1
Утро выдалось тихим и солнечным. Павлик встал около девяти, выпил кофе и некоторое время бесцельно слонялся по квартире. Мобильник молчал, ни срочных, ни каких-либо еще дел не намечалось. Он попробовал почитать, но вскоре поймал себя на том, что пробегает взглядом страницу за страницей, абсолютно не вникая в смысл текста. Тихо ругнувшись, он захлопнул книгу и подошел к окну.
Типичный московский двор жил своей типичной утренней жизнью. Бабушки и дедушки гонялись за внуками по игровой площадке, их подопечные демонстрировали впечатляющее превосходство в двигательной активности, но опыт и сноровка рано или поздно брали свое. То здесь, то там слышался раздосадованный вой малышей, которых силком уводили на непременный тихий час. Несколько владельцев собак вели беседы, пока их любимцы выясняли отношения между собой и щедро окропляли подступы к детской площадке следами своей жизнедеятельности. «Тишь да гладь», – прошептал себе под нос Павлик и на некоторое время почти растворился в умиротворяющей картине. Потом встряхнулся от сонного наваждения обыденности и начал одеваться – почему-то захотелось в центр. «На Чистые пруды», – решил Павлик. Пройтись, на рыбаков посмотреть, зайти в «Белые облака» – план действий созрел мгновенно. Он вприпрыжку сбежал по лестнице и вскоре уже разглядывал улицу из окон автобуса.
До пункта назначения Павлик добрался без происшествий, если не считать таковым проверку документов, которую ему учинил на «Щукинской» весьма странный милиционер. Наш герой уже подходил ко входу в метро, когда тот резко метнулся ему навстречу. Страж порядка был юн, свеж и напорист, но Павлик сразу отметил несколько потерянное выражение его лица.
– Лейтенант милиции … ! – фамилию блюстителя закона Павлик так и не разобрал: то ли Смирнов, то ли Семенов. – Ваши документы, пожалуйста.
Взгляд милиционера был одновременно требовательным и ищущим, а одна рука зачем-то придерживала кобуру. Павлик тяжело вздохнул и принялся рыться в рюкзачке, ища затерявшийся в его недрах бумажник с документами. Представитель милиции переминался с ноги на ногу и терпеливо ждал. Наконец паспорт перекочевал ему в руки, однако он не спешил его раскрывать, а продолжал изучать лицо своего подозреваемого.
– Откуда?
– Что – откуда? – несколько опешил молодой человек. Его снова озадачила та странная неуверенность, что явственно проступала на лице блюстителя порядка.
– Вы откуда? – милиционер продолжал смотреть на него, затем шмыгнул носом и все-таки раскрыл паспорт.
– Сейчас или вообще? – Павлик снова тяжело вздохнул: он не любил милиционеров, тем более горящих служебным рвением.
– Вообще, – пока милиционер разглядывал паспорт, Павлика не покидало ощущение, что сознание у того пребывает категорически в другом месте.
– Из чрева, – он почесал нос и уставился на лейтенанта.
– Из какого? – не поднимая глаз, тот продолжал что-то напряженно разглядывать в паспорте.
– Из маминого, – Павлик хмыкнул.
– В смысле? – лейтенант таки оторвался от созерцания документа и поднял слегка ошалелый взгляд, и Павлик не без удивления обнаружил, что милиционер все это время с интересом разглядывал в паспорте пустую страницу.
– В прямом, – он пожал плечами. – Вы же сами спросили, откуда я. А я уточнил: сейчас или вообще? Вы сказали: вообще, так я и отвечаю, что из чрева я, из маминого… Ну из живота, если хотите… И давно, кстати. Как в паспорте вот написано, тридцать четыре года уже…
– Ага…
Милиционер завороженным взглядом сканировал пустую страницу, игнорируя удивленное лицо Павлика, а потом перевел задумчиво-неуверенный взгляд куда-то вдаль и снова немного по-детски шмыгнул носом:
– А зачем?
Внезапно Павлик испытал острое чувство нереальности происходящего. Он некоторое время изумленно изучал отрешенное лицо виновника своего беспокойства, а затем неуверенно пожал плечами:
– Для опыта.
– Какого? – лейтенант снова уставился в паспорт: коварная пустота страницы заворожила его. Он то отводил паспорт чуть от себя, то приближал его, что-то напряженно разглядывая.
– Опыта жизни, – Павлик чуть пожал плечами, с интересом наблюдая за действиями лейтенанта.
– И как? – тот внезапно потерял к паспорту интерес, захлопнул его и протянул хозяину.
– По-разному.
Милиционер невидящим взглядом обводил поток спешащих к метро пассажиров.
– Не видели ничего?
– В каком смысле? – Павлик снова пожал плечами.
– Странного, я хочу сказать, ничего не видели? – милиционер снова положил руку на кобуру.
Павлик несколько напрягся. Ощущение нереальности усилилось, а поведение лейтенанта начало внушать смутную тревогу.
– Да тут все странное, – он почесал затылок. – И все странные, ну или через одного.
– Это точно! – оживился лейтенант. – Это вы правильно сказали! Хорошего дня!
Он моментально забыл про Павлика и метнулся к парочке хипповатого вида юнцов, выходящей из перехода. Павлик потряс головой, недоуменно пожал плечами и двинулся ко входу в метро. По дороге он еще несколько раз вспомнил отсутствующий взгляд милиционера. «Как собака, хозяина потерявшая», – решил про себя он, а затем решительно вычеркнул его из жизни.
На Чистых прудах накатила странная благодать. Впрочем, он любил это место, и оно всегда действовало на него умиротворяюще. Он присел на лавочку и принялся наблюдать за одиноким рыбаком, разместившимся на берегу со своим немудреным скарбом. Тот безуспешно пытался выловить из пруда кого-то из его обитателей. Рыба, как решил Павлик, была то ли очень мелкая, то ли очень хитрая, и наблюдать за «битвой титанов» было интересно. Поплавок на водной глади начинал медленно ерзать, нехотя плыл вбок, а стоило только рыбаку протянуть руку к удилищу, немедленно замирал, но только лишь затем, чтобы снова начать двигаться, как только мужик убирал руку от удилища. Действо продолжалось достаточно длительное время, потом рыболов не выдерживал и размашисто подсекал – поплавок, леска, грузило и пустой крючок махом вылетали из воды, сам он возился с насадкой, забрасывал снасть в воду, и баталия разворачивалась по новой. Рыболов демонстрировал незаурядное упорство. На его лице не читалось ничего, кроме сосредоточенной решимости довести дело до победного конца: ни возмущения от неспортивного поведения соперника, ни досады от постоянных неудач. «Титан», – подумал Павлик и хотел было уже переместиться поближе к рыболову и завести обычный в таких случаях разговор ни о чем, как в кармане требовательно зазвонил мобильник. Он, не отрывая глаз от поплавка, вытащил трубку и поднес к уху.
– Алло!
– Доброго дня, Павел, – голос владельца заводов и пароходов звучал мягко и уверенно.
– Здравствуйте, Игорь Сергеевич! – Павлик улыбнулся и тут же посерьезнел. – Надеюсь, ничего не случилось?
– Случилось? – казалось, собеседник на миг отключился, затянувшаяся пауза была нарушена коротким и слегка нервным смешком. – Если вы про экспедицию, то нет, все – в соответствии с генеральным планом. Я вам немного по другому поводу сейчас звоню. Вы не могли бы мне сегодня час вашего времени уделить?
– Мог бы, – Павлик
