Остановил коня он рядом с тесной кучкой чародеев и разведчиков. Его обычным чувствам местность впереди показалась ничем не примечательной: поля — по большей части невспаханные — вперемежку с дубовыми, кленовыми и вязовыми рощицами. По небу бежали легкие облачка, и их тени скользили по земле. Слишком мирное зрелище, слишком прекрасное, чтобы иметь отношение к Арвашу.
— Что случилось? — спросил Крисп.
— Ваше величество, — с поклоном ответил один из колдунов, угловатый юноша, чья реденькая бородка едва прикрывала шрамы от прыщей, — мое имя Заид. Я ощутил впереди — не правильность и даже не отсутствие правильности, но… как бы сказать?., отсутствие истинного и ложного одновременно, что весьма странно. — Он похрустел пальцами и нервно огляделся.
— Если ты ничего не можешь увидеть, мало ли кто может там таиться? Ты это хочешь сказать? — уточнил Крисп. Заид кивнул. Крисп обернулся к другим чародеям:
— Вы тоже ощущаете это… отсутствие?
— Нет, ваше величество, — ответил один. — Но это ничего в данном случае не значит. Заид, несмотря на юность, наделен необычайной чувствительностью, почему мы и пригласили его сопровождать нас. То, что он чувствует — или не чувствует, — скорее всего, реально.
Кадык Заида дернулся вверх-вниз, а сам юный чародей бросил на коллегу благодарный взгляд. Крисп сморщился.
— «Скорее всего» льда не колет, чародейные господа. Можно с голоду умереть, если охотиться на дичь, которая, скорее всего, тут. Как нам выяснить точно?
— На опыте, — ответил подошедший Трокунд. — Не так ли, друзья?
Остальные чародеи кивнули.
— С позволения бога благого и премудрого, — продолжал чародей, — мы можем даже застать Арваша врасплох — он ведь уверен, что мы ничего не заметили.
Трокунд был искусным магом, но никудышным военачальником.
— Он уже знает, что заметили, — ответил Крисп. — Мы не становимся строем каждый раз, когда кролик дорогу перебежит. Главное сейчас — выяснить, куда наш строй движется.
— Вы, конечно, правы, ваше величество. — Трокунд досадливо покачал головой и углубился в обсуждение технических проблем с коллегами. Крисп перестал понимать, о чем идет речь, на четвертой фразе и уже начал подумывать, не угробят ли чародеи на беседу все утро, как Трокунд вспомнил о его существовании. — Ваше величество, — сообщил чародей, — мнимость пустоты впереди могут создать разные заклятия. Мы полагаем, что одно из них более вероятно, при условии, что Арваш смог извратить и усилить его кровавым жертвоприношением. Сейчас мы попытаемся разрушить чары, предполагая, конечно, что имеем дело с этой конкретной разновидностью.
— Давайте, — бросил Крисп.
Действовать против Арваша, а не отвечать на его удары — уже маленькая победа.
Чародеи принялись за работу с ловкостью опытного взвода ветеранов, долгие годы сражавшихся вместе. Крисп наблюдал, как Трокунд смазал свои веки зельем, церемонно поданным ему другим чародеем.
— Желчь кота и жир белой курицы, — объяснил Трокунд. — Они дают силу видеть незримое. — Он поднял бледно-зеленый камень и золотую монету. — Золото и хризолит отгоняют грезы и избавляют от дурных снов волей бога благого. — За его спиной хор чародеев скандировал символ Фосовой веры и заклятия, усиливающие основные чары.
Маг бросил на жаровню серо-зеленый лист; тут же поднялась струйка серого дыма. В медную ступку Трокунд бросил переливчатый камушек и серебряным пестом растолок его в крошку.
— Опал и лавр в совокупности с определенным заклятием могут сделать невидимым человека, а то и армию. Так мы уничтожаем их, а с ними и чары! — На последних словах голос Трокунда поднялся до крика. Его указательный палец уперся в мирный пейзаж впереди.
Долгую секунду — несколько секунд — не происходило ничего. Крисп бросил злой взгляд на Заида, взирающего на неизменные луга с тем же удрученным видом, что и его коллеги. «О да, — подумал Крисп, — очень чувствителен — видит даже ловушки, которых нет».
Потом воздух пошел рябью, как поверхность бурного потока. Крисп сморгнул и потер глаза. Трокунд триумфально потряс кулаком. По виду Заида можно было подумать, что его помиловали перед самой казнью. Земля впереди не менялась, но, когда рябь схлынула, дорогу впереди, от озера до яблоневого сада, преграждала целая армия пехотинцев. До них оставалось не больше мили.
За спиной Криспа затрубили рога. Загремели барабаны. Запели флейты. Послышались крики. Значит, его солдаты тоже заметили врага. Император по-военному отдал чародеям честь:
— Благодарю вас, чародейные господа. Без вас мы наткнулись бы на них лбами.
Только в этот момент бандиты Арваша поняли наконец, что их обнаружили. Они тоже закричали — не вымуштрованным громовым «ура» видесских войск, а долгим, протяжным, яростным воем, точно стая кровожадных диких зверей. Солнце весело отсверкивало с секир, шлемов и кольчуг, когда халогаи устремились на видессиан.
Крисп снова повернулся к волшебникам:
— Чародейные господа, сейчас начнется битва, и я советую вам убраться отсюда, пока вы не попали в самую гущу.
Эта возможность явно не приходила чародеям в головы. С необыкновенным проворством они повскакивали на коней и мулов и галопом помчались назад. Крисп тоже двинулся к колыхающемуся на ветру поверх центра боевых порядков имперскому флагу.
Маммиан приветствовал его салютом и кривой улыбкой.
— Я уже подумывал, что придется без вас начинать, — проворчал толстяк.
— Приятно знать, что от меня есть польза, — заметил Крисп.
Маммиан фыркнул. Улыбка его стала помягче.
— Да, есть немного, ваше величество. Я чуть с коня не упал, когда эти засранцы вынырнули из чистого воздуха. Если бы мы на них наткнулись, паршивый выдался бы денек.
— Можно сказать и так. — Крисп тоже ухмыльнулся, завидуя самообладанию генерала. Он окинул взглядом видесские ряды. Как и планировали его генералы, по обоим флангам в передних рядах стояли копейщики — некоторые на укрытых кольчужными попонами конях, — а за ними лучники, готовые осыпать противника стрелами через головы товарищей. В центре стояли халогаи императорской стражи.
Телохранители не знали, что видесские подразделения рядом с ними получили тайный приказ обрушиться на них, если те перейдут на сторону Арваша. Имперскую армию такой приказ мог еще спасти, хотя Крисп понимал, что ему самому в таком случае все равно не жить. Император обнажил саблю и свирепо ухмыльнулся надвигающемуся врагу.
Маммиан отдал приказ музыкантам, и над полками разнеслись новые сигналы. Всадники на флангах двинулись вперед, стремясь взять пехотинцев Арваша в клещи. Крисп мрачно скривился, заметив, как широк вражеский фронт.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
