовой сразу оказывался на плахе.
— Он всегда был добрым солдатом, ваше величество, — добавил Богорад. — Иначе его не поставили бы охранять генеральский шатер.
— И есть ли у меня причина полагать, что ты не просто заснул стоя, пока… э-э… ни о чем особенном не думал? — строго осведомился Крисп.
— Ваше величество, — ответил Ногето, — не знаю, насколько это важно, но прежде чем я… — Он замялся. — Прежде чем оно случилось, ну… не знаю… у меня по лицу вроде как паутинка прошлась. Я вроде руку поднял, отвести ее, и тут… не знаю…
Крисп покосился на Богорада.
— Он не с листа врет, ваше величество, — сказал тот. — До вас он то же рассказывал.
— Позволишь ли чародею тебя допросить? — спросил Крисп у Ногето. Часовой уверенно кивнул.
— Отведите его к Трокунду, — приказал Крисп. — Если он не врет… — он сморщился и поджал губы, — … придется думать о чем-то другом.
— Слушаюсь, ваше величество. Кто мог совершить такое злодейское деяние?
— Возможно, Ногето сумеет сказать нам, когда над ним поработает Трокунд, — ответил Крисп. — Пока же будем справляться. Превосходный Богорад, способны ли вы будете вести полк, покуда не объявится Ризульф?
— Я, ваше величество? Вы слишком щедры, — начал было Богорад, но, видно, сообразил, что излишек самоуничижения ему только повредит, и сменил тон:
— Но если вы полагаете, что я справлюсь, то принимаю эту честь.
— Я уверен, что вы будете отважным командиром, превосходный Богорад. Отлично; хотя бы с этим ясно. — Крисп развернулся и бросил через плечо, как бы невзначай:
— Богорад, вы знаете, мой тесть помогал мне с одним очень щекотливым делом в городе. Теперь, когда он исчез, мне придется заняться им самому. Позаботьтесь, пожалуйста, чтобы все его письма попадали сразу ко мне, невскрытыми.
— Будет сделано, ваше величество, — обещал Богорад. Он развернулся на каблуках и упер руки в бедра, свирепо глядя на кучку солдат, все еще толкавшуюся близ Ризульфова шатра. — Эй вы, черепахи! — взревел он. — Нам еще скакать и скакать сегодня, с почтенным Ризульфом или без него. Так что шевелитесь!
Солдаты торопливо разошлись. Крисп мысленно кивнул. Ризульф был превосходным солдатом, но и при новом командире его полк не пострадает.
Армия выступила парой минут позже, чем могла бы, но не настолько поздно, чтобы взволновать опытных унтер-офицеров, отвечавших за порядок в своих подразделениях. Крисп на своем Прогрессе разъезжал вдоль колонны. Как и следовало ожидать, вся армия гудела слухами о пропаже Ризульфа. Одни полагали, что Богорад избавился от своего командира, другие винили колдовство, а третьи, как и следовало ожидать, — пороки.
— Вернется через пару дней, сонный и с расстегнутыми штанами, — предположил какой-то солдат.
— Да ну тебя, Дерталл, ты же себя на его место ставишь, — ответил его сосед.
— На его месте я бы штаны вообще снял, — заметил Дерталл, и с полдюжины глоток отозвались грубым смехом.
Миля тянулась за милей. За полдень Криспу сообщили, что Ногето говорил правду.
— Его, беднягу, опоили как-то, — заметил чародей.
— Как странно, — безмятежно ответил Крисп. — Ну что ж, пусть возвращается в строй.
Впереди имперской армии скакали разведчики, а с ними — чародеи, и не подмастерья, как в первом походе Криспа, а мастера Чародейской коллегии. Если они не засекут ловушку, этого не сделает никто. А если этого никто не сделает, беспокойно подумал Крисп, армия попадет в капкан. И кто тогда станет защищать город Видесс, жену, наследника и нерожденного сына самого Криспа? Никто, и ему прекрасно было об этом известно.
Чем дальше на север продвигалась армия, тем меньше видел Крисп распаханных полей. Это терзало его сердце. После поры урожая весна — самое занятое время года, время пахать и сеять. Но что толку в трудах, когда налетчики готовы нагрянуть в любую минуту? Многие деревушки стояли опустелые — жители их бежали в более безопасные земли. Крисп понимал, что если он сумеет разбить Арваша, то крестьян взамен сбежавших и убитых ему придется ввозить. Иначе эти земли вновь зарастут лесом.
Чем выше в небо поднимались Заистрийские горы, тем с большим подозрением глядели солдаты на каждый куст, на каждую вязовую рощу. Криспу было знакомо это чувство: прошлым летом, по дороге на Имброс, он так же размышлял, когда и где Арваш нанесет свой удар. Теперь, на подходах к Имбросу, оно вернулось с удвоенной силой.
В двух днях пути от растерзанного города к Криспу галопом прискакал разведчик.
— Ваше величество, — сказал он, отдавая честь, — один из чародеев, кажется, что-то почуял. Что — сам не знает, есть ли оно там — не уверен, но… может быть. — Разведчика, видимо, раздражала нужда передавать бред чародея.
Крисп едва надеялся, что ловушки Арваша удастся распознать. Он не ждал, что капканы начнут заявлять о себе колоколами и трубами. Император повернулся к сигнальщикам:
— Играйте «к бою стройся» и «стой». Посмотрим, что там впереди.
Пока гремели трубы, а колонна разворачивалась в боевой строй, Крисп размышлял, что ложная тревога обойдется ему в полдня марша. Но лучше поддаться неуемному воображению колдуна, чем, отбросив осторожность, двинуть армию в ловушку.
Он подал Прогресса вперед шенкелями, и вскоре армия осталась далеко позади. За ним скакали еще несколько человек — все чародеи, как он заметил, сообразившие, что может означать неожиданная остановка. Трокунд помахал ему с серой лошадки, пританцовывающей, как лицедейка. Крисп помахал в ответ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
